Неправильная ведьмочка, или Некромант на задании (СИ)

Мы сидели друг напротив друга в темноте ночи, за его спиной догорал камин, вокруг танцевало пламя пяти свечей, а за панорамными окнами город жил своей жизнью. Жизнью, в которой сейчас не было нас, жизнью, от которой мы отдалялись маленькими шагами, проникая в другую реальность, в реальность, где были лишь его глаза и одурманивающий запах благовоний и трав. Внутри бушевал ураган эмоций, противоречий и страха, сердце гулко забилось о рёбра, отдаваясь мелкими вибрациями по всем внутренним органам. Адреналин зашкаливал, вызывая желание встать, сбежать отсюда, сбежать от этих глаз, которые чернели с каждой секундой, от глаз, которые затягивали в свой омут. Мышцы сокращались, готовые в любой момент вскочить. Я глубоко вдохнула терпкий аромат трав, осознавая себя. Осознавая свой страх, свои омрачения, от которых не хотелось избавляться, осознавая личность, которая билась в истерике от одного единственного осознания: её нет. Нет никаких условностей, нет принципов, нет правильного и не правильного, нет света и нет тьмы, нет ничего, нет самой материи. Огонь свечей мерцал, отражаясь в чёрных глазах напротив, зрачок настолько расширился, что заполнил всю радужку, придавая этим глазам устрашающий вид, но это тоже всего лишь концепция. Наша реальность всего лишь одна из множеств, всего лишь та картинка, которую воспринимает в данный момент ум, но сознание много, много больше всего этого. Я смотрела в его глаза, ощущая его глубину, ощущая его эмоции, его чувства, его поток мыслей, безбрежный океан, иногда бушующий от урагана, иногда пребывая в спокойствии, иногда изнывая от солнца, иногда утопающий в дождевом потоке. Но там, в его глубине был вечный покой, умиротворённость, было что-то большее, чем эта концепция, чем эти постоянно меняющиеся мысли, чем эти непостоянные эмоции и эти ложные чувства. Новый вдох, и тело медленно успокоилось, расслабилось, пребывая в покое. Шаг навстречу этим глазам, шаг навстречу протянутой руке, шаг и огонь свеч взмыл вверх, отмечая переход первой границы.
Ощущение тела оставалось где-то на заднем плане, осталась лишь память о том, что когда-то что-то было, сейчас же вокруг всё изменилось. Пространство изогнулось, стало мягким и податливым, воздух дребезжал, то становясь осязаемым, то снова растворяясь. Я подняла руку, рассматривая её. Кожа распадалась наночастицами, словно песок на ветру, искажаясь и снова собираясь воедино. Мужчина напротив меня также изменился, вместо лица проступила костяная маска с тремя глазами, все три одновременно моргнули, наполняясь зелёным свечением, костяная маска спала и передо мной предстало дымчатое существо, сотканное из сизого тумана, существо непрерывно смотрело на меня пятью зелёными провалами, смотрело не мигая, смотрело прямо в душу. Страх волной прокатился по телу, но я ощущала его где-то далеко, снова перевела взгляд на себя, пытаясь понять телесные ощущения, но тела не было, оно превратилось в бесформенную кучу какого тряпья, смесь непонятного пластилина. Тела не было, осталась лишь память о нём. Страх начал перерастать в панику. Я оглянулась, комната менялась, словно песчаная картина под податливой рукой художника, окно исчезло и за провалом распростёрлась пустыня, яркая, но отдающая вечным холодом. Холодом, который проникал до самых костей, до костей, которых не было, а где-то там далеко за бурыми дюнами виднелось огромное дерево, пока лишь силуэт, отпечаток на фоне прозрачного неба, которого также не было.
— Пошли — существо, сотканное из тумана, протянуло руку, все также не мигая смотря на меня.
Я сомневалась, было страшно и непонятно. Ничего не было понятно.
— Первый шаг. Осознай страх и шагни — прошелестело существо сухим голосом.
Оно стояло напротив меня, стояло надо мной, возвышалось до самого звёздного неба, ожидая.
— Смерть — иллюзия — снова шёпот, но откуда-то издалека, откуда-то снизу, откуда-то из глубины моей сущности.
«Иллюзия» — эхом отразилось внутри, и я вложила руку в этот сгусток тумана и шагнула за грань окна. Шагнула прямо в солнечную пустыню под звёздным небом, шагнула в холод, обжигаясь от его жара, сгорая в этом холоде.
 
— Следующий шаг там — прошелестел проводник.
«Сон» — всего лишь сон. Сон, который может продлиться вечность, сон, от которого мы все рано или поздно очнёмся, делая следующий шаг к новому перерождению. И я шагнула, утопая по колено в песке. Взмыл ветер, песок обмяк, превращаясь в водоворот, который утягивал за собой.
— Ты больше — снова приказ проводника — Просто стань больше, стань собой.
— Я… — ветер занёс песок мне в рот, и я закашляла.
— Страх, прими страх.
Было страшно, ужасно страшно. Я попыталась бороться с песком, попыталась дотянуться до края, но край был где-то там, очень далеко, ветер усилился. Было страшно, и я утопала в своём собственном страхе.
— Больше — новый шепот, снова из глубин подсознания — сон.
И я осознала его, поняла и отпустила страх, позволив пескам поглотить, очистить от всего, очистить от концепций.
Ветер мягко высадил меня рядом с существом в костяной маске. Три зелёных глаза непрерывно моргали, изучая меня. Костлявая рука в белом балахоне указала на дерево. Оно стало много ближе, и сейчас я могла различить шевелящиеся листья на его могучей кроне.
— Пошли — гортанным голосом пророкотала костяная маска, протягивая скелетообразную ладонь.
И я вложила свою бестелесную руку в его и шагнула следом.
Всё изменилось, на небе засияло белое солнце, а на пустыню опустилась ночь. Мы шли долго, казалось целую вечность, проводник молчал, легонько касаясь моей руки. Он вёл, но этот путь нужно было пройти самой. Сколько бы мы не шли, дерево, казалось, не приблизилось ни на йоту. Усталость начала скапливаться, стало тяжело дышать, а ноги становились ватными. В какой-то момент я упала, обжигая ладони о влажный песок.
— Я не могу больше идти — простонала я, смотря на проводника.
— Всего лишь страх и сон самого страха. — пророкотал он гортанным голосом, не смотря на меня. Его костяная рука была протянута, но я не могла подняться и ухватиться за неё.
— Я не могу.
— Сон — пророкотало существо в пространство смотря на дерево.
«Сон», «Иллюзия», «Лимб», «Потусторонний мир». Ничего этого нет, меня нет. А у того чего нет, не может быть усталости. Я встала, или это всего лишь моё сознание по привычке всё ещё воспринимало каждое движение именно той формы, которой было до этого. Пустыня полыхала в темноте. Но и пустыни нет, а значит, я подняла руку, схватила проводника, и просто пожелала оказаться перед деревом. Пространство мигнуло.
Это были не листья, и даже не цветы, это были бабочки. Сотни, десятки сотен голубых, синих и лазурных бабочек. Они мирно сидели на чёрных ветвях, а их полупрозрачные крылышки мирно трепыхались в едином такте. Как-то сразу стало понятно, почему символом души стала бабочка 12.
— Они прекрасны — выдохнула я, восхищаясь увиденным.
— Твой путь простирается дальше — проговорил Никита, сжав мою руку. — Пошли — он потянул меня к дереву.
Ствол оказался сотканным из миллиона тёмных туманных нитей, плотно прилегающих друг к другу. Сплошное марево тумана, переливающееся внутренним свечением. На стволе была одна большая, размера с две мои ладони, бабочка. Проводник указал на неё.
— Это смерть, а за нею жизнь. Лишь некромант может пройти сквозь хранителя Потустороннего мира, лишь тот, кто познал суть смерти, тот кто служит и поклоняется ей. Если готова, то шагни.
Было страшно, страх сопровождал меня повсюду, лишь сейчас я осознала, сколько же много страха живёт во мне. Он липкими щупальцами проникал под кожу, обволакивая тягучей трясиной. Хотелось съёжиться, хотелось бороться, хотелось не чувствовать, не смотреть, не видеть, но он был. Был и единственный способ освободиться — это шагнуть. «Лишь некромант сможет пройти». Кто я? Ведьма, или некромант, или оба? Я не знала ответа, я никогда не понимала этого, но я знала точно, что сила есть во мне и я могу ею управлять. Я знала, что некромант живёт во мне, и мне стоило лишь найти его и соприкоснуться с ним.