Неправильная ведьмочка, или Некромант на задании (СИ)

Видя эту картину страданий и переживаний, повинуясь какому-то порыву я подошла к Черновскому и осторожно поцеловала его в лоб, делясь силой. Мужчина тут же отпрянул, распахнув глаза от удивления.
— Что ты делаешь? — чуть хриплым голосом спросил он.
— Заряжаю энергией — я невинно улыбнулась и снова наклонилась, и поцеловала его, даря ещё один импульс силы.
Мы, ведьмы существа особенные, мы проводники энергии природы. У обычной ведьмы нет своих личных сил, мы берём из природы, окружающего пространства и пропускаем через себя, отдавая. Мы просто трансляторы энергии мира. Мощь ведьмы зависит лишь от её способности пропускать и переваривать окружающую силу, чем больше канал, чем тоньше чувства и чем глубже ты можешь зачерпнуть, тем сильнее ведьма. Ведьмы и ведьмаки всегда были лакомым кусочком для любого мага, наша способность отдавать силы всегда высоко ценилась. Не дурно всегда иметь возле себя бесплатную батарейку, которая не только силой может подзарядить, но и защитить оберегами, подлечить зельями и своей силой, да ещё и помочь переварить эмоции и поднять настроения.
Черновский смотрел на меня с недоверием, но я чувствовала, как даже от двух импульсов его настроение выравнивается. Я сделала третью попытку поцеловать в лоб, для закрепления результата, но Черновский схватил меня за запястье, останавливая.
— Чувствую себя пятилетним мальчишкой в коротких штанишках. Меня с детства никто в лоб не целовал. — состроил он недовольную гримасу, и потянул меня на себя так, чтобы наши глаза оказались на уровне друг друга.
— А тебе не густо будет? Смотри, от пережора плохо бывает — я всё же дотянулась до его лба и громко чмокнула, раз язвит в такой ситуации, значит всё в порядке — Я с незнакомыми мужчинами не целуюсь — фыркнула я и попыталась выровняться.
Но Черновский сильнее сжал моё запястье и посмотрел непонятным взглядом в глаза:
— Мне казалось, мы ещё вчера познакомились, кажется это было, когда ты меня чуть с дороги не сбила, облив горячим кофе, и даже кажется перешли на более близкий уровень общения, примерно, когда я тебя раздевал, укладывая спать.
От его слов я залилась краской, щёки горели от смущения, а этот гад смотрит с прищуром и вызывающе улыбается.
— Хам — отрезала я и наконец вырвала своё запястье из его захвата. — Я тут проявляю сочувствие, а он…
— Спасибо — и он снова улыбнулся по-доброму, да так, что глаза заблестели и лицо засияло.
И вот как понимать этого непонятного мужчину?
  
— 6-
 
Территория заброшенного завода была ограждена высоким каменным забором и тяжёлыми железными воротами, запертыми на засов. Оставив машину за территорией, Черновский отпёр железный засов, и мы прошли во двор. Туфли на низком каблуке неприятно утопали в грязи, запутываясь в заросшей траве. И на кой я надела их сегодня? Холодно, мерзко и грязно, сюда бы гриндерсы с тяжёлой армейской подошвой. Спасибо, хоть дождь прекратился, но промозглый ветер всё равно не придавал оптимизма, и ёжась от холода, я куталась в тонкую кожаную куртку, медленно начиная мечтать о горячем чае и ванне.
Вокруг было по зловещему тихо, два обветшалых здания завода смотрели на нас полупустыми провалами окон, облупившейся штукатуркой и ржавыми трубами.
— Идеальное место для убийства — прокомментировала я, осматриваясь.
— Ты ещё внутри не была — хмыкнул Черновский и взяв меня за руку, повернул налево.
Его прикосновение было столь неожиданным, что от этого жеста на секунду я опешила, даже не поняв, куда это меня тащат. Но быстро придя в себя, я абстрагировалась от всех непрошенных ассоциаций и попыталась сконцентрироваться на деле.
«Мы на задании» — напомнила я себе, пытаясь не складывать в одну корзину такие невинные вещи, как ирония на плоские темы и банальное прикосновение за руку. А тот факт, что этот некромант вчера не постеснялся меня раздеть и уложить «спадки», как он выразился, ясно дало понять, о его лёгком отношении к таким вещам.
Тем временем, Черновский подошёл к одной из покосившихся боковых дверей и лёгким движением открыл её.
 
— Смотри под ноги и следуй за мной — предупредил он меня, отпустив мою руку и вытащив фонарик из внутреннего кармана пиджака.
Некромант был прав, обстановка снаружи и на сотую долю не была такой плачевной, как внутри. Грязные, потрескавшиеся полы, комья мусора, каких-то проводов и деревяшек повсюду, узкий коридор с болотными стенами, с которых свисали клочья старой краски, ржавые трубы и куски арматуры грозно торчали из потолка, а из разбитых окон практически не проникал свет. Бррр, да это идеальная площадка для съемок ужастиков или пост апокалиптических зомбилендов. А энергия этого места… Боже светлый, казалось, что каждый кирпичик стен был пропитан смертью и тьмой. Внутри всё сжалось от отвращения и страха.
Посильнее закутавшись в курточку, я шла вплотную к Черновскому, касаясь его руки и прижавшись к некроманту всем телом. Я конечно, девочка отважная и смелая, и даже некоторыми знаниями обладаю, и даже защитить себя смогу если что, но это в теории. А на практике, прямо сейчас было страшно и мерзко. Слишком много черноты чувствовалось в этом месте, даже на кладбищах, которых я кстати не боялась совсем, было много, много тише. Если кто-то когда-то решит отреставрировать завод, или даже разрушить и построить что-то другое, то это место нужно будет очищать и освящать, иначе беды не миновать. Чернота, она субстанция коварная, и так и норовит подчинить и разрушить.
Пройдя анфиладу узких коридоров, по дороге нам встретились несколько кабинетов, в которых до сих пор местами сохранились остатки разрушенной мебели, разбросанных листов бумаги, а в одном я даже увидела закопчённые стены от старого пожара. Скорее всего пожар и стал причиной заброшенности этого здания и такой сильной энергии мучительной смерти, тут там виднелись пятна сажи и обугленные стены. Поднявшись на третий этаж, я полностью убедилась в своих предположениях. Тут все коридоры и стены до сих пор покрывала сажа, окна отсутствовали и холодный ветер завывал в пустом пространстве. Тут было больше обломков, закопчённые стены разрушались, а куски арматуры и труб свисали сверху и валялись по полу.
— Будь внимательнее — предупредил Черновский, уверенно ступая по безопасной тропе.
Наконец мы вышли в огромное пространство, где раньше скорее всего находились рабочие станки. Остатки покорёженных кусков металла, какие-то железные бочки и баки, песок и снова трубы, всё это давно заржавело и было разъедено коррозией. Но сделав всего несколько шагов, я резко остановилась, с шумом втянув воздух. Вмиг давящее ощущение пропало и осталось… ничего, пустота, словно кто-то в миг перерубил канат.
— Труп был найден там — Черновский показал в центр комнаты, где до сих пор оставался белые очертания мела на расчищенной площадке.
— Как они вообще нашли труп? — удивилась я.
— Место хоть и закрыто, но ловкачи всегда найдут способ проникнуть внутрь. Сюда часто устраивают рейды местные патрульные, то притон наркоманов накрыли, то бомжей выгоняют, трупы тут также не редкость, поэтому мало кто удивился. А лет двадцать назад, в нулевых, тут чуть ли не каждый день жатву из трупов собирали. Любили братки расправляться со своими в тихом местечке.
— Бррр… место располагает, скажу тебе.
— И чем больше смертей, тем сильнее чернота.
— Почему не очистить и не разрушить?
— Мало таких мест не только в Москве, а по всей России? Сама знаешь. — пожал плечами Черновский, двинувшись вперёд.
Да, знала, как бы иначе. Также как власти забросили хороший кусок земли, и никто не собирался вкладывать в реставрацию или снос, также и магическая палата не желала тратить средства на какие-то там очистки без надобности. Стоит себе, замок поставили, и всё решение. Хотя место — это лишь условность, не было бы убийц, не откликались бы они на черноту и не приходили сюда. Очистка за просто так, тоже самое что и запреты: уже поздно. Людей нужно чистить, а не места. Вот так и живём от осознанности к полному пофигизму.