Дочь Палача

Пройдя очередную улицу, мне вдруг повстречалась небольшая группа мужчин в тёмно-синих одеждах с хмурыми, как пасмурные тучи, лицами. Они то и дело озирались по сторонам, будто что-то высматривали. А один из них бросил на меня такой холодный и пронзительный взгляд, что всё внутри меня съёжилось. Светло-голубые глаза-льдинки укололи меня, и мне захотелось побыстрее сбежать от этого человека. Ускорив шаг, чтобы как можно скорей миновать мужчин в форменной одежде, зачем-то метнулась в противоположную сторону улицы, чем вызвала ненужное внимание.
– Вот же дура, – шептала я про себя, – Испугалась, будто я в самом деле какая-то преступница… Уф-ф, нужно успокоиться и забыть всё, что произошло.
Вот только я почему-то чувствовала, что забыть мне не позволят. Чувство это засело внутри как тупая игла и ни в какую не хотело вылезать.
– Вы дочь Уильяма Блэра? – донеслось из-за спины. Я тут же остановилась, а когда обернулась, увидела перед собой того самого мужчину с ледяными глазами.
– Да, – робко ответила я.
Мужчина смотрел на меня в упор, окатив своей презрительной холодностью. Стоит ли говорить, что в этот момент моё сердце ухнуло в пятки, да там и осталось.
– Куда вы собрались в такой час? – продолжил он. На вид ему было примерно за тридцать, но я могла и ошибаться. Никогда не могла угадать, хотя бы примерный возраст человека.
– На королевские кухни, я там работаю.
– Давно?
– Нет, неделю, – зачем-то соврала я.
– Неделю? – мужчина явно удивился этому и, оставив дальнейшие расспросы быстрым движением руки, схватил меня за локоть, грозно произнеся. – Придётся пройтись в одно место. У меня к вам есть пара вопросов.
– Что? – тут же запротестовала я, попытавшись вырваться.
Мужчина с силой тряхнул меня и прошипел:
– Давай не будем усугублять и без того напряжённую обстановку. Прошу по-хорошему. Иначе могу заковать тебя в кандалы и будешь волочиться за мной по всему городу, – его лицо приблизилось к моему, чёрные брови сошлись к переносице, тонкие губы скривились в усмешке. – Расскажешь, что сделала с моим братом.
– О ком вообще вы говорите? – сперва я не поняла, но постепенно до меня начало доходить, кто передо мной стоял. Эйнар Рейн – командир королевской гвардии.
"Вот же пропасть!" – пронеслось у меня в голове.
– Не нужно валять дурочку! Рон пропал… И все говорят, что это твоих рук дело, – мужчина ещё ближе склонился ко мне, и я ощутила на себе его дыхание, увидела как зрачки сузились, превратившись в мелкие чёрные бусинки.
– Что же вы слушаете всякие сплетни? Мужчине разве пристало верить россказням досужих баб, – зачем-то съязвила я, прекрасно понимая, что мне такая вольность не сойдёт с рук. Так и получилось…
Эйнар Рейн еще сильнее сжал мой локоть. Боль прокатилась по руке сорвавшись с губ хриплым писком.
– Ты не в том положении, чтобы забавляться, – проскрежетал он и поволок в сторону замка.
Мне было так больно и неприятно, что я даже не заметила, как мужчины, сопровождавшие до этого Эйнара Рейна, неспешно поплелись за нами, начав негромко переговариваться между собой. О чём они говорили, я не слышала, полностью сосредоточившись на командире королевской гвардии. Строгие, хищные черты лица, тёмные волосы. Он был недурен собой, всё портил лишь глубокий шрам в форме полумесяца на правой щеке, доходивший до самого уха.
Так значит, они шли в наш дом, чтобы забрать меня? Или мы повстречались случайно? Спросить бы, но посмотрев ещё раз на взбешённого мужчину, тянущего меня за собой, прикусила язык. Нужно вести себя спокойно. Я ведь не совершала ничего преступного! Не казнят же меня, в конце концов, за то, чего я не делала…
До замка добрались довольно быстро. Перешагнув через решетчатые ворота, направились в сторону донжона. Высокая башня в пять этажей, выстроенная из тёмно-коричневого камня, заметно отличалась от остальных строений. Она гордо возвышалась над всей территорией и являлась самым старым строением всего королевства. Башня была очень узкой, не больше десяти метров в ширину.
 
Вряд ли она служит жилым помещением, подумала я и была права. Как только передо мной открылась дверь, в лицо тут же ударил запах сырости. Маленькие окошки слабо пропускали солнечный свет, так что я не смогла толком разглядеть внутреннее обустройство помещения. А когда меня поволокли вниз по лестнице, судя по всему, в подземелье, не на шутку испугалась.
– Куда вы меня тащите? – наконец завизжала я, пихнув мужчину в бок. Он даже и не заметил этого, лишь что-то буркнул и, не отпуская мой локоть, поволок дальше.
Обернувшись по сторонам, поняла, что в башне были только мы одни. Сопровождающие, по-видимому, остались снаружи.
Сердце заколотилось. Все мои мысли о том, что меня не тронут, если нет доказательств, вылетели в трубу. Дойдя до самого низа подземелья, почувствовала, как холод потянулся ко мне своими ледяными щупальцами. Он обжигал руки, просачивался сквозь одежду, заставляя все мои внутренности съёжиться.
– Что мы тут делаем? – дрожащим голосом проговорила я, когда увидела в слабом освещении факела стол со всевозможными колюще-режущими предметами.
Мужчина наконец высвободил мою руку из стальных объятий и закрыл за нами дверь.
– Как что? – совершенно безэмоционально проговорил он. – Я же сказал, будем выяснять, что ты сделала с моим братом, ну и с теми двумя.
 
Глава 9
 
Я сидела на стуле, не смея даже шелохнуться, и смотрела на всё «великолепие», которое располагалось на столе. Одетая в лёгкое платье, я до ужаса замёрзла. Волоски на руках поднялись дыбом, а на предплечьях выступила гусиная кожа.
Эйнар Рейн стоял ко мне спиной и, похоже, совершенно не боялся, что я могу… м-м-м, напасть, например. Хотя… решилась бы я на это? И что мне потом было бы делать? Вход в башню, скорее всего, охраняется, да и из замка мне просто так не выбраться. А что потом будет с отцом?
– Долго я ещё буду тут находиться? – начала я как можно спокойнее.
Эйнар Рейн наконец соизволил повернуться ко мне лицом. Он смотрел на меня с той же презрительностью, что и на улице.
– Ты будешь здесь находиться столько, сколько потребуется, – ответил он, сняв с себя форменную куртку. Закатав рукава рубашки, скрестил руки на груди, продолжая сверлить меня взглядом. – Или можешь прямо сейчас признаться во всём.
– Да в чём признаться-то? Я ничего не совершала. И вообще не понимаю, почему вы решили, что я причастна к исчезновению вашего брата! – наконец выговорила я.
Эйнар дёрнул бровью, усмехнувшись.
– И почему я не верю ни единому твоему слову? – произнёс он, беря со стола что-то похожее на инструмент для колки орехов. Я постаралась сохранить невозмутимый вид, хотя внутри у меня всё ходуном ходило, и я мысленно начала молиться Праотцу.
– Можете мне не верить, но это правда, – прошипела я слова, которые говорила за эти три злополучных дня уже не раз. – Мне до Рональда не было никакого дела! И даже то, что он мерзкий и отвратительный человек, ставящий себя выше остальных, не позволило бы мне разделаться с ним.
Мужчина на минуту замер, черты лица слегка смягчились. Теперь Эйнар разглядывал меня с интересом. Губы чуть дрогнули в еле заметной улыбке, и он подошёл ко мне. Высокий, я смотрела на него снизу вверх, и даже, наверное, красивый. Если бы не уродливый шрам на щеке.
Его тяжёлая мозолистая рука попыталась дотронуться до моих волос, но я успела вывернуться и оттолкнуть её.
– Не смейте меня трогать! – неожиданно злость накатила на меня такой мощной волной, что я не смогла сдержаться. Позабыв о последствиях, которые могут наступить, я встала со стула, бросив дерзкий взгляд на командира королевской гвардии.
А после услышала едва уловимые протяжные шёпоты, казалось бы, тысячи голосов:
– Позво-о-о-ль… разреши-и-и… убе-й-й…