Кодекс Агента. Том 2 (СИ)

Мы смеемся, но эта сцена ярко демонстрирует, что аристократическая жизнь — это спектакль, где каждый играет свою роль, лишь иногда выходящую за привычные границы.
— Я же говорил тебе, что утром Олег будет лапочкой, — ухмыляется Трубецкой. — Ставлю червонец, что сегодня он будет ласков с тобой как котёнок. А вечером попросит простить проигрыш в карты.
— И что бы ты сделал на моем месте? — спрашиваю я, искоса поглядывая на угрюмо молчащего Апраксина.
— А это зависит от твоих планов, — отвечает Трубецкой. — Если хочешь нажить врага — не прощай. Если хочешь получить лояльного приятеля, когда он трезвый, прости часть. А если хочешь иметь друга — проиграй сегодня в два раза больше!
— Я непременно последую одному из твоих советов! — отвечаю я Андрею и чокаюсь с Апраксиным.
Хочу, чтобы этот спектакль закончился как можно скорее, хочу сбежать в спальню и остаться в одиночестве. Нет, не в одиночестве. Хочу уединиться с Ольгой, которая осталась в Москве. Хочу сидеть с ней перед панорамным окном, держась за руки, и молча любоваться голубым до одури небом. Небом, в котором щедро плещется такая далекая от меня свобода.
Входные двери за моей спиной открываются, и на пороге возникает Князь Бестужев-старший собственной персоной.
  
Глава 14
 
Князь Бестужев гневается
 
Князь Бестужев-старший изволят гневаться. Его лицо выражает явное недовольство, а взгляд исподлобья остер, словно лезвие стального клинка. Тяжелые веки слегка подергиваются, выказывая внутреннюю напряженность и раздражение.
— Утро доброе, ваши величества и высочества! — фиглярствует он, следуя придворному этикету лишь формально. — В поезде произошло недопустимое для аристократов событие! Мало того что вы, будучи несовершеннолетними, играли в карты на деньги, и, насколько я знаю, кое-кто из вас проиграл целое состояние, так еще и устроили драку на потеху слугам и официантам! Вы запятнали честь чистокровных аристократов! В телеграфе только и пишут о случившемся!
Бестужев фиксирует гневный взгляд на моей скромной персоне и выдерживает драматическую паузу, давая понять, что выражение «чистокровный аристократ» ко мне не относится.
— Подобное поведение недопустимо в нашем обществе! — продолжает он. — Аристократ должен демонстрировать высокие стандарты морали, а не погружаться в пошлые забавы, достойные черни! Ваша безответственность привлекает внимание не только общественности, но и прессы, что может запятнать честь всех Великих Родов Империи!
Командующий Императорской Гвардией вперяет взгляд в Цесаревича.
— И не думайте, что вам все сойдет с рук — Императору уже доложено о случившемся! — Бестужев делает паузу, чтобы мы осознали важность проблемы. — Вы должны изменить ваше поведение на публике и вести себя в соответствии с высокими требованиями Дворянского Кодекса! Иначе ваше место в аристократическом обществе может быть под серьезным вопросом!
Князь обращается к нам с суровым выражением лица и говорит громким голосом, отчетливо и отрывисто, выделяя каждую фразу. Слова звучат резко и непреклонно, словно удары хлыста.
— Вам предстоит провести две недели в Александровском дворце! Когда Император сделал этот щедрый подарок, он и помыслить не мог о том, что будут творить наследники Великих Родов! Царское Село — символ величия Российской Империи, место, где аристократия должна поддерживать и укреплять свои традиции, а не погружаться в вакханалию и разврат! Наплевав на благородство и высокие идеалы, вы предпочли позор и общественное осуждение! Помните, что ваша репутация — не только отражает ваше собственное достоинство, но и влияет на родословную ваших потомков и даже на благосостояние всей Империи!
Бестужев переводит дух, оглядывает нас по очереди, считывая реакцию на собственную пафосную речь, а затем продолжает.
— Императорский дворец — не место для детских шалостей и легкомысленных утех! Не забывайте, что будущее нашей великой державы зависит от вас! Есть время, чтобы исправить допущенные ошибки, иначе вас ждет не только утрата благосклонности первых лиц Империи, но и лишение прав и привилегий, которые были дарованы исключительно по милости Императора!
 
Во время зубодробительной речи взгляд Князя Бестужева чаще всего останавливается на мне и Олеге Апраксине. И ежу понятно, что основную ответственность за произошедшее должны нести мы, но нас прикрывает сияющий нимб над челом Цесаревича.
— Какой же он нудный и скучный! — шепчет Трубецкой, практически не шевеля губами. — Прыщ на ровном месте, но всегда читает морали! Мне отец столько голову не промывает, сколько Бестужев! А сам все бордели Москвы и Питера обошел, праведник хренов, Тьма его забери!
Андрей отводит глаза в сторону, изображая полное равнодушие к словам князя Бестужева.
— Он еще и дуэлянт заправский, — добавляю я, сохраняя при этом серьезное выражение лица.
— Вы с детства привыкли к бурной жизни и веселью, но не забывайте, что каждый из нас несет ответственность за будущее Российской Империи! — продолжает Бестужев. — Мы обязаны не только сохранить, но и укрепить величие нашей страны!
— Господин Бестужев! — восклицает Цесаревич, улучив паузу между гневными тирадами князя. — Все случилось по недоразумению, в котором повинен я. Мы уже сделали выводы. Ребята поговорили, обсудили вчерашнюю ситуацию и извинились друг перед другом. Инцидент исчерпан. Просим прощения за то, что вам пришлось мчаться из Москвы в Санкт-Петербург, чтобы учить нас уму-разуму. Мы благодарны за ваше внимание и заботу. Я уверен, что в будущем подобное не повторится!
— Дело не в прощении и не во времени, которое я потратил на поездку сюда. Дело в вас! Дело в вашем непонимании одного из главных принципов существования Империи: аристократ потому и называется аристократом, что ведет себя должным образом! — говорит Бестужев, гневно сверкая глазами. — А вы позорите завоеванные кровью предков титулы и даете повод бездарям называть нас презрительной кличкой «аристо»!
Князь Бестужев снова обводит нас сердитым взглядом.
— Больше никаких игр в карты! Никаких драк! Если я услышу о дуэли, пропущу участников через строй гвардейцев с шомполами в руках! И не думайте, что я бросаюсь пустыми угрозами! Я озвучиваю приказ Императора! И вас, Ваше Высочество, это тоже касается!
Цесаревич покорно склоняет голову перед князем Бестужевым.
— Ваша Светлость, мы благодарны за ваши слова и готовы неукоснительно следовать указаниям Императора. Наша цель — служить Российской Империи и поддерживать ее величие. Мы будем бережно соблюдать все установленные правила и подчиняться великим принципам нашего общества!
Цесаревич делает несколько шагов вперед и поворачивается к нам.
— Друзья, давайте помнить, что мы представляем не только себя, но и Великие Роды России, — обращается он к нам, подчеркивая собственный статус первого среди равных. — Давайте вести себя соответствующим образом и делать все возможное для сохранения благородства и чести наших домов!
— Что ж, будем считать инцидент исчерпанным! — раздраженно заключает Князь Бестужев, явно недовольный вмешательством Алексея Романова. — Я прошу господ Апраксина и Шувалова подойти ко мне и пожать друг другу руки!
Мы с Олегом обмениваемся понимающими взглядами и выходим вперед. С выражением уважения на лицах мы скрепляем наш безмолвный договор о нейтралитете крепким рукопожатием. Князь удовлетворенно кивает, соглашаясь, что инцидент, действительно, исчерпан.
— Господа, я надеюсь, что в будущем ваши поступки будут соответствовать статусу и наследию, которые вы несете! — с пафосом произносит Бестужев, заканчивая процедуру примирения.
Он прощается с нами и покидает холл дворца, а вперёд выступает Лев Леопольдович.
— Дамы и господа, говорит он, ваши комнаты готовы, вещи разложены, а в ресторане ждёт лёгкий завтрак! Вы можете немного отдохнуть с дороги и принять душ! Добро пожаловать в Александровский Дворец!
Лев Леопольдович лично ведет нас в гостевое крыло, останавливается перед дверьми апартаментов и выдает электронные ключи, вид которых диссонирует со старо-имперским дизайном помещений.