Не искушай меня (ЛП)

Напряженные широкие плечи под рубашкой, которая выглядела так, будто для него сшита. Пряди светлых волос как попало прикрывают уши и шею. Поразительно голубые глаза обрамлены самыми густыми и черными ресницами, которые я когда-либо видела. Это преступление, когда у парня такие ресницы.
У него худое лицо с ямочкой на подбородке. Губы растянулись в ухмылке, когда он осмотрел всех людей в комнате. Абсолютно все, и парни, и девушки, сконцентрировались на его появлении. И казалось, он упивался подобным эффектом.
То, как он двигался, заставило меня нахмуриться. Почему он кажется таким знакомым?
— Добро пожаловать! Займи место. Мы уже готовы начать, — окликнула Кристи новичка, прерывая мои внутренние размышления. Мистер Горячий и Опасный медленно двинулся к последнему стулу, который стоял, как оказалось, прямо напротив меня.
Парень опустился на холодный, жесткий металл и вытянул перед собой ноги, будто развалился на диване, а не пришел на встречу группы поддержки. Он ослепительно улыбнулся девушкам, сидящим рядом с ним. Они выглядели слегка ошеломленными. И я не могла винить их.
Он вел себя несколько отрешенно, чересчур самоуверенно для группы поддержки. Я продолжала хмуриться, глядя на него и пытаясь понять его. Бесспорно, в нем есть что-то завораживающее, но также есть что-то еще, что у меня не получалось уловить, и это сводило меня с ума.
Он повернул голову и посмотрел на меня, а затем моргнул, словно удивился. Он хмурился, пока изучал меня так же пристально, как я его.
— Ну что ж, начнем. Ребята, меня зовут Кристи Хинкл, я — директор службы поддержки в Совете Общественных Услуг. А это Обри Дункан. Она студентка университета Лонгвуда, и будет моей помощницей следующие двенадцать недель.
Я неловко помахала всем.
На меня уставились двенадцать пар глаз, чьи владельцы, казалось, оценили и осудили меня за тридцать секунд. Черт, это будет нелегко. Мистер Голубые Глаза напротив меня все еще продолжает смотреть на мое лицо, и я чувствую себя довольно неуютно.
Кристи улыбнулась и едва заметно кивнула мне, давая понять, что моя очередь говорить. Я сделала глубокий вдох и осмотрела группу.
— Привет. Очень рада быть частью этой группы. Я работаю над своим дипломом по консультированию и надеюсь, что мой опыт сможет… не знаю… помочь вам в каком-то смысле, — сказала я. Мне хотелось съежиться от того, как претенциозно прозвучали мои слова. Они возненавидят меня. Я уверена в этом.
Некоторые девушки закатили глаза, и по их телодвижениям я сразу же поняла, что была права; они однозначно ненавидели меня. Может быть, я все же не создана для такого.
Кристи поняла, что я в затруднении, и вмешалась.
— Некоторые ваши лица мне знакомы; остальные — новенькие. Я хотела бы уделить минутку и пройтись по кругу, чтобы каждый из вас представился. Рассказал что-то о себе. Почему вы здесь. Что вы надеетесь получить во время следующих двенадцати недель. Не забывайте одну важную вещь: говорить здесь совершенно безопасно. Все что вы скажете в этой комнате, останется в этой комнате. Мы все связаны обязательством по соблюдению конфиденциальности. Важно, чтобы вы доверяли всем и каждому человеку здесь; в противном случае, толку от наших встреч не будет.
Кристи кивнула головой одной из девушек. Я узнала ее, так как раньше видела за стойкой администратора в библиотеке университета. Девушка посмотрела на свой бейджик и указала на него с робкой улыбкой.
— Меня зовут Марисса. Я студентка второго курса, и я борюсь с зависимостью от Риталина (Примеч. Риталин — лекарственное средство из группы психостимуляторов) уже почти два года, — быстро рассказала она, будто ей было не просто произнести эти слова.
Кристи улыбнулась.
— Мы рады, что ты пришла, Марисса, — сказала она искренне. И мы продолжили так по кругу. Следующим был Кайл, брат сообщества. Я с удивлением узнала, что он дважды был задержан за хранение кокаина, и боялся потерять свою футбольную стипендию. Если посмотреть на него, то увидишь крепкого спортсмена, у которого все отлично. Я представить себе никогда не могла, что он борется с чем-то подобным.
 
Потом пришла очередь Лисы и Твилы, девушек из женской общины, которые были лучшими подругами. Они подсели на метамфетамины, чтобы бодрствовать и успевать делать домашние задания.
Следующим был Джош, который так часто курил травку, что завалил почти все предметы. Джиджи любила баловаться экстази по выходным. Грант и Винс любили обезболивающие. А Линетт пристрастилась к Перкоцету (Примеч. Перкоцет — обезболивающее средство, содержащее наркотические вещества), после операции на колене в прошлом году.
Затем Кристи повернулась к враждебно настроенной паре, которая все больше и больше волновались, пока все себя представляли.
— Что на счет вас двоих? Что вы двое надеетесь получить от группы? — дружелюбно спросила Кристи.
Девушка посмотрела на свою руку, которая все еще была крепко сжата ее приятелем. Она не подняла голову, ее ярко-розовые волосы закрывали глаза.
Губы парня сжались, и он молчал так долго, что я была почти уверена, что он не собирается ничего говорить. Затем, наконец, он сжал зубы и едва слышно сказал:
— Я Эван, а это Эйприл. Мы просто ходим отсидеть свои часы и закончить с этим дерьмом.
Я посмотрела на Кристи. Она едва заметно прищурила глаза, но я все равно это заметила. С этими двумя нам будет трудно. Кристи посмотрела на Эйприл, которая, казалась, съежилась. Динамика между парой была очень тревожной.
— Ты согласна, Эйприл? Ты здесь лишь для того, чтобы отсидеть требуемые часы? Или ты надеешься извлечь что-то большее? Девушка с розовыми волосами покачала головой. Через несколько мгновений, Кристи осознала, что она ничего не вытянет из очевидно немой Эйприл.
И остался лишь блондин с голубыми глазами, на бейджике, прикрепленном к его рубашке, было написано имя Макс. Кристи, казалось, испытала облегчение, переключив свое внимание на него. Пока все представлялись он сидел тихо, играя роль примерного члена группы. Он старался выглядеть заинтересованным, пока остальные говорили, но я не могла избавиться от чувства, что ему было плевать на это, что для него все это игра, и он знал, какую роль он должен играть.
— Наконец, последний член группы. Почему бы тебе не рассказать немного о том, почему ты здесь, — предложила Кристи.
Его улыбка была обманчиво доброжелательной, но в глазах читалась совсем другая история. Мне просто хотелось узнать ее.
Все девушки в группе были полностью им очарованы. Однажды я читала книгу о вождях, которые умели контролировать комнату с помощью только улыбки или жеста. Они обладали харизмой, которая заставляла людей отдавать за них жизни. Я всегда думала, что это смешно; никто не может быть настолько притягательным, чтобы люди были счастливы последовать за этим человеком на край света, если их попросят.
Глядя на Макса и на то, как вся комната тянулась к нему, я, наконец-то, поняла. И самое страшное заключалось в том, он, очевидно, знал какой силой обладал. И наслаждался этим.
Несмотря на мои не столь дружелюбные чувства к этому таинственному парню, я инстинктивно среагировала на него. Легко было представить, как его тело будет ощущаться рядом с моим. Он выглядит как те, кто обожает контролировать, и я задрожала, представив, как мое тело подчиняется ему.
Мои противоречивые чувства были такими аморальными и совершенно не профессиональными. Я здесь в качестве куратора. Я ответственное лицо, но какой бы незначительной не была моя должность, мне не следовало желать парня, который пришел в группу ради лечения.
Что со мной не так? Это было так не похоже на меня, что я очень сильно разволновалась.
Макс лениво осмотрел комнату, не спеша прошелся взглядом по всему кругу пока его взгляд, наконец, не остановился на мне. Он облизнул нижнюю губу, и я, не удержавшись, посмотрела на его губы. Черт возьми…
От вспышки непонятных эмоций жар прилил к лицу. Так же внезапно, как они появились, они исчезли, будто их никогда и не было. Его язык исчез за зубами, когда он ухмыльнулся мне, заставляя гадать, способен ли он читать мои непристойные мысли.