Не искушай меня (ЛП)

Макс опустил руки и посмотрел на меня взглядом, в котором были только испуг и растерянность.
— Я неудачник, — прошептал он. — И всех, кто ожидает, что я буду другим, ждет разочарование. — Он внимательно посмотрел на меня, и мне стал очевиден смысл его слов.
Не жди от меня чего-то большего.
— Приятно чувствовать себя желанным. Люди нуждаются во мне и в том, что я могу им дать. Мне нравится осознавать, что я могу принять таблетку, и все перестанет иметь значение. Я перестану испытывать вину. На меня не будут давить все мои неудачи, — прорычал Макс, собирая рубашку на груди в кулак.
Он прищурился.
— Так что не говори мне о том, что, по-твоему, я должен или не должен делать. Потому что ты ни черта обо мне не знаешь.
У меня пропал дар речи. Я стояла там уже не как будущий консультант Обри, а как юная девочка, которая пытается спасти своего печального парня, о котором, не смотря на все мои убеждения, следует позаботиться.
— Я не могу спасти себя, Обри. Точно знаю, что я пропащая душа. — Он был так зол. Он двинулся ко мне, обхватил мое лицо своими руками, и я замерла под силой его взгляда. Не могу понять, он злится на меня или на себя. Вероятно, оба моих предположения верны.
Он поразил меня, прижавшись к моему рту с такой сокрушительной силой, что я почувствовала привкус крови. Отстранился он так же внезапно, как и начал целовать меня. Его поведение дикое, неконтролируемое. Он действовал импульсивно, с непроницаемым выражением лица. Даже предположить не могу, что он сделает в следующую минуту.
Его руки крепко удерживали мое лицо.
— Я хочу тебя, Обри, — сказал он, четко и уверенно выговаривая слова. Его пальцы впились мне в кожу, и я старалась не морщиться.
Макс крепко держал меня, будто боялся, что я убегу. Противоречивая, разумная часть меня, по-прежнему обдумывала эту возможность. Понимаю, что лучше не связываться с Максом, кем бы он ни был. К нему лучше вообще не приближаться. Но ничто из этого не отменяет то, что рядом с ним я чувствую мощный прилив энергии — или то, как разрушающий все вокруг, сломленный мужчина взывает к женщине, которая больше всего на свете хочет помочь ему, спасти его, сделать его жизнь лучше.
— Не бросай меня, — прошептал он, и от его слов я задрожала.
Я положила ладони поверх его рук, которые обхватывали мое лицо, и посмотрела ему в глаза, которые умоляли меня остаться.
— Ты пугаешь меня, — честно призналась ему я.
Наклонившись, он прижался своим лбом к моему. Он глубоко и хрипло дышал.
— Я пугаю даже себя, — сообщил он. Я потянулась и обняла его руками за шею, а он опустил руки мне на бедра. Закрыв глаза, мы дышали друг на друга, позволив правде наших слов повиснуть между нами.
— Ты должен остановиться, Макс. Ты на испытательном сроке. Если тебя поймают, то отправят в тюрьму, — урезонивала я. Макс кивнул и потерся своим носом об мой.
— Знаю. Я больше не могу быть тем парнем. Но от него трудно избавиться. Не уверен, что справлюсь сам.
— Ты уничтожаешь себя. Наркотики убили мою сестру. Тебя тоже убьют, — продолжала я. Он не отрицал ничего из того, что я говорила. Не оборонялся. Не сказал мне не лезть не в свое дело.
Он просто кивал.
— Ты нужна мне, — произнес он так тихо, что я едва расслышала.
И вот так просто он изменил мое решение. У него это вышло так легко. Но он нуждается во мне. Я живу, чтобы во мне кто-нибудь нуждался. Эта такая же сильная зависимость, как и его. Ее потенциал столь же разрушителен. Я просто еще не знаю, насколько разрушителен.
— Я должен поцеловать тебя снова. Пожалуйста, — умолял он. Меня удивило то, что он спрашивал моего разрешения, принимая во внимание его атаку на мои губы всего пару минут назад. Но он, казалось, хотел моего согласия. Как будто давал мне понять, что если я соглашусь, то в этот раз все будет иначе. Наши отношения изменятся, и пути назад уже не будет.
Макс открыл глаза, их голубизна молча призывала меня сдаться. Я бессильна против него. Я попыталась вспомнить причины, почему мне следует держаться от него подальше, но он так близко, так грустно и отчаянно умоляет меня, что мне не остается ничего иного, как согласиться.
 
Я притянула его поближе и приподнялась на носочки, чтобы дотянуться до него. Наши губы слились, и он обнял меня, тесно прижимая к себе. Он подтолкнул меня к стене, пока его рот поглощал мой. Наши языки переплелись, и я вцепилась в его волосы, дернув достаточно сильно, чтобы причинить боль.
Он застонал мне в рот, и мы будто обезумели. Макс приподнял меня, поддерживая за задницу, а я обернула ноги вокруг его талии. Он качнул бедрами, и под слоями нашей одежды, я почувствовала, какой он твердый.
Макс оторвался от моего рта, и начал покрывать поцелуями мою шею. Я выгнулась от его прикосновений, желая получить все, что он готов дать мне. Он переместил одну руку с моей задницы мне на грудь. Дернул молнию куртки, расстегивая ее. Затем, стремясь добраться до обнаженной кожи, потянул вниз мой свитер, растягивая материал на шее.
Как и в прошлый раз, я позволила себе насладиться безумными ощущениями, которые Макс вызывает во мне, ощущениями, которые способен вызвать лишь он один.
Он обхватил пальцами мою грудь, массируя и потирая. Мой громкий стон эхом раздался в пустом коридоре, заводя его только сильнее. Он сдвинул лифчик с моей зудящей плоти, и я почувствовала первое чувственное прикосновение его пальцев. Его движения казались неуверенными, но чем сильнее я извивалась в его руках, тем увереннее они становились. Он зажал сосок между большим и указательным пальцами и начал потирать его достаточно сильно, чтобы внизу живота у меня вспыхнул пожар. Я ощутила пульсацию между ног и начала ритмично потираться об него, пытаясь найти облегчение.
— Так прекрасна, — пробормотал он, а затем опустил голову и обхватил сосок губами.
— Боже, — выдохнула я. Откинув голову назад, я ударилась о бетонную стену позади меня. Его зубы царапали мою горячую кожу, покусывая и пробуя на вкус. Язык кружил вокруг моего соска, а другая рука тем временем переместилась к застежке моих джинсов. Теперь, когда он больше не поддерживал мой вес, я опустила ноги на пол и поняла, что едва могу стоять, так сильно дрожат коленки.
Я даже не задумывалась, где мы сейчас находимся, и может ли нас кто-нибудь увидеть. Мой охваченный похотью мозг оказался способен зафиксировать лишь то, как его рука скользнула в мои уже расстёгнутые джинсы и прошлась по краю моих влажных трусиков.
Макс еще раз поцеловал мою грудь и отстранился, чтобы посмотреть на меня. Наши взгляды пересеклись, и его рука медленно проникла под мое нижнее белье, коснувшись пульсирующего центра. Меня всю трясло. Моя все еще обнаженная грудь быстро поднималась и опадала, пока я пыталась выровнять дыхание.
Губы болели и распухли. Мне хотелось, чтобы он снова поцеловал меня, но он не сделала этого. Он продолжил наблюдать за выражением моего лица, пока его пальцы медленно и целеустремленно потирали меня. Дразня меня, он прижал кончик пальца к самому входу, а затем поднялся выше и надавил на клитор.
— О, Боже мой, — простонала я, когда его палец, наконец, медленно скользнул внутрь, будто смакуя меня. Я закрыла глаза от обилия ощущений, так как не могла справиться с ними. Другую руку Макс погрузил мне в волосы, обхватив затылок, и удерживал в таком положении, в то время как его палец начал входить и выходить из меня. Сначала его движения были медленными и вялыми, но затем ритм изменился, и он толкался так глубоко, как только я могла принять его.
— Смотри на меня, Обри, — потребовал он, и его хриплый голос надломился, когда он скользнул в меня уже двумя пальцами.
Я распахнула глаза, чтобы посмотреть на него, и почти сразу закрыла их, увидев неприкрытое желание на его лице. Оно было настолько сильным, что было больно смотреть на него.
Большим пальцем он потирал мой клитор, а два других пальца согнулись внутри меня и коснулись точки, от чего я сразу же кончила. Я прикусила губу, сдерживая рвущийся из меня крик.