Не искушай меня (ЛП)

Образ того, как он заглатывает наркотики, тесно переплелся с воспоминанием о том, как я целовалась с ним, как прикасалась к нему, делилась с ним своими секретами, которые обычно храню глубоко в душе и ни с кем не делюсь.
Черт его побери!
На встречах группы, я почти не разговариваю, придерживаясь соглашения, которое заключила с доктором Лоуэлл. Тем не менее, это не мешает остальным членам группы смотреть на меня так, будто я снова собираюсь выйти из себя в любую минуту. Большинство из них, кажется, даже взволнованы подобной перспективой.
Я делала записи и изо всех сил старалась сохранять профессиональное серьезное выражение лица. Слушая, как они рассказывают, кивала, как будто их односложные ответы являются самыми мудрыми высказываниями, которые я когда-либо слышала.
Я не обращала на Макса внимание, хотя понимала, что он жаждал его. Он как обычно был харизматичен и поглощал энергию окружающих. Но ни в коем случае я не позволю себе ответить ему, даже если он сделает какое-нибудь довольно критичное замечание, предназначенное мне одной.
— У кого-нибудь произошло что-нибудь положительное за эту неделю, чем бы он хотел поделиться с нами? — спросила Кристи, чтобы хоть как-то разговорить ребят. Конечно, желающих не нашлось. Какой сюрприз.
И, конечно, именно Макс вызвался ответить первым.
— Я бы хотел кое-чем поделиться. — Глубокий голос Макса, казалось, прозвучал прямо у меня в ушах. Я упрямо смотрела в тетрадь и рисовала маленькие закорючки, стараясь игнорировать его.
— Великолепно, Макс, — подбодрила его Кристи, ее голос прозвучал взволнованно, как всегда, когда Макс брал дело в свои руки. А он именно это и делает. Контролирует направление обсуждения. Меняет все так, чтобы это соответствовало его целям.
Я заметила его эгоцентричную себялюбивую манеру поведения, и полагала, что мне представится шанс обнаружить что-нибудь под его нарциссической оболочкой. Но это было до того, как я узнала, кто он на самом деле.
— На прошлых выходных у меня было свидание с самой потрясающей и красивой девушкой, которую я когда-либо встречал, — начал Макс, и я почувствовала, что краснею. Черт, черт, черт! Если кто-то узнает, кто была та девушка, то я не отделаюсь простым предупреждением. Меня вышвырнут из программы поддержки быстрее, чем я произнесу свои жалкие оправдания.
— Правда? Звучит отлично, — с энтузиазмом сказала Кристи. Твила, девушка из женского сообщества, которая сидела рядом со мной, злобно проворчала что-то себе под нос.
Ее подруга Лиза, наклонилась вперед и прошептала:
— Ты ждала слишком долго, Ти, — поддразнила она. Я бросила взгляд на девушек, которые, судя по всему, не очень рады новостям о фантастическом свидании Макса.
— Еще посмотрим, — прошептала Твила в ответ и улыбнулась. Я с трудом подавила желание надрать ей задницу. Слова он — мой, вертелись на кончике языка, и мне пришлось плотно сжать губы, чтобы не выпалить их, повинуясь животному инстинкту заявить свои права.
Права, которых у меня нет, и которые я не хочу иметь.
Я просто буду повторять эти слова себе снова и снова, и затем, однажды, я, может быть, поверю в них.
— Да, мы ходили смотреть кино. Знаю, глупо, но есть что-то в этой девушке… между нами есть притяжение, которого я никогда не ощущал раньше, — тихо объяснил он.
Я отказалась посмотреть на него, хотя знаю, что он хочет, чтобы я это сделала. Сердце в груди сжалось, и, хотя я и была готова затанцевать от счастья, в тоже время мне хотелось накричать на него.
Его слова — пустой звон, и смешливую девчонку во мне переполняет праведный гнев.
Я сжала зубы и еще яростнее начала рисовать в тетради.
— Звучит очень многообещающе, Макс. Я счастлива, что у тебя был такой положительный опыт, — восторженно похвалила Кристи.
Я рискнула посмотреть на него. Он не смотрел на меня, впервые за весь вечер. Его внимание сосредоточилось на Кристи, а все остальные смотрели на него. Поэтому у меня было время, чтобы изучить его; я пыталась найти неискренность, которая уверена, должна там быть.
 
Но его лицо казалось таким открытым и искренним, каким я еще ни разу его не видела. У меня в горле застрял комок, и я почувствовала, как защипало глаза. Откуда он узнал, что эти слова могут значить для меня, как сильно я хочу, чтобы они оказались правдой?
Я отвернулась, прежде чем он смог поймать меня за подглядыванием. Прошла остальная часть встречи, но я едва замечала кого-либо вокруг. Я не попалась на удочку Эвана, когда тот сделал неприятный комментарий о «лезущих не в свое дело, самодовольных» людях. И я глазом не моргнула, когда Макс неизменно противоречил ему.
Я слишком зациклилась на своей внутренней борьбе с чертовым Максом Демело. Кто он? Тот парень, который смотрел на меня с надеждой в глазах или тот, который господствовал в ночном клубе, пока распространял яд? Оба варианта одинаково пугают меня.
После того как встреча группы поддержки подошла к концу, я помогла Кристи прибраться и сложить стулья. Очевидно, моя безучастность во время встречи не осталась незамеченной. Как только мы остались одни, Кристи прояснила это.
— Обри, я не хочу, чтобы ты боялась говорить в группе. Ты мой помощник; мне нужно, чтобы ты участвовала. Просто между тобой и ними должна быть граница. Ты должна выучить, что можно говорить, а о чем стоит промолчать. Это процесс. Вот почему ты здесь, — сказала Кристи, повторив слова доктора Лоуэлл, пока мы собирали пластиковые стаканчики и убирали их обратно в полиэтиленовые пакеты.
— Думаю, мне просто нужно найти эту золотую середину, — признала я, не совсем уверенная, что именно она хотела, чтобы я сказала.
— Знаешь, это не каждому дано, — сказала Кристи после паузы. Я шокировано посмотрела на нее, ее слова задели меня за живое. Стало донельзя очевидно, что она не в восторге от меня. Знаю, что она ставит под сомнение мотивы, по которым я решила стать консультантом. Очевидно, она теперь считает, что у меня отсутствует врожденный профессионализм, с помощью которого я бы могла управлять собственными чувствами и не вмешивать их во все это.
Но чем больше проходило времени, чем теснее я общалась с Максом, тем отчетливее понимала в глубине души, что страхи Кристи вполне обоснованы. Я переступила черту. Не подхожу. Мои чувства к Максу ставят все под удар.
Но это не означает, что я готова все бросить. Я изо всех сил буду бороться за ту жизнь, которую хочу — даже если для этого потребуется практически все трижды отрицать.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я хрипло, стараясь сохранить нейтральную интонацию в голосе, но эмоции захлестнули меня — нижняя губа задрожала, пока я пыталась сдержать набежавшие на глаза слезы.
Кристи положила руку мне на плечо, и этот ее жест показался мне очень снисходительным.
— Я просто имею в виду, что это сложная задача. Не каждый может справиться с ней, — объяснила она и улыбнулась. Ее улыбка показалась мне слишком успокаивающей, чтобы быть искренней.
Я считала Кристи милым и компетентным консультантом. Может она и компетентна, но она слишком строго судит других. И меня, очевидно, она осуждает строже прочих.
Я не стала отвечать. Схватила свои вещи, надела пальто, и, пробормотав прощание, ушла.
— Эй. — Я испугалась, услышав звук мужского голоса. Макс стоял, прислонившись к стене, засунув руки в карманы, на голове у него надета серая шапочка. Увидев его, желудок сжался, но мозг так легко не поддался на его внешность.
Я кивнула ему и продолжила идти по коридору, мои ботинки громко стучали по плитке.
— Обри, погоди, — позвал Макс, но я даже не приостановилась. Макс — бомба, готовая взорваться в любую минуту. Он уничтожил ту часть меня, которая планировала, пусть и недолго, забыть о всякой осторожности. Он лжец. Фальшивка. И единственный человек, который может разрушить мою жизнь.
— Мне надо идти. Поговорим позже, — бросила я через плечо и ускорила шаг. Я услышала, что он тоже пошел быстрее, а затем он схватил меня за руку, вынуждая остановиться.