Эра Огня 3. Зажжённый факел
Глава 14
В академию мы вернулись очень сильно кружным путём. Для начала отыскали тот самый выступ, на который вёл коридор из подземного логова. Прошли через владения Мелаирима, выбрались в подвал и умудрились успеть на первое занятие.
– Меня там найдут, – задумчиво сказала Авелла, глядя, как первый курс просачивается в открытую дверь танцевально-фехтовального зала. – По расписанию.
– Тебе-то чего бояться? Это меня бить будут, – возразил я.
– За турнир – меня, – покачала головой Авелла. – А тебе, кстати, ещё, может, и спасибо скажут.
Когда Авелла грустила – как будто солнце пряталось за тучи. Жаль, ничего утешительного я не мог для неё придумать. Помявшись, заметил:
– Слушай, ну Герлима прогуливать – не вариант.
Авелла грустно кивнула. Герлима мы с ней прогуляли один-единственный раз. Натсэ только-только пропала, я был в кромешной депрессии, Авелла меня и там не оставляла. Мы не задумываясь забили на урок и без толку шлялись по горам. Ну, я шлялся, а Авелла таскалась следом. Как потом оказалось, она боялась, что я покончу с собой – видимо, так плохо выглядел.
Я был уверен, что наш с Герлимом конфликт выше подобных мелочей. Но оказалось, что учитель изящных искусств придерживается иного мнения. В тот же день усталый и измученный Мелаирим принёс нам приговор: до блеска вычистить все туалеты в академии. И даже дал по ведёрку. Вот и какое, спрашивается, отношение академические туалеты имеют к высокому искусству? Этого юмора я так и не понял.
Справились мы довольно быстро. Самым сложным было – не забыть намочить вёдра. Герлим наивно полагал, что мы такие одностихийные, а стены академии надёжно защищены от магии учеников. Ха-ха! В каждом новом туалете я сперва использовал магию Воды, чтобы смыть всё куда положено, потом – Огня, чтобы подсушить и испепелить остатки грязи, а потом Авелла всё проветривала и выдувала из тех углов, куда не добрался огонь. Пожалуй, мы с ней были прекрасной командой. Пойдут дела совсем плохо – откроем клининговую фирму. «“Мортегар и Авелла“. Магия трёх стихий на страже чистоты». И пусть никто не догадается, о каких трёх стихиях идёт речь.
Герлиму, однако, наши успехи не понравились – слишком уж быстро закончили. Он пытался ещё что-то бухтеть, но Мелаирим, как мне послышалось, послал его во что-то на букву «ж», и на том конфликт замялся.
Но с тех пор три месяца прошло. Наверняка у лысого подонка созрело немало новых идей. Наивно было бы думать, что он успокоится на том, что нанял Орден устранить меня. А как же «монолог злодея», в конце концов?
Авелла всё ещё колебалась, хотя урок должен был вот-вот начаться, но тут сзади послышался приближающийся голос Мелаирима:
– Уверяю вас, господин Тарлинис, ваш сын будет на этом занятии, где бы он ни провёл ночь!
– Может, не знают про меня ещё? – шепнула Авелла и потащила меня в зал за руку.
Успели вовремя и захлопнули за собой дверь.
Лысый Герлим обернулся на хлопок и оскалил свою вампирскую пасть.
– А, наша сладкая парочка! Почти не опоздали! – Он выделил голосом слово «почти», и нам сделалось немножко стыдно. – Вот, полюбуйтесь, как истинный рыцарь обходится с дамой. Минувшей ночью сэр Мортегар, похоже, рассердился. Возможно, на то, что волосы дамы оказались неправильного цвета, и…
Это было смешно и несколько неловко. Герлим явно слышал звон, но где он – не знал от слова «совсем». Многие ученики морщились – видно, успели услышать другую версию. Лишь некоторые, особо тупые, смотрели на меня с ненавистью. И Ямос, да.
– Что скажете, госпожа Авелла? – закончил свою речь Герлим.
– Простите, почтенный Герлим, я отвлеклась. – Авелла сделала очень вежливый реверанс. – О чём был ваш вопрос?
– О том, госпожа Авелла, что вам сейчас, должно быть, доставит особенное удовольствие танцевать в паре с сэром Мортегаром.
– Конечно! – тут же расплылась в улыбке Авелла. – Только я теперь не госпожа, а леди. Минувшей ночью сэр Мортегар посвятил меня в рыцари!
Она схватила меня за руку и подняла её вверх, будто судья, объявляющий победу боксёра. Герлим широко раскрыл глаза и стиснул зубы.
– Это что, какой-то мерзкий эвфемизм? – прошипел он. – «Посвятил в рыцари»?
– Никакой не эвфемизм! – возмутилась Авелла. – Я – единственная сестра в Ордене Рыцарей.
И, чтобы доказать свои слова, она мгновенно покрылась доспехами, идеально облёгшими и подчеркнувшими её фигуру. Белокурые волосы непокорно струились из-под шлема, а в правой руке образовался давешний меч. Видно, Авелла прятала его в своём воздушном Хранилище – как-то странно он у неё появлялся, не как у Лореотиса, который мог «поглотить» любой металл и потом отдать обратно.
– Прекратить! – брызгая слюной, завизжал Герлим. – Это срыв урока! Я приму меры!
– Да вы не волнуйтесь, – не выдержал я. – Первую из ваших мер сегодня утром в реку сбросили, скоро остальные пойдут. Кстати, сколько денег отдали? Мне правда интересно, я сам покупать собираюсь.
Вообще, я хотел просто отвлечь его от Авеллы, которой и без всяких лысых уродов ещё достанется. Результат превзошёл все ожидания. Герлим побледнел. Губы посинели. Я даже испугался, что он сейчас сдохнет, и останусь я, как дурак… Но обошлось.
– Что вы имеете в виду, сэр Мортегар? – просипел лысый извращенец.
Студенты уже вообще ничего не понимали и, не скрываясь, чесали в затылках. Ямос, увидев свою обожаемую Авеллу в доспехах, видимо, сложил два и два – больше яростными взглядами меня не окидывал.
– Да о таких вещах вообще особо говорить не стоит, – пошёл я вкруг да около, памятуя ораторское искусство магов Воды. – Но уж коли проболтался – так дверь крепче запирать, и вообще – беречься. Мало ли, кто захочет вмешаться. – Тут я выразительно посмотрел в потолок, имея в виду Мелаирима, который теперь был в академии – да и вообще в крепости, с рядом оговорок, – самым главным магом.
Теперь лицо Герлима налилось красным. Он меня очень хорошо понял. Не понял, должно быть, лишь одного: зачем я его предупреждаю. Я что, с ума сошёл? Ага, сошёл. А что? Имею право!
– Вы… Вы срываете мне урок, – слабым голосом выдал Герлим и отвернулся. – А… Авелла! В пару к Ямосу. Мортегар – в пару к Боргенте.
Я чуть не выругался. Боргентой звали ту самую толстушку, которую я несколько раз замечал, но ни разу не общался. Знал только, что у неё низкий ранг, и что три месяца назад бегала она лучше меня.
Ямос был счастлив. Авелле было по барабану – она только на дверь косилась, опасаясь увидеть любимого папочку, кипящего от гнева.
– Я тебя ненавижу, – серьёзно сказала Боргента, когда я положил правую руку ей на талию.
– Удивительное совпадение: я тоже себя ненавижу. Давай сделаем это вместе?
Свою очередную гениальную шутку я сказал чуть громче, чем хотелось, и весь курс дружно заржал. Боргента покраснела и заткнулась. Меня она могла ненавидеть сколько угодно, но перечить Герлиму бы не решилась.
– Ти-ши-на, детишки! – пропел Герлим. – Повторяем простейший вальс. И-и-и-и – раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три…
Боргента поволокла меня за собой, и я худо-бедно старался перебирать ногами.
– Перчатки бы хоть снял! – прошипела моя партнёрша.
О, точно – перчатки. Я призвал печать Огня и мысленным взором огляделся. Меня окружали огоньки. Огонь жизни, Огонь любопытства. Я потихоньку начинал их различать. Герлим пылал явной ненавистью. Его огонь даже не помещался в грудной клетке, хотя у остальных был гораздо меньше. Ну, если не считать Авеллы, которая, как маг Огня, полыхала ярче всех в этом зале. Может быть, за исключением меня, но на себя я посмотреть не мог.
Взгляд мой был прикован к лицу Боргенты, а магическое зрение сканировало всех одновременно. И вдруг что-то с чем-то у меня в голове соединилось. Я понял, что держу в руках пламя нисколько не меньшее, чем у Герлима. Боргента полыхала, как облитая бензином. Только вот ненависти там не было ни на медный дилс, чего бы она ни врала.