Обычная магия 4 (СИ)

Когда Катя отошла за кофе к стоящему тут же, на площади, фургончику, Руслан спросил:
— Слушай, это, конечно, не моё дело, но что у вас там с Сергеем?
Регина нахмурилась, но тут же встряхнулась и сказала:
— Не хочу пока об этом говорить, ладно?
Она улыбнулась и добавила:
— Но спасибо, что спросил. Я скажу тебе, когда сама во всём разберусь. О, вот и кофе!
— А ты сам себе купишь! — заявила подошедшая к ним с двумя стаканчиками в руках Катя.
  
И вроде бы новый год начался беззаботно и весело, но Руслану было не по себе. Паранойник не даёт о себе знать, но это только пока. Ведь неведомый враг готовит новое нападение. Но когда оно случится? Кто нападёт? Как? Ни одного ответа…
И каждый день — дома, на катке, в автобусе, в магазине — Руслан прислушивался к своим ощущениям. Всё было в порядке. Пока.
Кате он так и не рассказал о нападении пещерного быка и о подозрениях насчёт наёмника, пойманного спецотделом в прошлом декабре. Надо было, но всё было как-то не до того.
В воскресенье позвонила Катя и, не поздоровавшись, начала:
— Я хочу в кино! Без разницы, на какой фильм. Просто хочу в кино! Будем сидеть с тобой на последнем ряду и обниматься в темноте. И есть попкорн! А потом пойдём шататься по торговому центру.
— Ладно, идём, — согласился Руслан. — Но никакого «обниматься в темноте». И не на комедию!
— Тогда на ужастик! Я выберу нам самый смешной, раз уж тебя комедии не устраивают.
Катя отключилась.
Руслан чувствовал ответственность за Катю. Осенью она внушала ему страх, смешанный с недоумением и недоверием, а теперь ему почему-то казалось, что он должен о ней заботиться.
На вечернем сеансе оказалось не слишком многолюдно, хотя торговый центр, в котором располагался кинотеатр, был полон. Люди бродили по супермаркетам и бутикам, разглядывали витрины, ели и пили кофе. Играла музыка, а с первого этажа из игровой зоны доносились радостные детские крики.
Катя сегодня красовалась в тёмно-сером свитере, расшитом пайетками, и в светло-голубых джинсах. Образ завершали сапоги на высоченных каблуках и серая в голубую клетку сумка, отороченная мехом. Девушка тряхнула волнистыми волосами, свободно лежащими на плечах, и улыбнулась.
— Опять не скажешь мне, что я хороша?
— Хороша, — согласился Руслан.
— И почему комплименты из тебя приходится вытягивать? Обычно мне их без напоминаний говорят, — фыркнула Катя. — Попкорн купил?
— Пошли купим. До начала ещё пятнадцать минут. Тебе сладкий или солёный?
— И тот, и другой! И газировки купи. И шоколадный батончик!
Из-под свитера высунулся Шустрик и непонятно за что осудил Руслана взглядом всех десяти глаз зараз. Фыркнул и тут же спрятался обратно, на пояс хозяйки.
— Голодный, бедняжка, — вздохнула Катя. — Тебе перед ним не стыдно?
— Нет. Кстати, он же не только страхом питается. Почему ты его не отпускаешь поискать негатив вокруг?
— Он же ещё маленький! — возмутилась Катя, заботливо погладив Шустрика через свитер.
Кажется, она всё-таки шутила. Или нет?
Начало корейского фильма про загадочный дом Руслана не слишком впечатлило. Нарочитая страшность, подчёркнутая жуткой музыкой, напоминала скорее о детских страшилках, чем о настоящих ужасах вроде адского потрошителя или чёрного человека.
Но раз пришёл, придётся смотреть.
От диалога главного героя с подозрительным управляющим Руслана отвлёк опоздавший мужчина, протискивающийся мимо сидящих в креслах зрителей. Руслан почти сразу заметил слабое свечение, окутывающее голову «опозданца».
Существо светилось еле-еле, и будь место опоздавшего дальше, разглядеть сверхъестественное мерцание не удалось бы. Но человек сел напротив Руслана, на три ряда ближе к экрану.
— Что ты ёрзаешь? — недовольным шёпотом спросила Катя, перестав на секунду хрустеть попкорном.
— Видишь? — еле слышно спросил в ответ Руслан. — На голове у опоздавшего мужчины?
— Что? Паразит? Вижу. И?
— Знаешь, что это?
— Паразит из слизняков. Примитивный и мерзкий.
— Опасный?
— Относительно. Провоцирует головную боль, зубную боль, боль в ушах, в носу. При этом анализы чистые и всё как бы здоровое. Изматывает человека, питается страданиями, но не убивает. Насытится — бросит носителя, несчастного, но живого. Так что давай смотреть дальше. У, сгоревшие дети — точно будет жуть! — радостно воскликнула Катя, глядя на экран.
Руслан, мысленно порадовавшись тому, что они сидят на последнем ряду, начертил перед собой несколько знаков.
— Они блестят и мешают мне смотреть! — недовольно проворчала Катя, шурша попкорном. — К тому же они бесполезны.
— Почему? — удивился Руслан — и тут же увидел, как знаки уничтожения прошли сквозь паразита, не причинив ему заметного вреда.
— Это же слизень! — снисходительно хмыкнула Катя, не отрываясь от экрана. — Их убить можно только в прямом контакте.
Руслан с запозданием припомнил, что наставник говорил что-то такое. Существ типа «слизни» вживую Руслан уже видел, но бороться с ними ему не приходилось, вот и не сообразил.
— Слушай, а можешь Шустрика отправить, чтоб он этого паразита снял и сюда принёс?
— Фу! Зачем он тут?
— Ну, вплотную-то я его легко уничтожу.
Катя закатила глаза и неодобрительно покачала головой, но вытащила Шустрика из-под свитера. Погладила своего питомца по округлой голове и что-то шепнула ему на ухо. Потом поставила Шустрика на спинку кресла перед собой. Секунда — и Катин питомец резво ринулся вниз.
Руслан напряжённо всматривался в темноту зала, освещаемую экраном. Вот Шустрик взобрался на спинку пустого кресла рядом с жертвой паразита. Подобрался к сидящему мужчине и ударил лапой существо. Воинственно выгнул спину, подпрыгнул на месте и снова ударил.
Паразит неохотно отвалился от человека и упал на спинку кресла, повиснув на ней как тряпка. Шустрик схватил его пастью, но тут же выплюнул, ощетинился и мигом прыгнул вниз.
Через несколько секунд он уже забрался Кате на руки и принялся яростно умывать мордочку и лапы, словно кот, то и дело ёжась всем телом.
— Он не может принести существо?
— Может, но это конкретное — очень гадкое. Да, зайчик? — Катя сунула Руслану почти опустевшее ведёрко из-под поп-корна и стала ласково поглаживать своего «зверька». — Шустрику слизняк не нравится, так что пусть валяется там, где упал.
— А как этот слизняк добирается до людей?
— Цепляется к тем, кто мимо проходит, доползает до головы — и давай пировать!
— Значит, надо его подобрать!
— Да пусть лежит! От этого мужика отстал — значит, ты свою человекоспасательную миссию выполнил. Хотя по мне, тех, кто опаздывает и другим мешает, надо карать карательски, а не от паразитов спасать, но, как видишь, я внимательна к твоей жизненной позиции. Я вообще чудо, правда?
Катя оторвалась от поглаживания Шустрика и лучезарно улыбнулась. Руслан молча кивнул и полез под кресла.
— О, смотри: там, в кино у мужика тоже голова болит! Может, и у него какой-то паразит? Интересно, какой… Если смотреть на симптомы…
Но Руслан не слушал. Он пытался высмотреть паразита. Ага, вот он где! Паразит медленно полз влево, в сторону прохода между креслами.
Руслан с трудом выбрался из-под кресла и спросил:
— Шустрика никак не уговорить поймать и принести эту штуку?
— Не-а, Шустрику неприятно его трогать. Он, наверное, очень склизкий, а Шустрик такое не любит.
— Ладно, тогда я сам схожу.
— Ой, Руслан! Ну подожди ты до конца фильма!
— Он за это время точно к кому-нибудь присосётся. Светится паразит слабо, так что придётся поиск чертить, а потом за кем-то гоняться. Так себе вариант, по-моему.
  
— Ладно, уговорил, — протянула Катя. — Давай ловить твоего паразита. Он куда ползёт, направо или налево?
— Налево.
— Значит, мальчики налево, девочки направо. Если сам поймаешь, будешь молодец. А если я поймаю, будешь должен мне поцелуй. И не спорь! Давай живее, пока он не схватил какого-нибудь несчастного человечка.