Земля разбитых грез (СИ)

- Вас…
Да, все это он рассказывал мне еще в лесу, но далеко не так подробно. Говоря начистоту, я думал, что местные обменялись ядерными ударами, из-за чего, собственно, элементали с бесами, запертые в электростанциях, генераторах и двигателях, обрели свободу. Похоже, реальность оказалась куда страшней.
Подумать только, зомби-бомба. Вот уж биологическое оружие так биологическое оружие. Наши генералы, наверное, обосрались бы от радости, заполучи они такое. Мечта любого военного: скинуть бомбу, которая не только уничтожит живую силу противника, но и заставит ее же пойти против него же.
- Кстати, а почему эти костяные твари не могут покинуть город?
- Черта вокруг него. То символ древний, мощный. Пробиться костякам вовек не хватит сил.
- А что насчет обычных мертвяков? Или эти защитные чары тут не универсальны?
Айш-нор кивнул, давая понять, что я угадал.
- Стало быть, после войны, когда местные начали восстанавливаться, они и понаделали этих защитных барьеров, против чего смогли. Решили, что если уж все не получится, то хотя бы самых опасных задержат, - сам себе пояснил я. – Так?
Очередной кивок.
– А руны на деревьях, их тоже тогда поставили?
- Нет, было то уж после, на излете демонов войны. Мы побежали, до тех пор, как в мире руны были рождены.
- Как это? – удивился я. – Ты же говорил, что у каждого человека с детства есть какая-то магическая школа, с которой он живет. Стало быть, раньше рунных магов не было, а потом они появились? Это возможно?
- Возможно, коль решит так бог, - без особого удовольствия отозвался Айш-нор, которого что-то потянуло на откровенность. – Карчун, владыка смерти, льда и хлада. Правитель дикарей из северных лесов. Он дал Дамхейну руны, получив награду.
- Какую?
- Жертвы. Веру. Власть. Любое божество живет людской любовью. А если небожитель жаждет править всласть, спасать он должен верных, укрывать собою.
- А от его щедрот досталось и остальным? – догадался я.
- Все так, - согласился ворон.
Я покачал головой и вернулся к костру, присев возле огня. Положил подзорную трубу на траву и протянул к пламени озябшие руки. Ночи тут были на удивление холодные для начала лета. Как там говорили гейские паладины - Белтейн, верно? Если память не изменяет, на Земле его отмечают в начале мая. Кстати…
Никогда не задумывался, но почему эти парни отмечают кельтские праздники, молятся Морриган, да и имена их смахивают на ирландские? Хотя, жители Изумрудного острова, как говорят, подобрее будут. По крайней мере, до первой бутылки виски, и если ты не англичанин. Спросить, что ли, птаха? А какой смысл? Что это изменит. Нет, сейчас мы поговорим о более важных вещах, раз уж он сегодня такой болтливый.
- Айш-нор, как думаешь, мы оторвались от преследователей?
- Все может быть, - осторожно ответил тот.
- Может, возобновим магически уроки?
Демон замялся, перелетел с плеча на рюкзак, приземлившись возле дрыхнувшего ллинга, нахохлился, скосив алый глаз на хомяка-экстрасенса, затем как-то неуверенно произнес.
- Еще не след. Час не пришел.
Ага…
Я еще на привале в окрестностях Саола ощутил незабываемый аромат сладкого хлебушка, тянущийся от речей моего партнёра, сейчас же он лишь усилился.
- Значит так, пернатый Пахом, говори, в чем проблема, почему я не могу учить новые заклинания? Три штуки плюс магическое зрение, знаешь ли, негусто.
- Еще леченье есть, - напомнил тот.
- Ну да, ну да, моя регенерация крепчает, чтобы я мог выдержать побольше звиздюлей. Просто замечательно. Ответь, пожалуйста, на вопрос. Что не так? Или я плохо выучил те два заклинания, что ты мне дал? Так, вроде, нет. И щит, и Длань Мертвых уже делаю за секунды, не задумываясь. В чем проблема?
Я старался не распаляться особо и говорить тихо, но в какой-то момент едва сдержался и пустил петуха, тотчас же прикрыв рот ладонью. Покосился на близнецов, но те спали, обнявшись и укрывшись одним одеялом.
Кажется, пронесло.
- Ну? – повторил я. – Давай, колись уже. Как-будто, узнав правду, я с воплем убегу. Если ты не заметил, то за нами гонится Геральт из Хренивии с серебряным и стальным дилдаками. И он явно собирается насадить меня сразу на оба. А я не хочу такого опыта, значит, должен стать сильнее, что не так?
 
- Не выдержишь, умрешь, сила лишит души. Ты слишком слаб, замедлись, не спеши.
Ну просто истории одна охренительнее другой!
- И что сделать, чтобы стать сильней?
- Ты должен убивать зверей, есть их сердца. С людьми и монстрами сражаться. Ведь преуспеет тот, идет кто до конца. Бороться, побеждать, не сметь сдаваться!
- А вчерашние мертвяки считаются?
- Конечно, враг есть враг, победа есть победа.
Сказано это было таким тоном, что мне в душу закрались подозрения, но их, как известно, к делу не подошьешь. Ворон опять чего-то не договаривал, но и того, что я узнал, было в принципе достаточно.
- Дай-ка догадаюсь. Как только я стану сильнее, то опять отправлюсь на встречу с твоей супругой?
- Да.
- И на этот раз испытание окажется еще сложнее?
Айш-нор вдруг заклекотал, что у него обозначало смех.
- Испытание? Сложней? О смертный, ты не знаешь ничего. Всего один удар ты получил моей супруги. Иль думаешь могущество – лежит и ждет тебя лишь одного? О нет, поверь, на сем пути тебе терпеть придется много боле муки. 
- Просто замечательно, - буркнул я.
- А как же ты хотел? Все получить сполна, не заплатив? Ничем не жертвуя? Легко и просто? Так не бывает, уж тебе ль не знать. Лишь боль – всему цена, а тяжкий труд – единственный путь роста.
Я вздохнул.
- Черт. Ладно. Найдешь по дороге какую-нибудь крокозябру на убой?
***
- Так, детишки, слушайте внимательно. Сейчас я пойду и отметелю во-он ту хрень, а вы пока посторожите лошадей и хомяка… ллинга. Скоро вернусь.
Сказав это, я поудобнее перехватил копье и направился к здоровенной мохнатой твари, напоминающей помесь зубра с лосем. По крайней мере, ее ветвистые могучие рога, больше всего походили именно сохатому.
С утра мы скакали на восток и все это время Айш-нор наводил меня на зверей Судий. Малая пустошь оказалась куда населённей, чем я думал вчера: сперва мы наткнулись на двух гиеноподобных тварей, затем - меньше, чем через час, - на стайку злобных сусликов с зубами, точно у пираний. Это позволило пополнить запасы мяса, заменяющего для меня легендарные синие бутылочки, а также – приблизиться к заветному усилению.
Никогда не думал, что так обрадуюсь, посетив ад. Ну или Пар-вален, как Судии именуют свой мир, не суть важно.
Но для этого сперва придется вальнуть вот эту тварюгу, и, если верить Айш-нору, даже ее сердца и жизни может не хватить.
Я сглотнул и сделал еще десяток шагов, затем – остановился.
Чем ближе мы с Айш-нором подходили к зубролосю, тем больше хотелось повернуть и отправиться на поиски сусликов-пираний.
Тварь эта в холке достигала добрых трех метров, в длину – примерно столько же, да и в ширину, кажется, тоже. Этакий кубик на ножках весом в добрую тонну, снабженный здровенными рогами и - ну конечно же, кто бы мог подумать! - пастью, полной зубов.
По крайней мере, когда я подошел еще чуть ближе, монстр посмотрел в мою сторону, плотоядно облизнулся и раззявил пастюшку, демонстрируя несколько десятков натуральных костяных кинжалов в пол моей ладони длиной каждый, после чего презрительно фыркнул, наклонился к кусту и с хрустом принялся пережевывать зелень, иглы и стебли. Проглотив их, хрумкнул еще раз, уже корнями.
- И как нам ее валить? – тихо спросил я.
- Оружьем, - любезно ответил Айш-нор.
- Ну, спасибо, пернатый, всегда рад услышать полезный совет.
Я сглотнул и потянулся за револьвером. Патронов к нему до хрена, так почему бы не начать бой с дистанционной атаки.
Мы, сопровождаемые внимательнейшим взглядом монстра, подобрались где-то на двадцать метров, после чего я извлек оружие и прицелился. Если с такого расстояния промажу по трехметровой цели, то отдам ствол Илэру, всяко пользы будет больше. Хотя ему и арбалет по душе пришелся.