Дионисов. За власть и богатство! – III (СИ)
Массы машин примерно равны. Но «Антилопа Гну» с куда более прочной рамой, с отбойником на капоте. С другой стороны, центр тяжести у лимузина смещён сильно назад, поэтому тут скорее я подпрыгну и вылечу вперёд, после того как сомну багажник лимузина.
Тем не менее, я снова решил не уступать — не тормозить первым. Бибикнул пару раз, а затем поддал газу. Замойский, вернее, его водитель, сдался за сотню метров — стал притормаживать и оттормозился почти ровно передо мной, когда я в последний момент ударил по тормозам.
Ладно, здесь пусть будет ничья — что же дальше? Я сидел и выжидал. Минут пять никто не спешил объезжать и выходить — стрёмная и тупая игра. И лишь затем он слегка медленно подал назад.
Отъехал и встал небольшой карман, позволяя мне объехать слева. Я медленно поддал газу, поровнявшись с окном пассажирского сиденья. Окно медленно опустилось, в нём был Замойский — уже изрядно навеселе.
— Где Феодора, не подскажешь?
— Кто⁈ — усмехнулся Антон. — Во-первых, здравствуй, сосед. Во-вторых… что ты ко мне привязался? Дорогу ещё не уступил. Это же я должен был проехать первым!
— Здравствуй, сосед. Я не хочу сейчас спорить про правила дорожного движения, сосед. Меня интересует Феодора, наша служанка, племянница моего сторожа. Свидетели говорят, что это ты её забрал?
Замойский скорчил мину.
— Не знаю я никаких Феодор. Вообще, я ехал посмотреть, что там творится с нашим заводом. Который ты временно арендуешь.
— Вот как? И подскажи, что тебя заставило думать, что тот договор, который у меня на руках — это «договор временной аренды»?
— Ты же приезжий, французишка. Следовательно — временный управляющий. И во Фламберге временный управляющий, и тут. Придёт время, и не останется тут ничего от тебя.
— Антон, протрезвей, — посоветовал я. — Ты же не хочешь прекратить наше перемирие прямо сейчас?
— Какое перемирие? — снова состроил мину Замойский. — Не было никакого перемирия.
Сказал — и скомандовал водителю ехать.
Что ж, вызов принят, подумалось мне. В следующий день я проверял охранных големов и собирал и назначал ответственных за оборону на ключевых точках.
Сутки никаких тревожных сигналов не было, но я понимал, что это затишье перед бурей.
Первым звоночком стала нулевая выручка за сутки на заводе — не пришли ни частники-разносчики, ни моторикши, а запланированный регулярный приезд цистерны с дальней заправки Номоконовска отложился.
— Приехал на велосипеде посыльный, — сообщила Изабелла. — Весь в мыле, испуганный. Говорит — сегодня цистерну не ждите. Почему, говорю? А он мне — не знамо когда, хозяин сказал не ехать. Зато — вот, телефон провели!
Старенький телефонный аппарат действительно красовался на столе у моего «главбуха». А через сутки такой же должен был появиться во Фламберге. Но это сейчас шло приятным бонусом к предстоящей битве, но никак не решало всех проблем.
Из всего произошедшего я сделал вывод, что Замойский как-то повоздействовал на покупателей. То ли слух пустил, то ли припугнул кого. А к вечеру стало всё ясно — одна из моторикш, поехавшая к нам на завод, обнаружилась лежащей в овраге примерно как раз у того места, где мы тогда встретились с Замойским.
Водитель был убит.
Если это не первый шаг к прямому призыву к войне — то что тогда первый шаг?
— Пора действовать, Саша, — сказал я себе.
На следующее утро я собрал десять свободных големов с холодняком, собрал двадцать оружных солдат, четыре машины, одна из которых с пулемётом, и поехал к замку Замойских.
У первых ворот нас уже ждали — его мрачный денщик Прохор и пара вооружённых ребят — тех самых, что связала тогда моя тётушка.
— Антон Аркадьевич приносит свои извинения, — сказал он. — Был не в духе, говорит.
— Мы не уедем, пока у нас не будет личной встречи, — заявил я. — Здесь и сейчас.
— Так его… нет в поместье, — прожевал губами Прохор. — Он в Югопольске. Играть-с изволит.
— Ах, играть. Отлично. Где?
— В игорном доме Эльзы Клатч, что на Парковом бульваре. Там по предварительной записи…
Сыграно было отлично — я почти поверил. Хотя я сразу понял, что меня пытаются обвести вокруг пальца. Так или иначе, у меня были дела в Югопольске и Белом Береге в этот день — я запланировал быструю инспекцию своих точек, к тому же, уже пора было навестить Надежду Константиновну и убедиться, что с ней всё в порядке.
В Югопольск я поехал на Антилопе Гну вместе с Рустамом, лишь покрыв брезентом пулемёт, чтобы не смущать горожан. Рустам зарылся в карты, мы останавливались, спрашивая у прохожих, и наконец, нашли тот самый игорный дом Эльзы Клатч.
Особнячок на парковой улице стоял заброшенным уже пару лет, не менее. Мерзавец выиграл время на перегруппировку, я был почти уверен, что он готовиться ударить куда-то в другом месте.
В Белом Береге управляющий табачной лавки под мостом позвал меня в каморку:
— Ваше сиятельство, с вами хотят поговорить.
— Не «сиятельство», а Александр Платонович, — сказал я и жестом указал Рустаму проверить периметр.
Сюрприз оказался приятным — внутри сидёл смуглый дедок в шляпе и солнцезащитных очках, безоружный и тут же расплывшийся в улыбке.
— Называйте меня Иван, — представился он, явно пытаясь сохранить инкогнито. — Мне указали на вас как на надёжного продавца божественных напитков…
Как оказалось, он получил «в наследство» от умершего старшего брата три подпольные винокурни. Они производили вино из винограда, выращиваемого тайком в теплицах прибрежного графства Сан-Лаура, самого северного и малонаселённого.
И что самое интересное — одна из них была оборудована пещерой, в которой худо-бедно вино получалось шампанизировать!
— Мы хотим взять вас под наше покровительство, — сообщил он. — Я не буду просить денег за выкуп, забирайте, как есть, лишь бы работникам платили.
Разумеется, от такого я отказаться не смог. Попросил уточнить детали, а затем даже скатался на одну из точек, осмотрел производство и проверил качество товара.
Рост бизнеса не мог не радовать, вот только охранников снова уже начинало не хватать. Точки в городе не станешь охранять големами, это слишком заметно. Тут нужны наёмники, серьёзные и проверенные люди…
Завершил день я приятной встречей с Надеждой Константиновной, оставив Рустама с Антилопой Гну проведать городскую квартиру и дождаться меня там утром. Она приготовила неплохой ужин, отлично меня накормила и тактично не поднимала тему нашей поездки в Нововаршавск, поэтому заговорил первым я.
— Когда последний пароход перед Новым годом?
— Послезавтра, — сказала она. — Ты всё-таки поедешь?
— Поеду, — кивнул я. — Осталось утрясти всего одно маленькое дельце…
Ночь любви с прекрасной девушкой — что лучше может помочь отключиться от проблем и забот?
Вот только если бы эта ночь не прерывалась за час до рассвета стуком в дверь квартирки и голосом Рустама:
— Платоныч, проснись! Завод атаковали!
Глава 72
Битва за завод
Исходя из собственной логики я должен был бросить всë и мчать. Но первое, что я сделал — разбудил Наденьку и без лишних предисловий убедил еë уехать к Августе Сергеевне.
Старую графиню эти уроды точно не тронут. Побоятся.
— Береги себя, — сказала Надежда Константиновна напоследок, наградив поцелуем.
Я явно ощутил привкус прощания на губах. Нет уж, я выживу, и обязательно разберусь со всем этим.
Мы заскочили в квартиру и взяли пополненные припасы и расходники — не зря же ездили в город? Ещё попытались дозвониться — связи до Фламберга уже не было, линия была повреждена. Что ж, ожидаемо, догадались-таки повредить провода.
Починим. Обязательно починим.
После мы мчали во Фламберг, а Рустам докладывал обстановку. О том, что ему в квартиру до обрыва связи успела позвонить Изабелла с завода — надо же, подумалось мне, как вовремя провели телефон. О том, что племянник Макшейна, дежуривший на вышке у пулемета, расстрелял всю пулемëтную ленту, а затем был ранен и чудом уцелел. О том, что Изабелла пока держит осаду с кассой.