Дионисов. За власть и богатство! – III (СИ)

Я, ни слова не говоря, шагал между рядами контейнеров к самому дальнему концу контейнерного парка, мимо возвышающихся портовых кранов, под рассеянным светом мутных прожекторов. Все шли за мной. Даже Нанотолий, которого не смогли удержать — резво прыгал по крышам контейнеров.
Я знал, куда идти. В полумраке уже виднелись силуэты группы человек со стволами, направленными на нас.
— Кто идёт⁈ — крикнули мне. — Ш-штрелять буду!
— Это я, Всеволод, — ответил я в темноту.
Вторников с подельниками стоял у одного старого, вросшего в землю контейнера, рядом с которым валялись два трупа, а двери контейнера были распахнуты.
— Это… он… сам Гроссмейстер! — взвизгнул кто-то.
— Он без маски!
— Кыш, — сказал я. — Освободите поляну. У нас будет дуэль.
— Ш-шмотри, ш-школьно тут вшего. Давайте просто кокнем его, и дело с концом! — сказал Вторников и пустил короткую очередь прямо в Гроссмейстера, не переживая за окружающих.
Тот только поднял руку, на которой вспыхнуло кольцо. Пули, раскалившиеся докрасна, попадали в песок. А затем он толкнул невидимый щит, вмиг врезавшиейся во Вторникова и с грохотом впечатавший его в стальную стенку контейнера.
Артифицированное кольцо с «Воздушным щитом — 2» — разве это допустимо? С другой стороны — какие, к чёрту, правила, тем более — сейчас.
Я осмотрел место. Тридцать на тридцать футов. С трёх сторон ограничено контейнерами, с третьей стороны — проезд с видом на море. Хорошая арена! А море было неспокойным.
Зеваки из портовых рабочих, байкеров и взятых ими под мушку людях Гроссмейстера тем временем уже взобрались на крыши.
— Пять минут на приготовление, — сказал Феликс Эрнестович, глядя, как подельники Вторникова оттаскивают его, контуженного, с площадки. — Передайте пока всё оружие своему секунданту.
Сказал — и отстегнул от пояса револьвер с патронташем и скинул чёрный сюртук. А затем скрылся в недрах контейнера.
Я был готов — настолько, насколько я мог подготовиться к дуэли. Двенадцать фиалов на ремне. Разные боевые эликсиры, абсолютно разных стихий.
Гроссмейстер вышел из контейнера по пояс голый, с двумя ремнями крест-накрест, в которых было не меньше двух десятков фиалов. Что ж, число эликсиров и порядок их выполнения в подобных дуэлях, разумеется, никто не обговаривал. Число могло быть неравным.
Поляна опустела. Бой начался сразу же, Гроссмейстер сказал:
— Итак, начнём, — и тут же опрокинул в себя первый фиал.
«Огонь-2» — так, лёгкая разминка. Протуберанец пламени прочертил тропинку от него до меня. Я даже не стал тратить фиала на него, чтобы защититься — просто увернулся в сторону в самый последний момент.
Я ответил «Ветром-2» — поток ветра поднял пыль, опоясав Гроссмейстера облаком, в котором едва угадывались его очертания. Его — и воздушного же щита, который он потратил из кольца.
— Это нечестно, — сообщил я. — Никакого оружия.
— Никакого огнестрельного оружия, — хищно сверкнул глазом Гроссмейстер. — Артефакты — ни в счёт.
Ах, ни в счёт. Ах, огнестрельное. Ах, артефакты — значит, он такой не один.
— Вака! — крикнул я в пустоту.
Я знал, что острое ухо моего оруженосца услышит и ответит. Пока мы кружили на пяточке, мой призыв отозвался грохотом прыжков по крышам контейнеров. И вот уже с высоты, выворачиваясь на лету из обернувшей его ткани мне в руки падает мой фламберг.
— Помните, профессор, мы говорили про трансэлементальное слияние? — спросил я, а затем выкусил, выхлебнул, выплюнул светящийся шарик элементаля в фиал, сверкающий в рукоятке меча.
Немного уровнял шансы, значит.
Но мой враг сделал следующий шаг в нашем поединке.
  
Глава 67
 
Старый знакомый, «Паралич-2»
 
Я даже не заметил, как он вылил в себя второй фиал.
Это был мой старый знакомый, «Паралич-2». Тот самый, которым мой дядюшка сковал меня на квартире у Семецкого, в тот злосчастный (или счастливый?) день, когда я оказался в этом мире.
На этот раз я с ним не церемонился. Змея-удавка, устремившаяся к моим ногам, была успешно перерезана в двух местах взмахами меча с громким хлопком. Обрезок с головой быстро регенерировал, увеличившись почти вдвое, но я увернулся от броска, рубанул ещё пару раз, взорвав пыль под ногами.
  
Элементаль рассыпался.
— Вы хорошо сражаетесь, молодой человек, — проскрипел Гроссмейстер. — Но почему вы не атакуете?
— Жду, пока вы потратите все эликсиры, — прокомментировал я.
— О, даже не надейтесь.
Ещё один эликсир — я не сразу опознал, что это, но секунду спустя лишь едва увернулся. Грудь и лицо обожгло ледяным холодом. «Лёд-3», ледяные иглы. Я едва не потерял зрение, часть осколков впились в веко и бровь.
Я отступил на два шага, продолжая крепко держать фламберг голыми руками. Боль постепенно отступала. Я знал, что делал — ведь элементаль, которым я насытил фиал меча, на этот раз был не элементалем воды, а огня. Трансэлементальное слияние воздуха и огня — меч теперь горел тусклым фиолетовым светом, при соприкасании с водой вызывал лёгкий хлопок, и искры от него шли ко мне через ладонь. Это не позволяло полностью регенерировать, но давало лёгкий анестетический эффект.
Гроссмейстер же тем временем снова атаковал. В его руке сверкнул короткий кинжал, который, лихо вращаясь, полетел прямо в меня. Я почти не глядя саданул по нему мечом, но отбить не получилось — артифицированное оружие лишь слегка отклонилось от курса, а затем по дуге впилось мне в бедро. Меня спасли плотные брюки, боль была дикая, но я вырвал кинжал из ноги и бросил куда-то назад.
Да, логичнее было и бросить в противника. Но я не хотел испытывать удачу — не исключено, что он повернул бы бросок в свою пользу.
Зиневич-Левинский хрипло рассмеялся.
— Я чувствую ваш страх, Александр Платонович, кхе. Ваш гнев и ненависть. Но вы их не используете, — проговорил Гроссмейстер.
И верно, не использую. Всему своё время.
А пока мне нужно подлечиться, и использую-ка я что-нибудь другое. Быстро нащупал третью сверху мензурку и вылакал приторно-сладкий, вспыхнувший во рту эликсир «Здоровье-3». Во рту и глотке стало больно, но, поскольку я не поскупился и использовал для него своё практически неразбавленное вино «Палец Ведьмы» — эффект оказался молниеносным. У меня не только перестали болеть и затянулись все раны на груди, лице и на бедре, исчезли малейшие признаки усталости напряжения в мышца. Включая даже те, что оставались у меня после безумной ночки с Наденькой. А сознание прояснилось, как будто я проспал на свежем воздухе пару суток.
Тем временем белоснежный, с синевой элементаль вырос передо мной.
Это уже было серьёзней. Намного серьёзней. «Призрак-4», элементаль-оборотень стихии воздуха, на этот раз в образе шипастого, похожей на ирбиса с неустойчивым, меняющимся силуэтом. Только вот когти и клыки у зверя были вполне материальными, твёрдыми, способными если не убить, то ощутимо покалечить.
Именно из симбиоза таких диких элементалей с местной фауной и получаются твари вроде Живодёра. Оттого ещё больше захотелось с ним расправиться.
Мозг принялся вычислять. Это магия воздуха — мой меч против неё куда менее эффективен.
Первый взмах показал мне, что я прав. Клинок прошёл против напавшего хищника, словно через тюлевую занавеску, оставив лишь заметную полосу. Чудовище-элементаль взмахнуло лапой — когти прочертили пять полосок, едва не добравшись до мензурок с эликсирами. Хорошо, что этот борт куртки алхимика традиционно армируется тонкими металлическими набойками — и когти призрачного зверя споткнулись о них.
В следующий миг призрачная пасть хищника с совсем непризрачными зубами щёлкнула прямо перед моим носом. Я успел извернуться и ткнуть прямо в морду, отмахнув сразу половину челюсти с частью черепа.
— Хорошо, очень хорошо, — комментировал Феликс Эрнестович. — Вы делаете успехи!
Разумеется, тварь это не убило — это была лишь форма плюс повторение движений земного зверя, и никакого подобия черепной коробки в снесённой моей части не было. Зверь отпрыгнул, припал к земле, выгнув хвост, как кот, играющий с мышкой. Взмах когтистой лапой, ещё один. Я пока уворачивался и обходил его стороной, думая, что делать.