"Фантастика 2025-16". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Перед нами, под вой и улюлюканье, извилистой стеной начала строиться сотня тилинкитов. Навстречу я вывел своих. Расклад был неоднозначный. По общему количеству мы уступали, но не критично: тилинкитов было сто пять воинов, у меня — семьдесят четыре. Плохо, что у меня было всего тридцать шесть копейщиков, это слишком мало против такой толпы, как у противника.
Зато у меня было шестнадцать конных воинов, а если считать меня и Стока, то восемнадцать. Немалая сила при правильном применении. Здесь, к счастью, местность позволяла применить кавалерию. Не по всему берегу, но Омрын выбрал ровное и достаточно чистое место, без наваленных камней и растущих деревьев. Видимо, полностью уверен в своей силе и преимуществе.
А еще у меня был десяток арбалетчиков с павезами и десяток лучников. Сколько стрелков было у стоящих напротив варваров, я не знаю. Диспозиция выходит такая, что при атаке лоб в лоб, а ля стадо на стадо, шансов у меня не много. Надо постараться использовать сильные стороны своих дружинников.
Как обычно, перед боем меня стало потряхивать. Адреналин, норадреналин, все дела... Кое-как уняв сердцебиение и нацепив на морду «ледяную маску», я подозвал к себе Матея, Стока и командиров стрелков и копейщиков.
— Слушай сюда! — я демонстративно зевнул. — Сделаете, как я прикажу, и мы порвем этих оленеё..в, как цепной кобель дедушкину мошонку.
— Работаем от обороны, — начал я раздавать команды. — Далебор, своих копейщиков строишь в одну шеренгу. Они должны сдержать натиск этих засранцев в первые минуты боя. Колояр, перед копейщиками поставишь арбалетчиков за павезами, за ними выводишь лучников.
— Это твое место во все время перестрелки и сближения с оленеё..ми, — я продолжил. — Если от меня не будет других команд, ты должен поразить как можно больше противников, пока они не приблизились на опасное расстояние. Потом отводишь стрелков за шеренгу копейщиков и смотри, куда ударит наша конница. До удара конницы можешь помогать копейщикам.
— Только аккуратно, пускай медленно стрелять будешь, главное — в своих не попади. Иначе после боя глаз на жопу тебе натяну, — командиры загоготали, а наши бойцы, глядя на смеющихся командиров, приободрились. — Далебор, до того, как до тебя доберутся варвары, бойцы должны успеть использовать все плюмбаты. Вы много тренировались, и я хочу увидеть, как эти вонючки превращаются в ёжиков.
— Как только ударит наша кавалерия, — продолжил я раздавать команды. — Бегом, вслед за конницей, выводи на тот же фланг своих стрелков и расстреливай тилинкитов, атакующих наших копейщиков. Далебор, тот фланг, который останется без помощи кавалерии, можешь потихоньку загибать в тыл. Но не ломай шеренгу. Локоть к локтю, щит к щиту, бейтесь вплотную друг к другу. Держись, и конница со стрелками сломают хребет засранцам. Но если твои побегут, — умрем все.
— Матей, — я обратился уже к командиру гвардейцев. — Как только я тебе скажу, с какого фланга атаковать, уводишь туда своих, чтобы хватило для разгона. И сразу бей варваров во фланг. Ты обязан их смять! Больше этого никто сделать не сможет. Всем подчиненным доведите, что после победы, по возвращению домой, каждый получит премию.
— Господин, — Сток указал рукой на тилинкитов. — Они зовут на переговоры.
Я посмотрел в указанном направлении. Перед отрядом тилинкитов вышло два воина. Один из них держал над головой копье, на котором болтались пустые ножны, что на Этерре повсеместно означало приглашение к переговорам.
— Сток, со мной. Остальные, стройте бойцов.
Встретились с переговорщиками мы примерно в центре будущего поля боя. Не доезжая до тилинкитов, я спрыгнул на землю и подошел, держа коня в поводу. Передо мной действительно был Омрын, его медвежью фигуру и надменную рожу я без труда узнал.
— Серржыо, — с сильным акцентом заговорил балогун. — Я пррышол на землы своей охоты. Как всегда ходыл Ррод Куныцы, это нашы землы. Здес ныкогда не было людей. Но на прошлой охоте встрретылся ты. Ты почты человек. Я увыдел!
— Теперр говорру с тобой. Я для этого даже выучыл ваш зверрыный язык. Горрдыс, — выражение лица балогуна вообще не менялось, как будто говорит каменная маска. — Еслы ты вожак этых зверрей, делай так: в последный ден каждые трры черртога на этом месте должны быт одын пленнык, четырре байдарр еда и полмешок железо. Тогда мы не будем вас убыват. Понял меня?
  
— Теперь слушай меня, — я еле сдержался, чтобы не полоснуть Омрына по горлу. — Сейчас мы будем драться, и я покажу тебе, кто тут животные. И все, кто будет приходить на мою землю войной, будут находить лишь смерть.
Безэмоциональная маска балогуна треснула, Омрын довольно улыбнулся, спокойно повернулся ко мне спиной и пошел к своим воинам. Блин, если ты так доволен предстоящему сражению, на хрена ты мне предлагал обойтись без боя? Ему что, моржи в голову нагадили? Я вскочил в седло и рванул к своим бойцам.
Мои командиры уже выстроили дружину. Я «по смелому» встал за спинами своих копейщиков и стрелков. Со стороны тилинкитов опять раздались крики, вой и улюлюканье. От их строя, если его можно так назвать, отделились застрельщики. Примерно три десятка человек побежали в сторону нашей дружины. За ними медленно двинулись бойцы ближнего боя.
Как же здорово! Я боялся, что тилинкиты ломанутся в атаку сразу. При всей кажущейся глупости и примитивности, для них это был бы наилучший вариант. Особенно, если балогун выбрал пересечённую местность. Но гордыня, она такая гордыня, хе-хе.
Три десятка застрельщиков, против двух десятков моих стрелков. Так что я радуюсь? У кого преимущество? Тилинкиты были вооружены дротиками и простыми луками. Мои стояли за павезами с арбалетами и композитными луками.
У простого лука тилинкитов убойная дальность составляет сто — сто пятьдесят метров, прицельная — до сорока метров. С дротиками вообще надо подбежать почти в упор. Мои арбалеты имели убойную дальность более двухсот метров, прицельную — до восьмидесяти. Композитные луки моих стрелков имели убойную дальность тяжелыми стрелами — более двухсот метров (как и арбалет), а легкими — до ста пятидесяти метров, прицельная дальность — до семидесяти метров.
Вражеские застрельщики просто не добежали! Лучники смогли сделать несколько выстрелов с максимальной дистанции, а метатели дротиков до рубежа открытия огня вообще не добежали. Сто пять минус тридцать, у Омрына осталось семьдесят пять бойцов против моих семидесяти четырех.
Со стороны тилинкитов раздался бешеный рев, и толпа, закованная в ламинарный доспех из моржовой кожи, бросилась в атаку. Прикинув, что с правого фланга фронт атакующих варваров дальше заходит за край моего более короткого строя, я послал туда конницу.
Тут же мои стрелки начали работать по наступающим варварам. Пока расстояние до атакующих бойцов не сократилось до опасных величин, арбалетчики успели сделать по два выстрела, а лучники — шесть залпов. А где-то с шестидесяти — пятидесяти метров также залпами начали метать плюмбаты копейщики Далебора, успев использовать все пять коротких дротиков. Всего в набегающую толпу было выпущено двести шестьдесят болтов, стрел и плюмбат. Двести шестьдесят против семидесяти пяти. Три — четыре смертоносных снаряда на одно немытое туловище. Такая арифметика!
Стрелки споро подхватили павезы и скрылись за стеной щитов своих копейщиков, тут же рванув на правый фланг, чтобы выдвинуться во фланг атакующих после таранного удара конницы.
До ровного, как по линейке прочерченного ряда копейщиков, добежало четыре десятка тилинкитов. Причем балогуна среди них не было. Копейщики приняли на себя натиск примерно равного по силе противника, даже загибать фланг не пришлось. Через минуту с права во фланг ударили мои гвардейцы.
Когда стрелки вышли на вторую позицию, стрелять уже было не по кому. А я даже в бой не вступил! Чапай и картошка! Наконец превращаюсь в нормального командира, которому не обязательно лично выпускать врагу кишки. Мои дружинники стояли среди убитых и израненных врагов и неверяще переглядывались.