"Фантастика 2025-16". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— В отдел я позвонил. Если через пять минут не выйдем, тащи нас назад. Сначала Аза, потом меня. Вика, гражданские, если что, помогайте. Понятно?
— Да, — хором отозвались Макс, Лис и Кира.
Вика молча кивнула.
Егор шагнул в метель, Аз потёр руки в радостном предвкушении и пошёл следом.
Макс крепко сжал намотанные на запястья концы верёвок и почему-то насторожился.
— Время я засекла, — сказала Вика,— через пять минут сработает будильник.
«Вот дурень, сам не додумался!» — подумал Макс, а вслух сказал:
— Спасибо.
Из комнаты с метелью вдруг пахнуло гнилью, и пристально вглядывающемуся в белую круговерть Кошкину померещилась чёрная тень.
Несколько секунд ничего не происходило, а затем кто-то резко дёрнул за верёвки — и Максим влетел в метель.
В лицо ударил ледяной ветер. Острые снежинки царапали щёки и нос, забивались в глаза, мигом наполнившиеся мгновенно замерзающими слезами.
Макс попытался вдохнуть, но злые колкие снежинки тут же впились в носоглотку. Кошкин закашлялся, хотел протереть глаза — верёвка, намотанная на запястье снова дёрнулась, едва не уронив «спеца». А в следующий миг кто-то кинулся на него из белой круговерти.
Максима сшибло с ног и обдало запахом прокисших тряпок и грязного подвала. Спецотделовец перехватил руку нападавшего, не давая ударить себя в челюсть. Человек. Молодой парень в кардигане со змеями. Оскаленное лицо. Пустой взгляд. Одержимый?
Мысли стремительно пронеслись в голове, пока Макс пытался подмять под себя подозрительного субъекта. Благо тот отбивался не слишком умело и не пытался укусить или выцарапать врагу глаза. Не успел Кошкин как следует порадоваться, как из бушующей вокруг метели выскочил ещё кто-то, ощутимо дёрнув верёвку.
Егор!
— Это я! — крикнул Макс.
Старший кивнул и занялся одержимым. Прижал его к полу, заведя руки за спину и велел:
— Верёвку отвяжи.
Максим торопливо размотал верёвку на запястье и протянул Егору.
Короткая стычка ненадолго согрела, но ветер уже снова забрался под одежду.
Егор связал запястья одержимого и спросил, перекрикивая метель:
— Аза видел?
Макс помотал головой и осторожно дёрнул за вторую верёвку. Хоть бы с Азаматом всё было в порядке: тут ведь и ещё один возможный одержимый имеется. Кошкин покосился на пленника. Тот дрыгался и барахтался, продолжая скалиться, но освободиться от верёвок и Егора не мог.
— Верёвка цела, — крикнул Макс. — Идём за Азом?
Старший кивнул и поднялся, держа одержимого за шиворот. Пол, насколько успел заметить Кошкин, был ровным и чистым, а мебель из комнаты, видимо, вынесли.
Спец по редким существам, к счастью, нашёлся быстро: не успели они сделать и трёх шагов, как сквозь белую пелену им навстречу выбрался Азамат.
— Чего дёргаете? — спросил он озадаченно.
Макс скорее прочитал по губам, чем услышал вопрос, и крикнул в ответ:
— Одержимый!
Он ткнул пальцем в пленника, которого волочил Егор.
— Ого! Кто одержал? — с несколько неуместным энтузиазмом поинтересовался Аз.
— Не знаю. Не видел второго?
— Нет. Только метель.
— Давайте изгнание, — решил старший. — На счёт «три».
Может помочь: бродячая метель не очень-то любит изгнание —умноженного варианта может хватить, чтоб её отпугнуть. Вдруг застрявшего в существе парня не одержали, и он просто замерзает?
— Раз. Два. Три!
Утроенный знак изгнания ярко вспыхнул, врезаясь в пелену метели.
На миг стало тихо: снежинки замерли в воздухе, перестав трепыхаться, а в следующую секунду на «спецов» обрушился холод. Воздух в комнате будто выстудили до каких-нибудь жутких минус сорока. У Макса тут же промёрзли пальцы, уши и даже глаза. Кожа, казалось, заледенела до того, что стала прозрачной и болезненно хрупкой. Он попробовал вдохнуть, но воздух обжигал холодом.
Аз, прикрыв рот рукой в перчатке, просипел:
— Ей не нравятся знаки. И улететь не может.
Одержимый вдруг так рванулся из рук Егора, что упал на пол и начал жутко извиваться, пытаясь уползти.
Старший наклонился и снова схватил парня.
Потом заявил:
— Ищем стену. По ней дойдём или до окна, или до двери.
  
Правильно, комната сравнительно небольшая, так что стену найти не составит труда. Надо только закрыть глаза, перед которыми так и мельтешат снежинки, ужасно похожие на настоящие. Окно можно будет открыть: это нарушит защитный контур, и метель улетит. А в дверь можно выйти и в спокойной обстановке провести изгнание.
Как Максим ни отвлекал себя, идти всё равно было трудно. Первые три шага он с трудом сгибал и разгибал насквозь ледяные ноги. Конечности отзывались мучительной болью в суставах. На четвёртом шаге вновь зазвенели, пускаясь в пляс, снежинки.
Интересно, где стена? Долго ли ещё…
Додумать Макс не успел: в нос ударил смрад стухшего мяса, и в «спецов» врезался вылетевший из метели человек.
Судя по свитеру с вывязанными новогодними игрушками — второй пропавший. Судя по оскалу, тоже одержимый.
Егор живо увязал и этого парня, использовав вторую верёвку. Макс вздохнул с облегчением, но, видимо, зря. Тревожной волной нахлынул запах кислой капусты и гнилой воды, в которой умерли срезанные цветы. В следующую секунду кто-то прыгнул на Максима и вцепился ему в волосы, пронзительно вереща.
Егор и Аз с трудом стащили с Кошкина одержимую девушку в нарядном платье в золотых пайетках. Верёвок больше не было, так что пришлось вытянуть ремни, чтобы связать пленницу.
Теперь каждому «спецу» досталось по одержимому: Егор оставил себе первого пленника, самого крепкого, девушку передал Азамату, второго парня — Максу.
— Я ищу стену. Вы держитесь за меня. Гражданских не выпускайте: тащите как можете, — распорядился старший.
Макс крепче ухватил промёрзшими пальцами свитер своего «спутника», другой рукой вцепился в куртку Егора. Сквозь пелену снежинок разглядел, как Аз с трудом закинул дёргающуюся девушку на плечо и взялся за куртку Брянцева со своей стороны.
Заставить себя закрыть глаза оказалось куда сложнее. Так и мерещилось, что стоит зажмуриться — тут же из белых недр метели выберутся новые одержимые. Или ещё кто похуже. Вдруг даже эта девушка — не человек? Им ведь сказали о двоих парнях, канувших в метель. Вдруг к ним присоседилось существо, способное притворяться человеком? И наверняка оно не с Новым годом их поздравить пришло.
— Закрыли глаза, — велел Егор. — На счёт три. Раз, два. Три!
Максим зажмурился только потому, что привык доверять старшему. Раз он говорит, что надо закрыть глаза, значит, надо.
Макс почувствовал, как Егор двинулся вперёд, и осторожно пошёл за ним. Главное — не отпустить ни куртку старшего, ни свитер пленника. И не думать о том, как же холодно. Комната — не бальный зал, так что ещё шаг-другой, и Егор дойдёт до стены. А там и до окна или двери рукой подать. Вот ещё бы не было так холодно — и совсем хорошо.
Наконец, Егор подал голос:
— Стена!
Старший остановился на секунду, велел повернуть направо и идти тем же манером.
Не прошло и минуты, как в вое ненастоящей метели снова раздался голос Егора:
— Окно. Открываю.
Еле различимо раздался слабый стук, потом повеяло свежестью и другим холодом. Максим задумался, чем холод бродячей метели отличается от уличного холода, но так и не сумел сформулировать мысль.
— Открыть глаза можно? — спросил Аз.
— Да.
Снежинок перед глазами стало куда меньше: уже можно было различить стены и тёмный прямоугольник окна со слабо мерцающими снаружи гирляндами на кустах.
— Смотрите, как красиво летит, — восхищённо выдохнул Азамат.
Бродячая метель, вихрясь узкими спиралями, действительно улетала. По-своему зрелище и правда было красивым, но Макс слишком продрог, чтобы оценить его изящество. Длинные снежные спирали быстро утягивались в открытое окно и стремительно поднимались к тёмному небу, сплетаясь между собой и тут же расплетаясь в бесконечном танце.