Времена не выбирают (СИ)

Капитан Меркулов явился на бастион где-то через полчаса. Судя по свежим повязкам, выглядывавшим из-под рубашки, ещё раз навестил лекаря, что перед будущим боем вполне разумная идея. Возможно, он не рассчитывал увидеть Катю хотя бы просто бодрствующей: при виде солдат-девицы, болтающей о том о сём с пушкарями, неподдельно удивился. И, если не обманывало зрение, обрадовался.
Интермедия.
…Это был первый и единственный человек, который не боялся ни её прошлого, ни настоящего. Он попросту не замечал тени смерти, неотступно следовавшей за Катей все последние годы.
— Что кафтан рван, то не беда, — сказал он, надевая на себя то, что осталось от его злосчастной одёжки. — Лишь бы шкуру тако же не порвали. А меня Бог миловал, вскользь удары пришлись.
— И слава Богу, — проговорила Катя, стараясь не делать глубокие вдохи. — Где сейчас полковник? Поговорить надо.
Верхний край алого солнечного диска уже скрылся за горизонтом, но и в скудном сумеречном свете было видно: шведы готовятся к новому штурму. И времени осталось совсем немного.
— Ежели ты о тех ружьях, то Алексей Степаныч их велел под замок упрятать, — сказал Меркулов. А затем подсел рядышком и понизил голос почти до шёпота, чтоб не слышали пушкари, сидевшие неподалёку. — Что за людишки? Я о тех, у кого ты ружья побрала.
— Опасные, — так же тихо ответила Катя. — Увидишь — держись подальше. Такому убить тебя — что высморкаться.
— Сама-то их не боишься.
— Боюсь, Алексей Фёдорович. Но я знаю, что делаю.
— Оттого, что сама из таких?
— Только поэтому я и рискую выходить против них.
— Катя, — он заговорил совсем уже шёпотом, коснувшись её руки. — Не вздумай погибнуть. Мне ещё шёлку надо будет купить… тебе на платье… на подвенечное. Ведь пойдёшь за меня?
— Пойду, Алёша, — она удивилась, насколько легко и просто произнесла эти слова, будто они сами давно уже просились на свободу. Впрочем, всё так и есть: она всё для себя решила заранее. — Если доживём до завтра…
К полковнику они явились через четверть часа, вдвоём — чтобы предложить реализовать одну безумную затею…
4
— Вы остаётесь в крепости.
— Но…
— Сие есть приказ коменданта офицеру, сударыня. Вылазку возглавлю я сам. В крепости меня станет замещать капитан Меркулов. А вы… Вот ключ. Произведите осмотр ваших трофеев, сочтите заряды к оным. И коли будет в том надобность, используйте как надлежит.
— Слушаюсь, — ровным голосом ответила Катя. Во время боевых действий комендант крепости — второй после Бога. Никакие её особые полномочия на него не распространяются — до завершения осады.
Начинать штурм крепостных стен в наступившей темноте — да уж, с головой у Карла Карловича явно какой-то непорядок. Каков бы ни был цейтнот, но усугублять его цугцвангом — извините. Хотя… Катя помнила манеру игры шведского монарха. Он всегда начинал атаку королём, за что без конца и огребал. Но то на шахматной доске, где действовать вне правил не получится. В жизни всегда оставалось место для импровизации.
Но всё-таки лезть на стены в темноте не лучшая затея. Во сколько жизней это встанет шведской армии? И… не полезет ли этот ненормальный сам на стену? Кажется, что-то такое было в той истории. По крайней мере, иным способом получить по фейсу тушкой дохлого кота[2] у него вряд ли бы получилось.
Где-то с час назад солдаты, похохатывая, вытащили из подвала крепости четыре бочонка с порохом. И это не были запасы гарнизона, то был гостинец от шведов. Они всё-таки прокопали сапу, заложили пороховую мину и, запалив длинный фитиль, быстренько ретировались. Правда, не заметили, что русские сапёры давно за ними следили. Едва шведы удалились, как они пробили тонкую земляную стенку, отделявшую их от вражеской сапы, погасили фитиль, обрушили прокопанный лаз и вытащили «гостинец» наверх. Своим пригодится.[3]
«Если бы у меня оставалось полтора десятка или чуть меньше своих людей и немного своего оружия — что бы я сейчас сделала?»
 
…Самую основательную штурмовую колонну шведы сформировали против Мазуровских ворот, это напрашивалось по логике здешней военной тактики. Но на противоположной стене у тихих Подольских ворот, аккурат у Глухой башни, стена понижается, а внизу находится забранный решёткой сток речки Полтавки. Подорвать её, ворваться и вырезать личный состав защитников Подольского бастиона? Или, воспользовавшись суматохой с другой стороны крепости, по-быстрому вырезать охранение Подольских ворот и открыть их колонне шведов? Имея техническое оснащение ДРГ начала двадцать первого века, это вполне осуществимо. А значит, «дикие гуси» если и появятся, то именно там, в самом слабом узле обороны, где шведы не могли сосредоточить крупные силы, а значит, не было нужды в усилении защиты. Преимущество «диких гусей» — малочисленность, внезапность и невиданная по нынешним временам боевая подготовка.
«Думай. Времени на размышления мало».
Вспомнились солдаты, которых она только сегодня днём обучала обращению с трофейными винтовками. Как минимум трое из них весьма перспективные ребята. Если все доживут до подхода основной армии, надо будет порекомендовать их Женьке на предмет перевода в егерскую роту. Но сейчас, учитывая крайнюю ограниченность продвинутых боеприпасов, ей понадобится только один из них. Лучший из тройки.
Кажется, «тверские» и сейчас обороняют тот же участок, где вынесенный взрывом кусок бруствера укрепляли брёвнами и камнями.
Нога сама превратилась в бревно, бок стягивала саднящая боль. Но Катя, проявляя своё вполне ослиное упрямство, методично осматривала оружие и подсчитывала количество трофейных патронов. Пистолеты использовать не пришлось, они так и остались при ней. Что же до винтовок, то из них удалось надёргать тридцать один патрон. Это один полный магазин-«тридцатка» с «сувениром» или, если распределять на два ствола, два по половинке. Всё, больше боезапаса к ним просто нет. К слову, Катя сомневалась, что у «диких гусей» положение сильно лучше. Оставались ещё гранаты, а с противника, погибшего одним из первых прошлой ночью, она сняла довольно тяжёлую сумку, покопаться в которой тогда не осталось времени, довелось только сейчас. Там обнаружились две «МОНки»[4] без электродетонаторов, но с обычными запалами с обрывными датчиками! Точнее, их западный прототип, довольно древний «Клеймор»[5]. Ничего себе ребята экипировались для вылазки. Гораздо логичнее было бы взять что-нибудь, способное в один присест вынести ворота, а не противопехотное. Что, на безрыбье и «МОНка» фугас? Это у «Немезиды» с самого начала арсенал был — хоть войну начинай. А у этих явные проблемы со снабжением.
Мелькнула мысль: а что, если тот склад, где большинство приблуд были НАТОвскими, предназначался как раз группе Хаммера? Что было бы, если бы «Немезида» не выскочила на пересыльный склад первой?
«Ой-ёй… — от этой внезапной догадки Катя даже похолодела. — Они бы тут дел наворотили…»
Днём, едва завидев «диких гусей» в штурмовой колонне, она поняла, что Карл послал их на убой. А значит, есть возможность изрядно проредить их и без того не слишком многочисленные ряды. Сейчас, если остатки отряда наёмников получили приказ сделать «вылазку последней надежды», они будут куда осторожнее. После первого же убитого залягут, а потом попытаются на ходу переиграть ситуацию. Потому ей нужен был второй стрелок — чтобы «двухсотых» было сразу двое. Для того она сейчас вовсю ковыляла в сторону прежней позиции, за одним из перспективных парней. За лучшим из них — на её профессиональный взгляд.
Интермедия.
— Будут ли конкретные указания, ваше величество?
— Да. Вам предстоит войти в крепость с «чёрного хода», вот здесь, где забранный решёткой сток. Делайте что хотите, но этой решётки быть не должно… И прекратите наконец притворяться, будто вам жаль ваших людей. Насколько мне известно, король Франции обещал вам плату не на человека, а на весь отряд. Были бы вам ваши люди хоть сколько-то дороги, вы бы уже после неудачи с вылазкой прошлой ночью отказались лезть на стены.