Уроки счастья (СИ)
— Мам, пап, мы с Айрис встречаемся, — спокойно произнес он, бросив в мою сторону быстрый взгляд. — А еще, она и Лешкина девушка тоже. Вот как-то так у нас вышло.
За столом воцарилось слегка напряженное дыхание, Галя и Николай уставились на отпрыска с легкой оторопью. Ну все, сейчас, кажется, все дружелюбие растает, как туман утром… Отец Дани откашлялся и задумчиво изрек:
— Ну, сын, это всяко лучше, чем если бы ты сообщил, что у вас с Лехой любовь случилась.
Я порадовалась, что проглотила вино, иначе точно бы поперхнулась. Даня фыркнул и выразительно глянул на Николая.
— Пап, ты что, я двестипроцентный натурал, и Лешка тоже. Кстати, мы тут еще ремонт затеяли, решили привести нашу хату в божеский вид.
— Вот, а я давно говорю, — встрепенулась тут же Галина, подхватив нейтральную тему. — А то как ни придешь к вам, как в общаге, ей-богу. Мебель какая-то безликая, отделки никакой.
— О, ремонт — это хорошо, — тоже с радостью поддержал беседу Николай. — Ты если что обращайся…
— По ремонту — это к Айрис, — прервал отца Данька и приобнял за плечи. — Она основной креативщик и воплотитель, так сказать.
— А… — папа перевел взгляд на слегка смущенную меня, снова откашлялся и продолжил. — В общем, у меня много знакомых, если что, и проводку сделать, и мебель собрать, и отделку там всякую. Довелось как-то несколько лет прорабом поработать, вот связи и сохранились. Так что, обращайтесь, вдруг понадобится.
Не знаю, зачем, но я выпалила следующий вопрос, хотя пока еще серьезно не задумывалась о таком варианте:
— А три-дэ полы среди ваших знакомых кто-то делает?
Брови Николая поднялись, во взгляде мелькнуло удивление, однако он все же ответил:
— Поспрашиваю, наверняка кто-то занимается.
— А что это такое интересное? — присоединилась к обсуждению Галина.
Вопрос наших необычных отношений отошел на второй план, к моему тихому облегчению. Никто не торопился расспрашивать, как мы познакомились, как вообще пришли к такому решению. Может, Данька потом сам и расскажет, я же пока не готова была обсуждать эту тему напрямую. Так что, ремонт — отличная тема для разговора, как и моя работа в школе.
Родители Дани не стали долго рассиживаться, часам к девяти засобирались, Николай оставил мне свою визитку с контактами, Галя звала уже к ним в гости. В общем и целом, вроде расстались хорошо, косых взглядов в свою сторону не замечала, как и натужного дружелюбия. Кажется, и правда все прошло нормально… Пока не закрылась дверь за ними, я и не подозревала, в каком пребывала напряжении, а потом из меня как будто воздух выпустили, ноги тут же ослабели. Мне настоятельно требовался отдых, а ведь впереди еще Лешины родители, между прочим. Ну и мои до кучи, вот тут я вообще ни в чем не была уверена.
Парни мудро не стали расспрашивать и докапываться, как там я, и просто отвезли домой, на прощанье по очереди поцеловав. Подавила вздох — как-то вот к хорошему привыкаешь быстро, и уже больше хотелось засыпать не в гордом одиночестве в своей постели, а в уютных объятиях. И черт с ним, с тем, что придется на полчаса раньше вставать на работу… С такими мыслями и уснула, моментально вырубившись после насыщенного окончания дня.
Удивительно, но после Даниных родителей я спокойнее воспринимала предстоящую встречу с Лешиными. Не знаю, насколько хорошо они между собой общаются, и поделились ли необычной новостью или решили не вмешиваться в личную жизнь своих отпрысков, но я ехала за город почти со спокойным сердцем. Да и то, что они не собирались оставаться на ночь, тоже несказанно радовало. Не придется сдерживаться или краснеть от смущения.
Родители Лешки оказались совсем не похожи на Даниных: отец, Олег, широкоплечий, могучий, бородатый и улыбчивый, передвигался он очень аккуратно, чтобы ничего не задеть ненароком и не разбить. Мама, Наталья, наоборот, смотрелась рядом с ним хрупкой и изящной, но деятельной, энергичной. Когда Лешка объявил им о наших отношениях, они переглянулись, Олег пожал плечами и невозмутимо прокомментировал:
— Ну если вам так нравится, то и ладно. Все люди взрослые, думаю, вы знаете, что делаете. Главное, чтоб все довольны были. Так, ну где там банька? — он потер ладони, подхватил с блюда сразу два куска шашлыка и закинул в рот, поднявшись из-за стола и энергично жуя.
Я тихонько выдохнула: кажется, и тут все прошло нормально. И мы все отправились греться.
В общем и целом, кажется, я незаметно для себя привыкла к свалившимся переменам в жизни, и страх недоверия потихоньку отступил, спрятался в глубине сознания. Оставалось только порадоваться, что исчезла болезненная необходимость получать подтверждение интереса к себе, что я не испытывала больше беспокойства по поводу нарушения моей драгоценной свободы действий. Оно само как-то получилось, что все выходные мы проводили вместе, или дома, или за городом, и меня это совершенно не напрягало. По крайней мере, никто не контролировал и не пытался запретить что-то делать, с Настасьей мы и так регулярно общались, и пару раз даже выпили кофе после работы. Я и не заметила, как прошли несколько недель, заполненные ремонтом, обсуждением вариантов интерьера, подбором отделки и прочим. Кабинет ребятам сделали кстати за выходные, пока мы отдыхали за городом, так что, начало было положено.
Ноябрь почти подошел к концу, оставался месяц до Нового года, и хотя парни на меня не давили, я, собравшись с духом, все же решила для себя, что пора знакомить их и с моей семьей. Мама несколько раз звонила, и я малодушно не говорила ей о моем изменившемся статусе. Теперь же… Шенген мне уже сделали, и билеты куплены, как и забронированы отели. На праздники мы уезжали. Так что, в начале декабря я пригласила моих в гости, собираясь, наконец, признаться. В конце концов, не прятаться же всю жизнь, некрасиво это.
Впервые за долгое время в пятницу я ночевала дома. Устроила генеральную уборку, мы с Лешкой съездили за продуктами, и он остался у меня — Даня корпел над очередным проектом, а это значит, розовые тапки-слоны и та самая кружка с Гарри Поттером, с которой я увидела его в самом начале нашего знакомства. Но обещался к завтрашнему обеду быть как штык, потому и засел сегодня аврально дома. На следующее утро мы принялись за обед, Леха занялся своими фирменными стейками — папа у меня мясо уважал, а для мамы я сделала рыбу в духовке и несколько салатиков. Ну и еще тортик, да, тряхнула, так сказать, стариной. Конечно, можно было купить в магазине, благо сейчас всяких разных вкусных полно, но я решила сделать сама. Все-таки, повод есть.
Нервничала самую малость, и причем только из-за мамы. Папант у меня мировой, конечно, ехидничать будет, но примет. Он редко вмешивался в мою жизнь и пытался воспитывать, это мама вечно "Ах, девушка не должна…" "Ах, девушка должна…" Вылилось все в мои тихие протесты в поступках от противного. Ссориться не хотелось, конечно, и я надеялась, что пусть не сразу, но мама примет мою необычную личную жизнь. В конце концов, она же актриса, а у них там в богемной среде вообще похлеще всякие истории, смотрела я как-то передачу про известных актеров, как они там жили и с любовницами, и с женами, и жены с любовницами дружили, и все такое. Бр-р-р, ну его, уж лучше честно втроем, чем вот так, делать хорошую мину при плохой игре.
В общем, к назначенному часу все было готово, Данька приехал бодрый, причесанный, с неизменной улыбкой на все лицо, и довольный, как слон. Ну а к трем в дверь раздался долгожданный звонок. Я вздрогнула лишь самую малость и поспешила открыть, незаметно сглотнув сухим горлом.
— Привет, — поздоровалась с родителями — парни остались в кухне за столом, в коридоре мы все не поместились бы — это не их хоромы, конечно.
— Привет, привет, дочь, — папа чмокнул в щеку, аккуратно снял куртку и обувь.
Мама же, как обычно, в длинном шелковом платье, с высокой прической, вся такая возвышенно-романтичная, сначала придирчиво осмотрела меня, а потом уже кивнула и приложилась прохладными губами к моей щеке.