Уроки счастья (СИ)
В трубке тут же раздался восторженный писк.
— И-и-и-и. Это то, что я думаю, да? Вы же переспали, Ирка, да? Ну да же? Ты мне между прочим обещала. Ну и как? Я жажду подробностей, — засыпала она вопросами, пока я хихикала.
— Слышь, любительница клубнички, ты же взрослая опытная женщина и мать двоих детей, а то не знаешь, как это бывает, — не удержалась от ехидной реплики.
— Я знаю, как это бывает у меня, — назидательно поправила Настя. — А теперь хочу услышать, как это было у тебя. Ириска, не жмоться, колись давай, как оно. В конце концов, эпическое же событие, твой первый секс за пять лет, — вернула она подачу.
Вот зараза. Но по факту права, да… Мы проболтали около получаса, конечно, я высказала свои восторги — с кем же, как не с лучшей подругой обсуждать такую деликатную тему?
— Ну и когда второй тебя соблазнять будет? — деловито осведомилась неугомонная Настька.
— Не знаю, — я пожала плечами, рассеянно разгладив складки на домашнем плюшевом костюме. — Мы, знаешь ли, не договаривались отдельно.
— Ага, сюрприз опять будет, — хмыкнула Аська. — Ну, удачи тогда, подруга. Я очень-очень за тебя рада. Кстати, насчет предложения Лешки с ремонтом я бы на твоем месте серьезно задумалась, — добавила она без капли насмешки.
— Предпочитаю не торопиться, — поспешно открестилась.
— Ириска, ну что ты как маленькая, — неожиданно мягко произнесла Настя. — Понятно уже, что будет у вас милая шведская семья втроем. Куда ты нафиг денешься, — весело добавила она. — Крепко тебя мужики в оборот взяли, так что, привыкай к мысли о скором переезде. Вон даже котэ ихний тебя признал.
— Ладно, Ась, мне собираться пора, меня на прогулку по крышам пригласили, — протараторила я, спешно сворачивая разговор — пока не хочу на эту деликатную тему говорить.
— Угу, удачной прогулки, — покладисто согласилась не продолжать подруга, и мы закончили разговор.
А я пошла переодеваться, и первым делом, конечно же, решать важный вопрос: надевать ли что-то особенное под джинсы и свитер? Хотя, того особенного-то у меня и было только два парадно-выходных комплекта, как по заказу… И один я уже использовала, так сказать. Ладно, обновлю и этот, чего уж. Хотя старалась в обычной жизни не загадывать ничего, чтобы не разочаровываться лишний раз, в последнее время приятных сюрпризов было как-то подозрительно много. Конечно, я напрягалась, ожидая подвоха и плюхи, так уж привыкла за последние годы. Что не может быть все слишком хорошо…
В общем, к назначенному времени я была готова, и когда пришло сообщение, быстренько спустилась во двор. И очень удивилась, обнаружив, что в машине Данька сидит один. Признаться, я настолько привыкла, что они с Лешей всегда вместе, что сейчас моментально насторожилась.
— А Лешка где? — уточнила, устраиваясь на переднем сиденье.
— У него ежемесячная сыновняя повинность, — усмехнулся Даня, наклоняясь ко мне. — К родителям в гости поехал.
Сердце невольно екнуло, мелькнула мысль, что, помнится, не так давно кое-кто тоже великодушно самоустранился… Но мы же сейчас по крышам гулять идем, а не в гости. Так что, Айрис, уйми фантазию. Мы поехали в центр, в район между Исаакиевским собором и Фонтанкой — я там бывала редко, все больше с другой стороны Невского, и тем интереснее было предстоящее действо. Нас встретил парень лет двадцати с небольшим, одетый вполне стильно, ничуть не похожий на подрабатывающего студента. За ним мы поднялись по лестнице одной из парадных прямо на чердак, а оттуда на крышу… Это была удивительная и, пожалуй, самая необычная прогулка в моей жизни. Питер отсюда, с высоты крыш, выглядел совсем по-другому, чуточку таинственно. Мы бродили, взявшись за руки, наш проводник выбирал безопасные крыши, огороженные и не слишком крутые. Мы спускались, заходили в следующие парадные, поднимались, шли дальше… И даже то, что почти не разговаривали, ничуть не мешало наслаждаться этой удивительной, осенне-романтичной атмосферой.
Признаться, я уже давно забыла, что это такое, романтика, причем настоящая, а не пафосно-надуманная, типа лепестков на шелковых простынях и букетов из сотни красных роз. А вот такая, неожиданная, угадывающая твои смутные желания, или подмечающая малейшие нюансы и потом выливающаяся в сюрпризы вроде вчерашнего танцевального марафона. Я настолько привыкла к тому, что мужчины намеков не понимают, и совершенно не умеют быть внимательными наблюдателями, что теперь это явилось для меня чем-то вроде маленького чуда. Сложно было поверить в то, что подобные мужчины в самом деле существуют, хотя Настасья упрямо убеждала, что есть. Просто я еще не встретила таковых…
Наша прогулка продолжалась часа два точно, пока я не ощутила, как бодрящий вечерний осенний воздух не пробрался уже даже под свитер. Очень вовремя мы вернулись к начальной точке, где стояла машина Дани, попрощались с нашим проводником, и я с облегчением нырнула в теплое нутро, еще не успевшее остыть, и мне тут же включили печку.
— Ну что, как насчет поужинать? — предложил Даня, повернувшись ко мне.
— Всеми лапами за, — сразу согласилась я.
— Тогда поехали, — кивнул он, и спрашивать, куда, не стала.
Однако, когда мы свернули к знакомому кварталу, я встрепенулась и осторожно поинтересовалась:
— И куда ты меня везешь?
— Ужинать, — невозмутимо отозвался этот тип. — К нам домой. Ты против?
Вот же ж… жук. Куда уж теперь возмущаться, у меня совести не хватит.
— Не против, — коротко вздохнув, покачала головой.
— Макс там соскучился, — голосом подлизы добавил Даня, широко ухмыльнувшись. — Этот предатель ходит и ищет тебя по комнатам, представляешь?
Попыталась в самом деле представить себе сие зрелище, и ну никак оно не вязалось с котярой, потому захихикала и честно ответила:
— Вот нет, знаешь ли. Мне кажется, Максу вообще фиолетово и перпендикулярно на всех и вся.
— В тебе он что-то нашел, — задумчиво протянул Даня, сворачивая во двор. — И я, как мужчина, в принципе его понимаю.
От этих слов почему-то совершенно непроизвольно по спине скатилась волна горячей дрожи, и я не нашлась, что ответить. Мы поднялись наверх, зашли в квартиру, и Даня сразу направился на кухню, я, конечно, за ним. И замерла на пороге, глядя на сервированный на двоих ужин и три толстых длинных свечи в красивом бронзовом подсвечнике. Ну, то есть, тарелки, как полагается, бокалы, а основное блюдо, как поняла, было накрыто большой круглой крышкой и стояло на таком специальном столике, под которым горела горелка. Офигеть, это значит, Леша побеспокоился наверняка перед уходом, что ли?
— Сварим глинтвейн к ужину? — предложил Даня, подмигнув, и не дожидаясь ответа, направился к холодильнику. — Где-то тут вино стояло…
Черт, он и правда подготовился. И, кажется, я не зря надела тот комплектик из нежно-зеленого кружева. Данька поставил на плиту внушительных размеров кастрюлю, вылил туда вина, достал коробку со специями, а мне доверил важное дело нарезания апельсиновых корочек и яблока. Повинуясь очередной голосовой команде, включилась тихая, ненавязчивая музыка. Готовить пряное вино при свете свечей оказалось неожиданно волнующе, и я уже и так знала, что сегодня останусь здесь. Да, в общем-то, этого следовало ожидать, так-то…
На ужин была потрясающе вкусная, классическая паста болоньезе, и я не стала уточнять, сам Даня делал или просто заказал в ресторане. Мне все равно, если честно. Горячий глинтвейн отлично дополнял и согревал, ну и распутывал все те нервные узлы, в которые закрутились мои нервы. Я переживала, несмотря на уверенность в продолжении вечера, но личные тараканы просто так за один раз не испаряются. В конце концов, решила просто не думать о том, что все закончится, как только пересплю и с Даней. Это было бы уж слишком, после такого пинка от жизни точно больше не оправлюсь. Значит, настраиваемся на позитив.
— Опять думаешь о чем-то не слишком приятном? — неожиданно ворвался в мои рассеянные размышления Даня.
— А?.. Да нет, так просто, — дернула плечом, не желая вдаваться в подробности. — Задумчивость напала.