Как хулиган мой лифчик украл (ЛП)
— И то правда… — Кажется, ему неприятно говорить об этом. — Значит, я действительно переборщила с выпивкой, раз ничего не помню.
— Еще как. Ты сказала, это потому, что ты не любишь вечеринки.
— Похоже на меня.
Думая о прошлой ночи, я начинаю вспоминать, как в какой-то момент решила, что с алкоголем вечер пройдет намного легче. Еще помню, что Алек не общался со мной и это почему-то меня очень расстраивало. Делаю себе мысленную пометку перестать так реагировать на Алека Уайлда. Просто вчера все так разом навалилось…
— Мама больше никогда не отпустит меня на вечеринку, — думаю вслух.
Хотя я и без того собираюсь держаться подальше от вечеринок. Ничем хорошим они для меня не заканчиваются. Лучше дома посижу. Я тянусь за таблетками, быстро их проглатываю. Не представляю, как что-то настолько маленькое может унять пульсирующую боль в голове, но попытка не пытка. Я делаю паузу.
— Это ведь не слабительное?
Алек давится апельсиновым соком.
— Господи, Райли, думаешь, я буду пинать лежачего? Нет, это просто аспирин! Хотя… вышло бы забавно.
Мы молча жуем тосты, каждый думает о своем. Наверное, как и я, Алек вспоминает вчерашнюю ночь. Так неловко. Ужасно, что ему пришлось видеть меня в таком состоянии.
— Надо поговорить с мамой, — заканчиваю я, поднимаясь.
Слов не подобрать, как я тронута и одновременно удивлена поступком Алека. Никогда бы и за целую вечность не поверила, что он может сделать для меня что-то хорошее. Отвезти домой после вечеринки, приготовить завтрак — ничего подобного.
— Ладно, возвращайся, когда закончишь. Поедем в школу.
Я колеблюсь секунду, пока он поднимается с кровати.
— Эй, Алек? — зову я. Парень смотрит на меня в замешательстве, брови сдвинуты. — Спасибо, — продолжаю и робко тянусь к нему, чтобы обнять. — Ну, знаешь… за то, что отвез домой и все такое. За все, что сделал для меня.
На мгновение парень застывает, оценивая ситуацию, затем его руки медленно касаются моей спины, и он крепко прижимает меня к себе.
— Не за что, Грин.
***— Мам? — зову я, открывая дверь, и неуверенно ступаю в коридор. — Ты еще дома? Я пришла.
— Райли?
Голос доносится из кухни, и радостным его не назовешь. Я закрываю дверь, готовясь к неизбежному. В руках клатч и вчерашняя одежда, а сама я в леггинсах Мэри и в огромной футболке Алека. Бог знает, как мама отреагирует. Надеюсь, утренний разговор с Алеком хоть немного смягчил ее гнев.
В следующую минуту чудовище собственной персоной показывается из кухни: ноздри раздуты, в руке зажат телефон.
— Что с тобой стряслось прошлой ночью? — Мама мечет громы и молнии. — Я велела тебе быть осторожнее с выпивкой, по глупости доверилась тебе. Ты же знаешь, как алкоголь влияет на твою тревожность, не говоря уже о том, что несовершеннолетним пить запрещено! И что же? Звонит Алек и сообщает, что ты отсыпаешься после похмелья и опоздаешь в школу! О чем ты думала? Я так волновалась!
— Мам, — морщусь я, хватаясь за голову, — мне очень жаль, но, пожалуйста, не ори.
Мама сердито смотрит на меня, явно собираясь игнорировать мольбы.
— Что с тобой стряслось?
— Я не помню.
— Ты не помнишь? — Голос грозно возвышается. — Так сильно напилась?
— Я вообще не помню, чтобы много пила, — защищаюсь я. — Помню только, что мне было плохо и грустно, и я очень хотела почувствовать себя лучше.
— Ты могла позвонить мне! Я бы забрала тебя! — Мама срывается, и на ее лице появляется выражение полного разочарования. Только теперь я понимаю, как много причинила ей боли, своим поступком напомнив о смерти Кейтлин. Пытаясь заглушить свои чувства, я совсем не думала о чувствах мамы по поводу моей безопасности, и ее единственную просьбу «будь осторожна» пропустила мимо ушей.
— Извини, мам, мне правда жаль.
— Никогда больше так со мной не поступай, — наконец выговаривает она, отворачиваясь. — Слушай, что я говорю, будь осторожна или звони мне. Напиваться, когда ты и без того слишком уязвима, а еще это противозаконно! После случившегося с Кейтлин, после того как она ушла на вечеринку и не вернулась… Я хочу знать, что ты в безопасности, когда куда-то идешь. Пьяные люди делают глупые вещи, и ты не исключение. Ты понятия не имеешь, через что мне пришлось…
— Мам, — успокаиваю я ее, разъедаемая чувством вины. Я и подумать не могла. Такая идиотка, самая настоящая. — Прости меня, мам. Я не хотела тебя пугать.
— Даром тебе это не пройдет, можешь не сомневаться. Я разрешила тебе немного выпить на вечеринке. Думала, ты с ответственностью примешь мое доверие. — Руки складываются на груди. На маме рабочий костюм, волосы закручены на затылке в узелок. Очевидно, из-за меня она опоздает на работу.
— Понимаю.
— Будешь больше помогать по дому. Хочешь, чтобы с тобой обращались как со взрослой, начни вести себя по-взрослому.
— Хорошо.
— Я имею в виду мытье посуды, уборку. Все домашние хлопоты.
— Окей, — киваю я. — Мне очень жаль, мам.
— Да, мне тоже, — остывает мама. Под глазами мешки. Должно быть, плохо спала. — Не забудь поблагодарить Алека.
Ее вдруг осеняет, смягчившееся лицо снова принимает холодное выражение.
— Райли, на тебе что, мужская футболка?
— Футболка принадлежит Алеку, так что да, думаю, она мужская. — Я сжимаю руки и тереблю цепочку на клатче.
— Не паясничай. — Глаза подозрительно щурятся. — Почему на тебе его футболка?
— Это не то, что ты думаешь, — корчу я недовольную мину, хотя щеки, наверное, предательски краснеют. — Алек дал футболку, чтобы мне не пришлось надевать вчерашнюю одежду. Милый жест, только и всего.
— Ничего не хочу знать о ваших милых жестах, Райли.
— Мама!
— Знаю я, какая сейчас молодежь пошла. Не спорю, между вами с Алеком та еще химия. Но я хочу знать, если вы когда-нибудь решитесь сделать серьезный шаг, договорились? — Мама красноречиво приподнимает бровь, и под ее обвиняющим взглядом хочется провалиться сквозь землю. — И не забудь вернуть парню футболку. Ты приняла аспирин?
— Да, я выпила аспирин, — киваю я, радуясь смене разговора. — И я отдам ему футболку, не волнуйся. А теперь мне нужно переодеться, я и так сильно опаздываю.
Я целую маму в щеку и направляюсь к лестнице. Если доберусь до школы за пятнадцать минут, успею на третий урок, и наверстывать упущенное придется только по двум предметам. Что-то подсказывает, похмелье меня нескоро оставит, так что нет никакого желания учиться сегодня допоздна.
— Пей побольше воды, Райли, — кричит мама на прощание. — Я ухожу на работу. Не усердствуй сегодня.
Слышу, как мама собирает сумку. Хлопает дверца буфета.
— Поняла. Спасибо, мам, — кричу со второго этажа. Все еще не по себе от прошедшего разговора. — Люблю тебя! Удачного дня на работе!
***— Я говорила, что не горю желанием умирать? — спрашиваю, с возрастающим волнением рассматривая смертоносного монстра, на котором восседает Алек.
— Ты хочешь поехать в школу или как? — отзывается сосед, похлопывая по сиденью позади себя. — Шевели задницей и запрыгивай на байк, Райли.
Я не двигаюсь с места, смотря на парня с нерешительностью. Алек стонет и снова настойчиво шлепает ладонью по сиденью. Никогда бы не подумала, что придется лично столкнуться с мотоциклами — с моей координацией повезет, если на велике удержусь. Умом понимаю, не стоит соглашаться. Но что еще остается? Идти в школу пешком? Лень и долго. Неохотно я все же шагаю в объятия судьбы и пристраиваюсь за спиной Алека. От парня так и разит самодовольством, когда он протягивает мне шлем.
— Готова? — спрашивает он, пока я защелкиваю шлем. Обхватив Алека за талию, я изо всех сил зажмуриваюсь.
— Как никогда!
Машина подо мной рычит, оживая. Мы даем задний ход и, оказавшись на дороге, разворачиваемся. Я изо всех сил сжимаю Алека, и от моих прикосновений его мышцы напрягаются. Еще одно последнее рычание, и мотоцикл срывается с места. Ветер флагом развевает мои волосы, заглушает испуганные вопли. Так пугающе и в то же время дух захватывает, давно я не испытывала подобного. Я в полном восторге, и все волнения за прошлую ночь улетучиваются. Все-таки круто, что я решилась на этот шаг.