Свадебное пари

Она с любопытством на них уставилась.
— Да, миссис Грин, у нас свадьба, — сообщил Себастьян, не скрывая восторга. — И курица пригодится для свадебного пира. Вы сможете приготовить обед на пятерых, мистрис Грин?
— О Господи, какая радость! — Она восторженно захлопала в ладоши. — Как я люблю свадьбы! И для обеда потребуется больше, чем одна курица, так что придется попросить молодую Джен помочь мне. Мэм, вы наверняка захотите освежиться, перед тем как идти в церковь. Идемте наверх, и я принесу горячей воды и своего вина из бузины, чтобы успокоить нервы.
Серена с улыбкой поблагодарила ее. Нервы ее ничуть не нуждались в успокоении, но она послушно последовала за хозяйкой наверх, где все выглядело таким же чистым и уютным и пахло смесью сухих цветов и лаванды, положенной между простынями.
Себастьян тем временем направился к церкви, шпиль которой возвышался над черепичными крышам коттеджей. Он нашел дом викария, и пожилая дама провела его в кабинет, где у камина дремал преподобный Саймон Бьюти.
— Викарий, к вам посетитель, — объявила она таким оглушительным голосом, что бедняга немедленно проснулся.
— О Боже! — воскликнул он, нашарив очки, сползшие с кончика носа.
— Что я могу сделать для вас, сэр? — спросил он, воззрившись на Себастьяна.
— Немедленно обвенчать меня, викарий.
Себастьян вручил ему специальное разрешение.
— Господь и все святые, — пробормотал преподобный, изучая бумагу. — Ну и ну… не много видел я таких в своем приходе!
Взгляд его неожиданно сделался проницательным:
— Могу я спросить, где дама?
— Готовится к свадьбе в доме миссис Грин. Заверяю вас, викарий, дама совершеннолетняя, более чем согласна на наш союз и с таким же нетерпением ждет венчания.
Викарий поднялся.
— Если все это так и есть, можно начинать. Вы привезли свидетелей?
— Мои братья скоро будут, преподобный отец.
— Хорошо… хорошо. Идите за невестой, пока я надену рясу. Увидимся в церкви.
Себастьян с поклоном удалился и поспешил в коттедж. Серена ждала его на крыльце, успев переодеться в платье из рыжевато-красного бархата, отделанное серебряным кружевом. Поверх был накинут отделанный мехом плащ из дорогого кремового бархата с высоким воротом собольего меха.
Черные распущенные волосы доходили до плеч. Сейчас она выглядела моложе, чем во время их рокового прощания три года назад, и во всяком случае, более счастливой.
Он поднял ее руку к губам:
— Викарий ждет, дорогая.
— В таком случае невежливо задерживаться.
Она взяла его под руку, и они вместе пошли к церкви.
Коляска Джаспера стояла у ворот. Сам он помогал жене спуститься. Граф выглядел особенно элегантным в темном шелковом камзоле, панталонах, полосатом жилете, с жабо мехельнских кружев, в котором сверкал бриллиант. Но следует искренне признать, что жена превзошла его. Платье Клариссы из изумрудно-зеленого дамаста, вышитое серебряной нитью, прекрасно оттеняло тициановские волосы, ниспадавшие из высоко сидевшего узла каскадами локонов, обрамлявших лицо. Бархатный дорожный плащ, отделанный серебристой лисой, был накинут поверх платья и открывал широкие фижмы. На ножках ловко сидели зеленые лайковые башмачки с алыми каблуками.
У Серены стало тепло на сердце. Похоже, граф Блэкуотер и его жена, независимо от того, одобряли брак или нет, были готовы отпраздновать событие. Об этом не в последнюю очередь говорили их дорогие наряды.
Джаспер выступил вперед, поклонился и поцеловал Серене руку.
— Леди Серена, какая честь, мэм!
— Милорд… — Она сделала реверанс. — Спасибо, что приехали.
Джаспер выпрямился, но на минуту задержал ее руку в своей, после чего с улыбкой сказал:
— Ни за что в мире не пропустил бы свадьбу моего младшего брата, леди Серена. Позвольте представить вас моей жене. — Он показал на Клариссу, которая выступила вперед:
— Леди Блэкуотер, леди Серена Кармайкл.
— О, довольно формальностей, — объявила графиня и поцеловала Серену в щеку. — Меня зовут Кларисса, и мы станем близкими друзьями, объединенными одним делом.
 
Ее зеленые глаза блеснули, и Серена невольно ответила улыбкой.
— Надеюсь, что так, Кларисса.
— Вижу, что опоздал! — раздался за их спинами жизнерадостный голос. — А я так хотел приехать раньше Джаспера!
Перегрин на сером мерине с подвязанным хвостом подъехал к воротам, оглядел всю компанию и одобрительно кивнул:
— Какие мы все красивые!
Он спрыгнул с лошади и отдал поводья груму Джаспера, который уже держал пару запряженных в коляску лошадей.
— Надеюсь, я вас не опозорю.
Он был одет в черный бархат и золотую парчу, а светлые, как у брата, волосы были связаны на затылке черной бархатной лентой.
— Будь уверен, братец, ты совершенно неотразим, — хмыкнул Джаспер.
Перегрин приветствовал невестку дружеским поцелуем, а Серене с поклоном поцеловал руку.
— Леди Серена, желаю вам и Себастьяну счастья.
Пожелание казалось искренним, да и взгляд был чистосердечным.
— Спасибо, сэр, — улыбнулась она.
— О, скоро нам будет не до формальностей, — жизнерадостно объявил Перри. — Я поцелую вас как свою невестку, когда дело будет сделано.
— Тогда предлагаю поскорее с ним покончить.
Джаспер кивнул в сторону церковной двери и предложил руку жене.
Викарий стоял перед алтарем с молитвенником в руке. Маленькая процессия двинулась по проходу и выстроилась полукругом перед алтарем, так что жених и невеста оказались в центре. Викарий начал церемонию. Серена на секунду вспомнила о кольце. Догадался ли Себастьян его захватить? Неудивительно, если в такой суете он обо всем забыл!
Ее так и подмывало спросить, но преподобный уже начал церемонию и оставалось только внимать его словам.
Слава Богу, долго волноваться ей не пришлось. В нужный момент Себастьян сунул руку во внутренний карман жилета из серебряной парчи и вынул кусочек кружева, в который было завернуто кольцо с жемчугом и аметистами. Серена протянула руку, и он надел кольцо ей на палец. Оно оказалось словно для нее сделанным!
Серена втайне восхитилась изяществом кольца и взглянула на Себастьяна, тот вопросительно вскинул бровь и чуть приподнял уголки губ в улыбке. Она кивнула, он с удовлетворением расслабился и кивнул в ответ.
Викарий объявил их мужем и женой, они расписались в церковной книге, после чего Джаспер и Перегрин тоже поставили подписи в качестве свидетелей. Себастьян протянул викарию золотую гинею, и все вышли на церковный двор, навстречу ясному солнечному зимнему утру.
Себастьян остановился и повернулся к Серене, пожирая ее глазами.
— Итак, жена…
— Итак, муж, — улыбнулась Серена, — ты выглядишь очень довольным собой.
— Именно так и есть, — счастливо вздохнул Себастьян. — Наконец ты моя, Серена. Наконец-то ты принадлежишь мне.
На минуту ее взгляд омрачился, но она тут же тряхнула головой, поняв, что он имел в виду.
— А ты мой, — тихо прошептала она.
Он крепко обнял ее и стал целовать в глаза, кончик носа, губы. Молодые на время забыли об окружающих, не обращали внимания на любопытные взгляды из окон коттеджей. Серена чувствовала себя так, словно до этого момента в ее жизни не случалось ничего истинно важного.
Джаспер и Перегрин обменялись взглядами, и Перри незаметно кивнул. Джаспер ответил ему тем же. Очевидно, все в порядке.
Когда новобрачные наконец прервали поцелуй, Джаспер спросил:
— Итак, мы возвращаемся в город? Или найдем какую-нибудь гостиницу и устроим праздничный обед?
— Мы обо всем уже позаботились, — объявил Себастьян. — Наша хозяйка готовит кур.
— Хозяйка? — удивился Перегрин.
Себастьян загадочно усмехнулся:
— Все к лучшему, тем более что я предусмотрительно положил в коляску ящик лучшего бургундского Блэкуотеров, — добавил Джаспер. — Мой грум стережет его в гостинице, насколько мне известно.
— В таком случае идем.
Свадебный обед оправдал все ожидания Серены. Еда оказалась простой, но обильной и хорошо приготовленной, вино лилось рекой, компания была веселой и дружелюбной. Уже через час Серена чувствовала себя членом семьи. Себастьян был прав: они с Клариссой — родственные души.