Максимальный Форсаж (СИ)

Правда, примерно через полчаса в боксах появился Серега и рассказал Игорю, что нужно сделать с машиной. Исходя из того какие настройки подвески были заказаны я сделал вывод, что вечером Вика будет участвовать в гонке с большим количеством поворотов и переключений передач. Сергей попросил настроить подвеску очень радикально. Комфортом при таких параметрах работы механизмов и не пахло. Зато машина будет хорошо управляться, для своего класса, конечно, и может дать порой такие необходимые для победы мгновения.
Работали мы над мустангом примерно часа четыре и закончили, когда автосервис уже закрылся. В боксах остались только мы с Игорем, бухгалтерша ушла, а Серега с сестрой так и не появлялись, правда он нам постоянно звонил, так что было понятно, что он у себя в офисе.
Когда до конца работ оставалось всего ничего, хозяин автосервиса зашёл к нам вместе со своей сестрой.
— Парни, мне пора, доделывайте тут и отдавайте Викусе машину. Она уже заплатила. Но я вижу, что работы больше, чем сестра мне сказала, так что с тебя, — это уже Вике, — доплата ребятам. Так уж и быть, не через кассу. Всё, я поехал. Мужики, до завтра. Вика, не сверни там себе голову, мне-то тебя не очень жалко, а вот мама будет плакать.
— Какая же ты сволочь у меня, Сережа, — не осталась в долгу девушка, — ты не приедешь посмотреть на гонку?
— А где она будет? — уточнил Серега.
— О, мы решили в этот раз попробовать кое-что новое. Ночная гонка по малому кольцу. Старт в Химках, финиш там же.
— Шизики, — коротко сказал Серега, — всё, я уехал.
Действительно шизики. Устраивать гонки на дорогах общего пользования просто опасно. Мало того, что сам рискуешь, большие скорости— это не шутка, так еще и запросто можно подставить совершенно левого участника движения. Влезет вот такая вот Вика под колеса какого нибудь МАЗа и сама погибнет, и водителю фуры жизнь сломает.
Да и прав можно лишиться запросто так. Гонки априори не предусматривают соблюдение скоростного режима.
* * *
Сергей уехал, а мы с Игорем закончили, как Вика вдруг сказала.
— Ой, чуть не забыла, у меня же запаска пробита. мальчики, можно с этим что-то сделать?
— Вика, мы тебе уже тысячу раз говорили, что то как ты эксплуатируешь машину, никак не позволяет ездить на клееной резине. Если ты пробила колесо, то тебе надо менять резину. А так как ты у нас гонщица, то менять надо весь комплект.
— Игорек, это ты у моего брата набрался этой чуши? — спросила Вика, — так сам посмотри, моя боевая резина — нулячая. А на ней гоняю. А запаска она потому и называется запаской, чтобы быть запасным вариантом на случай крайней необходимости. В случае чего, я на ней поеду как сраная пенсионерка, медленно и печально
Игорь возвёл очи горе, а потом посмотрел на меня, в его глазах мелькнул хитрый план и он сказал:
— Хрен с тобой. Макс, я очень спешу, мне тещу из Домодедово встречать, а потом во Владимир везти. Может ты сам всё сделаешь? А Вика тебе заплатит. Так ведь?
— Конечно заплачу, — девушка чуть-ли не в первый раз прямо на меня посмотрела и улыбнулась, — Максик, ты же мне поможешь.
— Помогу, конечно, в чём вопрос, — ответил я.
Хотя от «Максика» меня передёрнуло. Даже изо рта такой красотки это звучало отвратительно.
— Спасибо, Макс, — обрадовался Игорь, ну всё я побежал. Вика, надери им там всем задницы.
Сказав это он быстро умотал, а я занялся запаской Мустанга. Насколько я помню, у этих машин в качестве запасного колеса — докатка, но именно этот Мустанг был счастливым обладателем полноразмерного запасного колеса.
Которое оказалось пробито крошечным саморезом. Он попал в рисунок протектора и чуть-чуть, но всё-таки пробил, сделал свое черное дело. Если бы попал более удачно, то ничего бы не случилось, но Вике не повезло.
— А ты, значит, новый слесарь моего брата? — спросила Вика. когда я нашёл прокол и разбортировал колесо, начал его клеить.
— Да, я недавно работаю, — ответил я, не отрываясь от работы.
— Я немного посмотрела за тобой, Максик, — продолжила Вика, — ты не производишь впечатление новичка, скорее наоборот. Это ты всю работу сделал. а не Игорь.
 
— Может быть, — взглянул я на неё, вытирая руки, — только меня зовут не Максик. а Максим, на крайняк — Макс.
Услышав это девушка засмеялась.
— А ты ничего, мне нравятся мужчины которые умеют себя поставить. Ты как насчет гонок? — спросила она.
— За руль держаться умею…
— Понятно, не хочешь хвастаться, значит. Ну-ну. Знаешь что, если у тебя есть этот самый руль, за который ты умеешь держаться, и если у тебя хватит духу, то приезжай к часу к Икее в Химках.
— Понятно, — сухо ответил я. — посмотрим.
В этот момент я закончил с запасным колесом и зафиксировал его в багажнике Мустанга.
Вика достала кошелёк, вынула оттуда пару тысячных купюр и подала их мне.
— Спасибо Максим, — сдачи не надо.
— Пожалуйста, — я взял деньги и засунул их в нагрудный карман комбинезона, — будем рады видеть вас снова.
Девушка фыркнула в ответ на мои слова, села в машину и уехала.
А я остался. Закрыл автосервис и пошёл домой, уже почти девять, так что давно пора.
* * *
На часах без четверти одиннадцать. Верка как всегда закрылась в комнате и утащила туда телефон, болтает с какой-то подружкой.
Меня сестра а недавних пор откровенно сторонится, и это хорошо. В первую очередь для неё. Мне её неформальные хахали уже в печенках сидят, а снова расчехлять биту не очень-то и хотелось.
Мама в зале смотрит свой любимый сериал про ментов. Кажется, «Улицы разбитых фонарей». Я иногда сажусь смотреть вместе с ней, но сегодня что-то не хочется.
Я откровенно маюсь в своей комнате с дешёвым линолеумом в качестве напольного покрытия, старым рассохшимся окном и тусклой от старости люстрой. Бедно живёт моя семья, если не сказать больше.
Вот на улице взревел какой-то мощный двигатель, и меня как будто пружиной подкинуло.
Быстро одеваюсь, беру ключи от автосервиса и выхожу в коридор.
Где сталкиваюсь с мамой.
— Максим, ты куда на ночь глядя, — настороженно спрашивает она.
— На работу мам, забыл кое-что сделать.
— Это надолго? Тебе и завтра же рано вставать.
— Я не знаю. Как получится. Там уже с утра машину забирают, а она не готова.
— Ну так завтра и доделаешь. Максим, я не понимаю. Ты и так очень много времени проводишь в этом своем автосервисе. Теперь ты еще и ночью будешь работать? Нет, до завтра подождёт!
— Мне заранее заплатили, и машина должна быть готова к открытию, — спокойно объясняю я и показываю матери деньги, которые мне заплатила Вика.
Две тысячи — достаточно убедительный аргумент и мама уступает.
— Я просто очень о тебе беспокоюсь сынок, — говорит она как-то жалостливо. Ты в последнее время сам не свой.
— Да всё хорошо, мам. Я как закончу — сразу домой. А завтра может быть выходной возьму, — говорю я маме и выхожу сначала из квартиры, а потом и из подъезда.
Автобусы уже не ходят, так что для скорости я ловлю такси, и через десять минут выхожу из машины рядом с автосервисом.
Захожу внутрь, завожу машину Андрея, и несколько минут просто сижу в ней слушая шум мотора.
Гольф практически готов. Нам осталось только поработать над салоном, приборку мы уже поменяли, а вот руль, обшивку, акустику — последними. Вообще, получилось очень удачно для меня. Еще утром и задний диван и водительское с пассажирским креслом лежали в углу автосервиса. Водительское кресло мы поставили буквально перед самым приездом Вики.
Звук работающих под капотом гольфа шести цилиндров настроили меня на нужный лад и здорово прочистили мозги. Я автогонщик! Это не просто моя работа, это моя жизнь. И пора становиться собой.
Правда был один маленький бюрократический нюанс. Прав-то у меня нет. Если остановят то мало мне не покажется. Тем более, что и машина не моя.
Что ж, придётся в этот раз наступить на горло собственной песне и нарушить закон. Этого, конечно, делать нельзя. И если очень хочется, то нельзя, но сейчас мне это необходимо.