Люблю тебя, мой великан (СИ)

Ничего.
Я подожду.
Глава 6
«Крис старший»
Все нормальные люди глядя на дом видят дом. Обсуждают его фасад, цвета и конструкцию
крыши. А я обречён отыскивать забавные лица во всём вокруг, вдыхая своим воображением в них
жизнь. Вот и сейчас, в окне мне хмурится соседский дом, нестандартными чердачными
окошками. На карнизах тех самых окошек выстроился целый проспект с высокими шпилями и
забавными крышами. Но все вокруг скажут, что это всего лишь снег. Наверное, поэтому я и
выбрал это дело: иллюстрация детских книг. Всегда смотрел на мир с другого ракурса. Последнее
время эти лица становились всё грустней. А моя хандра грозила перерасти в блюз. *
Это был обычный пятничный семейный ужин в доме Ричи. Всё было как всегда: обсуждение
прошедшей недели, и планов на следующую. Шёл третий месяц нашей новой жизни.
- Мам, передай соль, пожалуйста.
Не глядя протянул руку, и мои пальцы прикоснулись к ладони, державшей солонку, она была
ледяной. Я вздрогнул, и поднял взгляд. Это была рука Кристофера. Он смотрел на меня как-то
испуганно. Первая мысль пронеслась по инерции: «Ну что этот мальчишка лезет? Ведь просил же, без надобности не контачить со мной». Отдав, мне соль, он прокашлялся, и как-то нелепо
попытался отвернуться. Мне показалось, или его щёки слегка зарделись? Я даже не заметил, как
стал улыбаться. Заметив это, он засмущался ещё больше, и уже не знал куда себя деть. А он
забавный. Или мне кажется, или он меня уже не так сильно раздражает… а может и вовсе не
раздражает?
Парень очень даже мил, когда смущается. Вынужден признать, что он красавчик. Если отбросить
моё предвзятое к нему отношение, то его черты лица довольно гармоничны. Японский разрез
глаз, доставшийся ему от матери, придавал лицу какой-то утончённости и загадки. Его кожа была
нежной, как у ребёнка. Несмотря на то, что он так велик ростом, по сути совсем ещё ребёнок.
Только вот глаза выдавали зрелость. Они были тёмными и глубокими, а в глубине таилась печаль.
Раньше они всегда прятались под чёлкой, да и у меня не было желания в них вглядываться. Его
волосы заметно отрасли, и чёлка сравнялась с ними по длине. Теперь они подчёркивали
идеальный овал лица, и его длинную шею. И чего это я рассматриваю его шею? Когда я стал таким
ценителем мужской красоты?
- Крис! – мама окликнула меня, – О чём задумался? Ты вроде собирался что-то посолить?
Я очнулся от наваждения. И правда, солонка всё ещё была у меня в руке.
- Да так, – как можно спокойней, ответил я, – пришло в голову интересное сочетание узоров, для
шарфа.
- А ну-ка расскажи, – заинтересовалась она.
Я что-то сочинял на ходу, аж самому стало интересно, что из этого выйдет. Делал вид, будто не
обращаю внимание на брата, и заметил, что он заинтересованно нас слушает. Стоило мне
повернуться в сторону младшего и поймать любопытный взгляд, как его щёки снова заливались
румянцем. Нужно признать, я тоже был немного не в адеквате. В слух нёс какую-то чушь, а внутри
размышлял: почему у Кристофера такие холодные руки? Мне понравилось смущать малыша, но и
сам я, похоже, терял остатки разума. Эй! Это, это я его только, что назвал малышом? Как-то
слишком быстро трещит лёд.
Ретировался в туалет. Умылся прохладной водой. Посмотрел на себя в зеркало, и скорчил рожу, которой обычно встречал братишку. Боже! Я думал это выглядит более достойно. Стало смешно.
Интересно, что он обо мне думает? Наверное, я выгляжу идиотом в его глазах. Пора заканчивать
комедию. Почему я на него злился? Чувствую, что уже и сам этого не желаю. Как показало время, Кристофер тихий и замкнутый. Не очень, то он похож на избалованного любовью родителей
эгоиста. Зачем я на него повесил все грехи отца? Я даже не знаю какие у них были с ним
отношения. Нужно было поддержать мальчишку, а я вёл себя как кретин. Ну, что мне детские
обиды? Я взрослый мужчина, и точно знаю, что не идиот) Всегда считал себя отзывчивым
человеком. Моё нынешнее поведение роняет меня даже в собственных глазах. Не о таком
старшем брате мечтал Кристофер, явно. А эта беда с нашими именами, он то точно ни причём.
Кристофер может, тоже, чувствует себя преданным? Тем более, его-то так назвали вторым.
Нужно узнать парня поближе.
Стук в дверь прервал мои мысли.
- Крис, ты в порядке? – снова волновалась мама. Видимо, я снова завис.
- Да!
Нужно вести себя, как всегда, а то я что-то привлекаю к себе много внимания. Кристофер с меня
весь вечер глаз не сводит. Интересно, что творится в его голове?
Вечер продолжился за чаем. Мы ели шоколадный торт. Было заметно, как братец кайфует от
сладкого. Когда он жевал очередной кусочек, то мило прищуривал глаза от удовольствия. Я еле
сдерживался, чтоб не расплыться в улыбке. И как я раньше не замечал эти его милые ужимки?
Кажется, слово «милый» я сегодня повторил нереальное количество раз.
В тот вечер я долго не мог уснуть. Всё вспоминал отца, но в памяти сохранилось так мало. Картины
детства медленно проходили одна за одной. Хотелось бы знать, каким отцом он был для
Кристофера.
Я вспомнил как хорошо было прижиматься бочком к маме, когда она вязала в кресле, и
наблюдать за движением петель. Я пытался их сосчитать, но у меня никогда это не выходило. Они
волшебным образом укладывались в узоры. Помню, что пряжа была мягкой, тёплой и уютной. Как
прижимал к щекам связанное полотно, и зарывался в него носом. Наверное, в подсознании, вязание ассоциировалось у меня с домашним семейным теплом. Ещё ребёнком, я просил маму
научить меня. Это увлечение всегда расслабляло, и давало чувство наполненности. Так оно и
осталось со мной по жизни. Моё необычное увлечение не способствовало поиску друзей. Да и рос
я болезненным ребёнком, потому много времени проводил дома один. Вскоре меня привлекла
живопись. Я рисовал те места, в которых хотел побывать. Где, по моему мнению, любой
обязательно был бы счастлив.
Друзья стали появляться у меня только в университете. Но как-то немного времени я проводил с
ними. Даже когда я в доме один, мне совершенно не скучно. Теперь нас в доме двое, но я этого
совсем не ощущал. Напугал парнишку, он и правда, старался не попадаться мне на глаза. Я
конечно, сволочь та ещё. Сам редко ужинаю дома, и его оставил без заботы. Я заметил, что он
совсем не пользуется кухней. Наверняка, ему тут одиноко, он же скучает по своему родному дому.
Тут для него всё чужое, и благодаря мне холодное. Не хотел бы я оказаться на его месте. Надо бы
это исправить.
*Типа у нас «тоска зелёная». У американцев тоска голубая (blue). Отсюда и целое направление в
музыке – блюз (blue).
Глава 7
«Крис старший»
У меня всегда так: сегодня с кем-то хорошо провожу время, кажется, что интерес не иссякнет, что
у нас много общего, и завтра будет также приятно. Но утром, когда впечатления развеиваются, и
наедине с собой возвращаюсь в реальность, видеть уже не хочется никого. Всё это не то, чего
желало бы моё сердце. И приходит осознание, что вчера я не совсем был собой, подбирал слова.
Так я и стал проверять людей. Если, просыпаясь утром я не хочу видеть того, с кем был вчера, наше общение сходит на «нет». Но это утро было другим. Я был вдохновлён, и взволнован.
Как и собирался, сегодня, а к слову сказать, это был выходной, я встал рано. Приготовил завтрак
на двоих. Нужно было придумать, как предложить его братишке. Мы же вроде не разговариваем.