Любовь Черного (СИ)

Настоящий конвой. И это – хорошо? Очень сомневаюсь.
Но спрашивать бесполезно.
– Моя подруга осталась в клубе.
Не знаю, что нашло на Настю, как она могла настолько быстро и резко измениться. Не узнаю ее. Кажется, она и правда не понимает по какому тонкому льду ходит.
– За ней присмотрят, – говорит Мирон, глядя перед собой.
Он полностью сосредоточен на дороге, а я поворачиваюсь и вижу, что картина не поменялась. Охраны стало больше. Мы же никогда так не ездили. Или раньше я не замечала?
– Меры безопасности пришлось усилить, – вдруг заявляет Мирон. – Но это наш новый стандарт. Бизнес выходит на другой уровень, значит, нам требуется дополнительная охрана.
– А какой у вас бизнес?
– Легальный.
– Клубы?
Тут мне в первую очередь приходят на ум слова Насти про “закрытые клубы”, куда пускают только по пропускам. Может, там и проходят “закрытые совещания”?
В груди неприятно царапает.
– Нет повода волноваться, – говорит Мирон, оставляя мой вопрос без ответа.
Остаток пути проходит в тишине. Мужчина провожает меня до самой двери квартиры, только потом удаляется.
Принимаю обезболивающее, потому что затылок наливается свинцовой тяжестью. После снимаю макияж и принимаю душ. Постоянно проверяю телефон.
Руслан так и не появляется в сети.
Ладно. Если бы что-то произошло, Мирон бы не стал молчать.
Присаживаюсь на диван, растираю ноющие виски дрожащими пальцами. Стараюсь переключить мысли на другую тему. Хоть как-то отвлечься.
О каких ключах говорил Макар? Это вообще было в прямом или в переносном смысле? Пароль. Встреча в полночь.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Прокручиваю его слова в голове раз за разом.
Спать не хочется, но в какой-то момент я все же отключаюсь от усталости. Веки тяжелеют, а мысли спутываются. Прикрываю глаза и проваливаюсь в темноту, стискивая в ладони мобильный телефон.
Только сон у меня чуткий. Просыпаюсь, когда из коридора доносится звук открываемого замка.
Руслан!
Узнаю шаги. Дыхание. Его ни с кем не спутаю. Кажется, все пространство вокруг меняется, когда он рядом.
Вскакиваю с дивана, одергиваю задравшуюся футболку. На автомате привожу в порядок спутанный пучок волос. Застываю в коридоре.
– Ты чего не спишь? – хрипло бросает Руслан, отбрасывая куртку в сторону.
– А ты как думаешь? – выпаливаю и замолкаю, увидев его ладони.
Костяшки сбиты. Полы пиджака распахиваются, когда он сдергивает галстук, и я замечаю темно-багровые пятна на белой рубашке.
– Тая, – он ловит мой взгляд. – Это не моя кровь.
– Твои совещания всегда так проходят? – сглатываю.
От него несет сигаретами и алкоголем. Хотя пьяным он не выглядит. Скорее очень уставшим.
– Встреча старых приятелей, – говорит Черный.
– Интересные у вас встречи, – поджимаю губы.
– Нужно было многое прояснить.
Он проходит в душ, захлопывает дверь. А я обнимаю себя руками и отхожу в сторону. Мы люди из разных миров. Руслан привык решать проблемы насилием. Его мало волнуют другие методы.
 
Хотя в его реальности иначе нельзя. Он бандит. Чего я ждала?
Слышится звук льющейся воды. Усаживаюсь на диван, подтягиваю колени к груди. Стараюсь унять нервную дрожь.
Проходит пара минут, и Руслан выходит в одном лишь полотенце, крепко повязанном вокруг бедер. Даже в полумраке комнаты различаю кровоподтеки проступающие на широкой груди, на рельефном животе. Следы ударов.
– Я встретилась с твоим братом, – говорю тихо.
– Знаю, – криво усмехается. – Мелкий уебок никак не угомонится.
Странно, однако рассерженным Руслан не выглядит. Когда он резко оборвал телефонный разговор, казался гораздо злее.
А теперь… похоже, есть более серьезные вопросы.
– Брат просил тебе кое-что передать.
Руслан молчит, и я повторяю все фразы Макара. На словах про пароль в черных глазах загорается что-то жуткое, темное, абсолютно непривычное. Но потом все эмоции гаснут.
Черный берет себя под контроль.
– Тая, – тяжело выдыхает он и склоняется, утыкается лбом в мой лоб, накрывает ладонью затылок. – Давай пару часов подремаем.
– Давай.
Руслан подхватывает меня на руки так ловко и резко, что я вскрикиваю от неожиданности. Зарывается в мои волосы, жадно втягивая запах.
За окном светает.
– Нам скоро на футбол, – роняю глухо.
– Да на хуй этот футбол, – отрезает Руслан, и от того, как он трется щекой о мою шею, по всему телу проходит волна горячей дрожи. – С тобой быть хочу.
  
30
 
Руслан укладывает меня на кровать, сам растягивается рядом, прижимается вплотную, сгребает в жаркие объятья. Он дышит тяжело и шумно, утыкается лицом в спутанные пряди моих волос. Его губы прижимаются к моей шее, пальцы медленно скользят по груди.
Чувствую, что он уставший. Весь на взводе. Нервы точно оголенные провода. Только тронь – закоротят. Но сейчас, рядом со мной, он как будто расслабляется, отдыхает. Его дыхание выравнивается. Движения становятся более ленивыми, неторопливыми. Наконец, массивная ладонь попросту застывает на моем животе. Горячий рот так и прижат к плечу.
Мы отключаемся практически одновременно.
Тревога внутри меня затихает. Плохое предчувствие не исчезает до конца, скорее притупляется. Сама не замечаю, как веки становятся свинцовыми, а сознание погружается в сон.
Его сильные руки на моем теле. Тесная близость. Кожа к коже. Потому что Руслан не успокаивается, пока не стягивает с меня абсолютно всю одежду. А крепкий захват он сохраняет даже во сне. И это ощущается правильно. Будто именно так и должно быть. Его терпкий запах пропитывает каждую мою клетку. Мята, соль, и что-то мускусное, особенное, неповторимое, только его.
Просыпаюсь, когда солнце ярко светит в лицо. Прищурившись, бросаю взгляд на часы. Еще рано. Восемь утра. Нужно задернуть шторы, пока Руслан не проснулся.
Пытаюсь осторожно убрать его руку со своей талии. Получается не сразу. Чудом умудряюсь выскользнуть.