Суженый, или Брак по расчёту (СИ)

Она подошла к Дэниэлю и нежно чмокнула в щёку.
– Привет, дорогой.
Надо отдать должное его выдержке. Он тоже в ответ улыбнулся и даже одобряюще положил руку на её обнажённое плечо:
– Привет.
– Мне тот сантехник, что нам на прошлой неделе краны менял, сразу не понравился, – покачала головой Ксения. – Дилетант.
– А уж мне-то как не понравился, – Дэниэль поглядел мрачно. – Ух,  попадись он мне.
Это он сейчас кого имел в виду?
– Может, мы не вовремя? – обрёл, наконец, дар речи Реймонд.
– Ну, что вы, – одарила его улыбкой Ксения. – Мы всегда рады гостям. Правда, Дэни?
– Конечно, – рука Дэниэля переместилась на талию, и большой палец принялся играть шлёвкой на шортах.
– А насчёт воды не беспокойтесь, – продолжила Ксюша. – Руки можно помыть и на втором этаже, в нашей с Дэни ванной комнате. Там вода не перекрыта. Идёмте, провожу.
Ксения направилась к лестнице, и гостям ничего не оставалось, как двинуться следом. В ванную комнату, которую имела в виду Ксения, войти можно было только через спальную Дэниэля. Над спальней Ксения с Тамарой тоже поработали по принципу просочиться в любую щель и заполнить весь предоставленный объём. Всё серое и безликое – в топку (вернее, на антресоль). Только нежные персиковые тона. На полочки – флакончики и баночки с косметическими средствами, на кровать – несколько женских журналов и большого плюшевого мишку.
Ксюше показалось, у Дэниэля даже зубы заскрипели, когда он увидел всю эту «красоту», вместо привычного строгого аскетичного мужского логова. Но главное, Лайза тоже сканировала помещение и подмечала детали. Губы её всё больше и больше поджимались, превращаясь в узкую полоску.
Ксения открыла дверь ванной:
– Прошу.
Санузел Дэниэля кроме женских шампуней и гелей украшала ещё одна деталька. На полотенцесушителе «сушились» те самые шёлковые кружевные изделия, которые Ксюша увидела на манекенах в самом начале шопинга.
Гости по очереди вымыли руки. Реймонд всеми силами старался не смотреть в сторону полотенцесушителя, а Лайза косилась как-то уж очень несимметрично. Ксения побоялась даже, что это у неё судорога лицевых мышц случилась. Когда все пары рук были продезинфицированы, Ксюша попросила гостей спускаться в столовую.
– Ужин уже накрыт. Я буду через несколько минут. Мне нужно переодеться. А то, сами видите, из-за форс-мажорных обстоятельств не успела.
Гости вышли, но Дэниэль не спешил последовать их примеру. Всё это время он так и продолжал держать Ксению за талию. Но как только они остались вдвоём, развернул к себе лицом и прожёг этим своим пылающим серо-голубо-карим взглядом:
– Что за цирк вы тут устроили?!
Ксения и не подумала трепетать от страха под огнём разноцветных глаз. А чего бояться? В прошлый раз у неё всего-то ведро в руках было, а теперь, вон, целый разводной ключ.
– Вы же режиссёр. Вам ли не знать, что в спектакле важна не только игра актёров, но и декорации?
– Декорации, – сердито выдохнул он. Пламя в глазах начало подрагивать, рассыпаясь ироничными искрами. – Ох уж, мне эти ваши декорации. Особенно вон те, – он кивнул в сторону санузла, – кружевные.
  
Глава 31. Прослушивание
 
Глава 31. Прослушивание 
– Теперь мне надо подготовиться ко второму акту спектакля, – Ксения попыталась выпроводить Дэниэля из комнаты. – Переодеться к ужину.
Тот послушался, но в дверном проёме притормозил.
– Ваш новый наряд будет такой же эээ… впечатляющий, как этот? – полюбопытствовал с усмешкой, задержав взгляд на шортиках.
– Нет. Новый наряд будет обычным вечерним платьем, – успокоила Ксения, захлопнув перед носом Дэниэля дверь.
На самом деле, конечно, не обычным, а дорогущим и роскошным. Тамара не особенно вглядывалась в ценники, когда подбирала подопечной наряд. Действовала под лозунгом: пусть Лайза видит, что Дэниэлю для своей девушки ничего не жалко, и лопнет от зависти.
 
Ксения достала из шкафа обновку – насыщенно синее платье в пол. Строгое – без рюшей, камней и блёсток. Единственная его фривольная деталь – глубокий V-образный вырез на спине. Она влюбилась в это изящное совершенство сразу, ещё в примерочной, как только облачилась. Даже в зеркало не успела глянуть, а уже почувствовала: это платье – её. Покорил материал, из которого оно было пошито. Довольно тяжёлый, благородный, с лёгким блеском и переливом. Безумно приятный на ощупь – гладкий, прохладный, шелковистый.
К платью были подобраны туфли – классика на достаточно высоком каблуке, без всяких пряжечек и бантиков – они бы были лишними.
Естественно, конский хвостик ко всей этой красоте не подходил. Нужно было собрать волосы в высокую причёску. Что Ксения и попыталась сделать. Справиться с локонами без посторонней помощи в условиях цейтнота было не так и просто. Они упрямо рассыпались, а перебарщивать с фиксирующим спреем не хотелось. В итоге пара прядок так и остались свободными. Но смотрелась композиция – как будто так и надо. Поэтому Ксюша махнула на них рукой.
Убедившись, что из зеркала на неё смотрит никакая не рядовой экономист, а вполне себе светская львица – девушка крутого режиссёра, Ксения вышла из спальной. Она спускалась по лестнице величественно и неспешно, чуть приподняв подбородок и растянув губы в лучезарную улыбку, как спускаются в голливудских фильмах шикарные дамы, чтобы вызвать у гостей фурор.
Однако на полдороге поняла, что зря старается – гостей за столом не было. Только Дэниэль наблюдал её помпезное схождение с Олимпа.
– Я не поняла, а где все? – Ксения подхватила подол платья и остаток пути проделала обычным шагом.
– Гости нас уже покинули, – с утрированным насмешливым сожалением сообщил режиссёр. – У Лайзы совершенно неожиданно жутко разболелась голова.
Ксения видела, как веселит Дэниэля поспешное бегство гостей. Она, в общем-то, тоже не особенно расстроилась, что пара ретировалась. Жаль только было, что зря так тщательно работала над своим образом безупречной леди.
– Ладно, пойду тогда переоденусь.
– Не стоит, – Дэниэль поднялся и галантно отодвинул Ксении стул, приглашая присесть. – Что же нам из-за них ужин отменять? Уверен, вы смертельно голодны. Сантехнические работы отнимают много энергии.
Что правда, то правда – Ксения ощущала зверский аппетит. Ещё бы. С тех пор, как они с Тамарой пообедали в кафешке торгового центра, прошло уже достаточно много времени. И всё это время Ксюша носилась сначала по этажам центра, потом по этажам особняка режиссёра. Поэтому она не долго думала, принимать ли приглашение Дэниэля, и опустилась на предложенный стул.
Режиссёр и дальше продолжил проявлять галантность. Наполнил тарелку Ксении аппетитным содержимым и налил в бокал терпкого напитка. Румяное филе красной рыбы с дольками лимона и зеленью, и красный рис, расположившийся на блюде красивой симметричной миниатюрной горкой, вызывали эстетическое удовольствие, но долго созерцать гастрономическую красоту Ксюша была не в силах и пустила в ход нож и вилку.
Дэниэль не столько ел, сколько смотрел на Ксению, и это её немного смущало. Разгадать, оттенки его эмоций не удавалось. Если не знать, что их отношения – это спектакль, можно было бы заподозрить, что он любуется.
– Вы хорошо поработали над образом, – прозвучало как комплимент.
– Над которым? – Ксюша решила завуалировать смущение иронией. – Над тем, что с разводным ключом?
– Над обоими. Синий вам идёт. Впрочем, и в шортиках вы тоже были бесподобны.
Почему произнесённые вроде бы и не совсем серьёзным тоном слова так приятны? Ещё парочка комплиментов, и Ксения зальётся краской. Она отчаянно сосредоточилась на еде. К счастью, комплименты на этом закончились.
– Но во что вы превратили мой дом? – Дэниэль, наконец, отвёл взгляд от Ксении, чтобы обвести им пространство вокруг. – И этот розовый ужас мне придётся терпеть ещё несколько дней.