Суженый, или Брак по расчёту (СИ)

– Камиль, подожди, – помахала она. – Я вспомнила, что знаю эту сказку.
Актёр просиял как омытый дождём летний полдень. Женя начала выбираться из-за стола, и Ксения двинулась за ней.
– Ксюш, всё нормально, – шепнула сестра. – Оставайся со всеми. Одна справлюсь. Ты не думай, это я не ради Камиля. Я всё про него поняла. Это я ради малышей.
Но Ксении, несмотря на заверения Женьки, не хотелось оставлять её один на один с Камилем, и один на один с проблемой. А проблема, кстати, вырисовывалась очевидная.
– Ты же не знаешь сказку.
– Что-нибудь придумаю. Что я зря учительница по литературе? Сколько мы в институте этих сказок проходили. О-го-го!
– То были земные сказки.
– Все сказки похожи, в каком бы мире не были придуманы. Добро побеждает зло – вот и всё.
– Ну, это слишком уж обобщённо. Ты хотя бы поняла, кто такая эта Кристель? Девочка, мальчик, фея, принцесса, богатырь, а может, лошадь?
– По ходу разберёмся.
Девушки поравнялись с Камилем.
– Действительно знаешь? – с лёгким удивлением переспросил он.
Оно, конечно, и в правду, подозрительно: местные не знают, а гостья с Земли – пожалуйста.
– Знаю, – тем не менее, убедительно заверила Женька.
А что ей было говорить? Не признаваться же в том, что ни о какой Кристель и слыхом не слыхивала, а ринулась на помощь только потому, что хоть Камиль и ловелас, всё равно продолжает ей нравиться. Ну, по крайней мере, у Ксении были такие подозрения, но сама Женька, скорее всего, вряд ли осознавала.
– По правде, я даже не удивлён, – актёр включил обаяние. – Уж если кто и мог знать такую редкую сказку, то только такая необыкновенная девушка.
Комплимент достиг цели. Щёки Женьки порозовели. Однако надо отдать ей должное. Блеск в глазах она сдержать смогла. После того, как ей открылась вся правда о Камиле, она, удостаивала его только отстранёнными холодными взглядами. А сейчас и вовсе смотрела с осуждением. Как на вечного троечника Васечкина, когда тот делал вид, что тетрадь с домашним заданием дома забыл.
– Так кто такая Кристель? – актёр, в отличие от Васечкина, так просто взгляду не поддался. Но всё же выражение его лица говорило о том, что он, как прилежный ученик, приготовился внимательно слушать.
И как интересно Женька выкрутится?
– Я сама расскажу сказку малышам. А то там такой сложный запутанный сюжет, в двух словах и не объяснишь.
Камиль естественно совершенно не возражал против того, что функцию рассказчика возьмёт на себя Женя, и повёл добровольную помощницу и её сестру в дом.
Где расположена детская комната, догадаться было не сложно – одна из дверей была разрисована слониками и медвежатами. Оттуда раздавался визг и смех. Ксения ожидала, что увидит комнату перевёрнутой вверх дном: раскиданные игрушки, разрисованные обои, разлитые краски, прилипший к ковру пластилин. Ведь так обычно изображают в фильмах и книгах место сражений парочки озорников и оставленного с ними в качестве няни мужчины. Но ничего подобного. Во владениях Тоби и Лори царил относительный порядок. Они уже даже были переодеты в милые плюшевые пижамки и находились в кроватках. Ну, как находились? Прыгали и хохотали.
Заметив, что к ним в комнату зашла целая делегация, малыши присмирели.
– Я привёл вам того, кто знает сказку про Кристель, – важно заявил Камиль. – Но расскажет она вам её, только если будете лежать тихонько.
– Знает про Кристель? – в голосе Тоби послышалось уважение.
Чувствовалось, что в системе ценностей мальчугана это означало невероятную крутизну. Малыши послушно приняли горизонтальное положение.
Ксения протянула Камилю наноушники. Она постоянно носила с собой выданные Тамарой несколько запасных комплектов, чтобы в случае необходимости избегать языкового барьера. Когда чудо-девайсы были пристроены в детские ушки, Женя взяла стульчик, поставила его между двух кроваток и присела. Ксения и Камиль заняли кресла в дальнем углу комнаты, чтобы не мешать.
– Давным-давно, – начала Женька таинственным голосом доброй сказочницы, – жила-была маленькая девочка. Носила красивую красную шапочку. И звали её Кристель.
 
– Это не та сказка, – разочаровано вздохнул Тоби. – Это про девоську.
Эх, не угадала Женька. Спалилась в самом начале. Но зря Ксения переживала – после секундной паузы, сестра нашла, как выкрутиться.
– Нет, – успокоила она. – Сказка не про девочку. Вы слушайте дальше. Так вот жила-была девочка, а по соседству с ней мальчик, которого звали Кристель.
– А разве могут девочку и мальчика звать одинаково? – удивилась Лори, тоже почувствовавшая подвох.
– Конечно, могут. Вот меня, например, зовут Женя. И у меня есть друг – тоже Женя. Хотя он дяденька.
Слова прозвучали убедительно. Тем более были чистой правдой. И малыши успокоились.
– Так вот, – продолжила Женька, – был этот мальчик очень-очень маленьким. Его даже называли мальчик-с-пальчик.
– Мальсик-с-пальсик? – Тоби удивлённо покрутил перед глазами ладошку, разглядывая свои пальчики.
Стало понятно, что Женька опять промазала.
– Таким маленьким он был только в раннем детстве, – быстро выправила ситуацию сестра. – А потом стал хорошо кушать. И вырос большой-большой.
– И красивый, – добавила Лори.
– И вот однажды взял он сети и пошёл к синему морю, – вдохновенно продолжила Женька. – Закинул их раз, закинул два – ничего, а на третий раз – попалась в его сети золотая рыбка.
– Рыбка? – снова удивился Тоби. – Он зе в лесу зыл.
– Это он потом в лесу жил, – не собиралась сдаваться Женька. – А сначала у моря. Вот поймал он золотую рыбку. А та и говорит человеческим голосом: выполню любое твоё желание, только отпусти назад в море. Он и попросил: хочу, говорит, жить в лесу, а то морской влажный воздух вреден при радикулите.
Вот Женька даёт! Ксения посмотрела на Камиля. Тот слушал сказку с не меньшим интересом, чем малышня. На губах играла едва заметная улыбка. Конечно, догадался уже давно, что Женя о Кристеле услышала сегодня первый раз. Но чувствовалось, был очарован её вдохновенной импровизацией. Тот-то же. Земные учителя литературы ещё и не такое умеют! Это тебе не какая-нибудь там Джиозетта.
– Рыбка выполнила желание Кристеля. И стал он жить в лесу. Хорошо жил, но скучно ему сделалось со временем. Интернета-то там не было. Вот сел он тогда на коня и поскакал. Скакал, скакал, долго скакал, и вдруг видит большой камень. А на камне надпись. Прямо пойдёшь – коня потеряешь, направо пойдёшь – жизнь потеряешь, налево пойдёшь… – Женька сделала паузу. Забыла что ли? – …козлёночком станешь.
Про «налево» и «козлёночком» – интересное прочтение.
– И куда он пошёл? – затаив дыхание, спросила Лори.
Похоже, Женин вариант сказки заинтриговал её уже не меньше, чем оригинал. Но Тоби был верен прежней версии.
– Он зе долзен встретить по дороге друзей: осла, петуха, пса и кота. Посему на камне про это не написано?
Осёл, петух, пёс и кот? Да это же аналог земных «Бременских музыкантов»! Выходит, Кристель – это трубадур. Ну, точно! Разве удивительно, что Лоренца любит рассказывать малышам сказку про артистов, если её брат – артист? Интересно, Женька догадалась?
– Про кота, пса, петуха и осла на камне было написано, – заверила сестра малыша. – Только с обратной стороны. Там целая карта была выгравирована, как до них добраться.
Дальше история пошла как по маслу. Конечно, Женька догадалась, из какой земной сказки брать аналогии. Как только повествование вошло в привычное русло, Тоби быстро успокоился. Стал поглядывать на Женю с уважением и даже восторгом, а потом глазки его сами собой закрылись. Лори продержалась до самого конца. До того момента, как прекрасный трубадур встретил прекрасную принцессу, и они сильно-сильно полюбили друг друга.
Когда Камиль подошёл к кроватке, Лори ещё не спала, хотя её глазки уже тоже слипались. Он подтянул одеялко, укрывая малышку и лежащую рядом с ней куклу с рыжими волосами.
– Не хочу Иветту, – прошептала Лори. – Назову её Женя. Дядя Камиль, тебе нравится Женя?