Сломленная Бэлла (ЛП)

Большие города, где я никого не знаю. Но есть рейс до Бостона, который отправляется через сорок пять минут. Я всегда хотела увидеть Новую Англию. Можно было бы взять напрокат машину, попутешествовать по побережью, может быть, поселиться где-нибудь в Нью-Гэмпшире или Мэне, рисовать на берегу океана и стараться не думать о нём.…
— Бэлла.
Голос Брэкса за моей спиной пугает ещё больше. чем концовка «Реинкарнации», (фильм ужасов 2018) и этот фильм напугал меня так сильно, что я не спала почти два дня. Моё лицо мгновенно вспыхивает, в то время как всё остальное тело холодеет от выброса адреналина, который мгновенно пронизывает меня.
Он следует за мной. Не знаю как, но он это делает.
Моё первое побуждение — побег, но это глупо. Куда бы я побежала? Я в аэропорту Майами без билета.
TSA схватит до того, как Брэкс доберётся до меня, и, вероятно, отведёт в какую-нибудь подсобку и допросит, не террористка ли я, или что-то в этом роде.
Или, что ещё хуже, вмешается полиция и начнёт допрашивать Брэкстона, почему он преследует меня. И это было бы катастрофой.
Мне следует повернуться к нему лицом, но я не могу. Всё, что могу — это стоять там пристыженной, униженной и слушать, как его шаги приближаются ко мне сзади.
— Знаешь, я и раньше слышал о сбежавших невестах, но никогда — о сбежавшей девушке. — Я чувствую тепло его тела, вдыхаю его запах и готовлюсь к его прикосновениям. Но этого не происходит. — Ты должна хотя бы позволить мне начать церемонию, прежде чем сбежишь, Бэлла.
Ты не знаешь, что делаешь, Брэкс. Просто уходи домой.
Я не могу встретиться с ним лицом. Но, как всегда, он, кажется, знает, что делать.
Я размышляю, а он кружит передо мной. Я отвожу глаза, но чувствую на себе его взгляд, словно пару прожекторов. Если бы я уже не была прикована к месту, то застыла бы сейчас.
Я дрожу, но каким-то образом умудряюсь говорить.
— Просто отпусти меня, Брэкс. Так будет лучше.
Меня переполняют эмоции. Я думала, что смирилась с отчаянием, вызванным расставанием с Брэксом, но теперь ощущаю приятное тепло, исходящее от него, когда он приходит ко мне. Передо мной всё расплывается, когда слёзы наполняют глаза. Я с трудом сглатываю и прикусываю внутреннюю сторону щеки, изо всех сил стараясь не расплакаться. Я должна как-то заглушить в себе это чувство. Ясно, что он не готов оставить всё как есть, так что мне придётся сделать это за нас обоих.
— Какой способ лучше? Когда у нас обоих разбиты сердца, и мы одиноки?
— Ты справишься с этим, — бормочу я. — Ты знаешь.
— О, и ты это знаешь, не так ли? Бэлла — ясновидящая? Ты знаешь, что я тебя забуду, да? Скажи мне, Бэлла. Откуда ты это знаешь?
— Потому что я этого не стою! — я кричу, когда внутри меня прорываются слёзы. Люди останавливаются вокруг нас, но мне всё равно. Я через час уже буду в самолете, вылетающим из Майами, и больше никогда никого из них не увижу.
Я сжимаю руки в кулаки и смотрю в пол, наблюдая, как мокрые пятна остаются на полу, а из глаз текут слёзы. Если бы только я никогда не встречалась с Джошем. Всего этого можно было бы избежать.
— Бэлла, ты стоишь этого… — начинает он, но боль от его слов пронзает мою грудь, и мне приходится прервать его.
— Прекрати! Так будет лучше, Брэкс. Я оказываю тебе услугу.
— Оказываешь услугу?
— Я избавляю тебя от необходимости расставаться со мной, когда ты осознаешь, что совершил ужасную ошибку, когда вообще встретил меня…
Брэкс вздыхает и отступает на шаг.
— Да. Ты права.
Мой желудок сжимается, как будто меня бьют. Я резко открываю глаза и смотрю на него.
Что?!
Он пожимает плечами.
— Да, ты права, Бэлла. Зачем притворяться? Давай просто закончим этот спектакль прямо сейчас. Это сэкономит нам обоим время. Ты права. Я просто пойду и найду себе другую девушку или девушек, с которыми буду проводить время.
И с этими словами он уходит.
А у меня сердце уходит в пятки.
Несмотря на то, как сильно это меня убивает, я принимаю это.
Так будет лучше.
Именно такой реакции я и ожидала от человека, который пробился на вершину преступного мира Майами. Я привожу убедительный аргумент, и он его принимает. Я лишь жалею, что не смогла сбежать, не столкнувшись с ним снова. Тогда, по крайней мере, я могла бы избавить себя от боли этого ужасного момента.
  
Вытирая слёзы, вдыхаю и делаю первый шаг вперёд.
Бостон — это…
Но, прежде чем успеваю опустить ногу, чья-то рука хватает меня за плечо, останавливает и разворачивает к себе.
— Ты действительно купилась на это? — спрашивает он меня, широко улыбаясь так, что я таю, как тёплое масло на солнце пустыни.
— Что? Я…
— Бэлла, у меня нет ни малейшего намерения бросать тебя или позволять тебе так поступить со мной.
— Брэкс…
— Позволь мне повторить это снова, чтобы ты смогла осознать это своей прелестной маленькой головкой, — говорит он, нежно постукивая меня по лбу. — Я люблю тебя. Я бросил свою преступную жизнь, чтобы быть с тобой, и только потому, что ты не считаешь это хорошей идеей, я не поменяю своего решения.
Несмотря на все мои протесты, его слова обрушиваются на меня, как груда золотых кирпичей. Этот человек вытерпел от меня столько дерьма, и ясно, что он не намерен останавливаться.
Возможно, я смогла бы сесть на самолет до Бостона и взять напрокат машину. Не сомневаюсь, он бы разыскал меня, сколько бы времени это ни заняло. Я могла бы сидеть на берегу моря где-нибудь в Нью-Йорке или Хэмпшире, и он бы подошёл ко мне сзади и забрал домой.
— В этом нет смысла, не так ли? — спрашиваю я его.
— В чём именно?
— В сопротивлении. — Я улыбаюсь, отчего по моим щекам снова текут слёзы.
Брэкс качает головой и делает шаг вперёд, обхватывает меня за талию своими сильными руками и притягивает к себе.
— Нет, Бэлла. Потому что ты моя. Точно такой, какой ты была с того момента, как я увидел тебя.
Эти золотые кирпичи на моей голове превращаются в золотую волну счастья, которая прокатывается по телу, заканчиваясь глупым хихиканьем, срывающимся с моих губ как раз перед тем, как он целует меня.
Где-то позади нас несколько человек начинают хлопать.
Кто-то подбадривает.
Обычно я бы рассмеялась, но всё же теряюсь в его поцелуях. Его прикосновениях. Его руки обнимают меня так нежно и надёжно, словно напоминают мне, где мое настоящее место. Как только я теряюсь в его объятиях, он вырывается и опускается на одно колено.
Достаёт из кармана кольцо.
— Я знаю, что уже спрашивал тебя однажды, Бэлла. Но, думаю, может, второй раз будет лучше?
— Да! — выпаливаю я. — Да, да, конечно!
Брэкс во второй раз надевает кольцо мне на палец, и я падаю в его объятия, а вокруг нас всё больше людей подбадривают нас, его губы нежно прижимаются к моей шее.
— А теперь пообещай мне одну вещь, — шепчет он.
— Всё, что угодно.
— Никогда больше не убегай от меня.
Я подавляю смешок и улыбаюсь.
— Никогда.
Эпилог
Брэкс
4 года спустя
Я никогда не представлял себе такого будущего. Оно превосходит всё, что я мог себе представить.
Я отдыхаю на задней террасе нашего летнего дома в Кеннебанкпорте, в штате Мэн, с виски в одной руке и недоеденным сэндвичем, наблюдая, как Бэлла работает над одной из своих самых больших работ. Я горжусь тем, что сыграл небольшую роль в начале её карьеры. Наблюдать за тем, как она становится художником, — одно из самых больших удовольствий в моей жизни.
Её первая выставка в галерее в Майами прошла гораздо лучше, чем мы с Эми ожидали, и она получила предложения на все свои работы. Бэлла была готова продать их все, но я заставил её оставить одну из них на память о первой выставке. Теперь она висит в нашей гостиной и, без сомнения, является моей самой ценной вещью.
Не считая Бэллы и моего сына Брайана, конечно.
Я пытался убедить Бэллу не идти по пути Кардашьян, чтобы имя каждого члена нашей семьи начиналось на одну и ту же букву, но она была твёрдо настроена на Брайана, и, в конце концов, я сдался. Мне всё равно нравится это имя, и она подарила мне сына, поэтому какой смысл спорить?