Смертник из рода Валевских. Книга 9 (СИ)

— Гении древних не пойдут на такой шаг. Их заботит только наука.
— Чем это не научный эксперимент? — произнёс я, транслировав слова Кималя Саренто, полученные через переговорное устройство. Мой осторожный ученик старательно обходил Дознавателя и Инквизитора стороной, не делая даже малейшей попытки с ними заговорить.
— Сейчас люди знают, что их добровольное пожертвование ни к чему не приведёт, но стоит на третьей орбите оставить только четыре силы, как появится искушение. Год, два, десять. Рано или поздно кому-то из них стукнет в голову провернуть такой фокус. Поэтому я ещё раз спрашиваю — почему вы хотите уничтожить наш мир?
— Гении древних на это не пойдут, — повторил Дознаватель, но даже мне было ясно, что былой уверенности в его голосе не наблюдалось.
— Ты выслушал слугу древних, получил его силу, но явился сюда. У тебя есть предложение. Говори, — Инквизитор не стал обозначать, что желает со мной говорить и ждать, пока я вытащу камни. Он начал вещать и последние его слова я слушал уже на полу, куда рухнул, не в силах противиться воле существа такого уровня. На самом деле я не слышал последних слов, так как был занят борьбой за жизнь, вопрос повторил Кималь Саренто, когда я вновь начал двигаться и влил в себя несколько «Лечений». Проклятье! Может, Юрий всё же прав? Эти двое делают ровно то, что пожелают. У них нет никаких ограничений, нет тормозов. Реши они уничтожить Кострищ, да что Кострищ — весь мир, остановить их не сможет никто и никогда.
— Нужно восстановить третью орбиту целиком, — прохрипел я, пытаясь подняться на ноги. Получалось плохо — слова Инквизитора словно выпили из меня всю душу. Шатаясь, я, тем не менее, занял вертикальное положение.
— Для этого нужно две силы. Хаос не желает видеть Карину Фарди в качестве одной из них. Она непредсказуема и безумна. Она превратится в ужас этого мира, если станет одной из сил, — провозгласил Дознаватель.
— Так уничтожьте её, — предложил я. Мутило сильно, но показывать слабость я права не имел.
— У нас нет такого права. Карина Фарди стала сосудом Скрона. Для того, чтобы её уничтожить, нам придётся привлечь дополнительные ресурсы, что недопустимо. Ты знаешь о том, чем занимается Хаос. Любое отвлечение ресурсов после того, как система начала дестабилизироваться, приведёт к катастрофе. Кроме этих двоих в мире нет кандидатов, чтобы занять третью орбиту. Твоё предложение не жизненно. Ты должен придерживаться полученных инструкций. Вначале Осквернённая кровь, затем уничтожение двух сил.
— Пора, — послышался голос Кималя Саренто. — Они готовы.
Мы долго обсуждали, каким образом можно выбраться из того положения, в которое меня загнали. Хаос превратит меня в своего раба, древние сведут с ума и меня прикончат. Идеальная перспектива. На всё про всё у меня осталось два месяца, так что в пору писать завещание. Однако Кималь Саренто предложил, казалось, безумную идею. Ломающую всё, что я уже успел узнать о нашем мире. И, тем не мнее, вполне реализуемую.
— Хорошо, только ответьте ещё на один вопрос. Что произойдёт с балансом, если новая сила появится не на третьей орбите, как вы планировали, а на второй? Это стабилизирует систему?
— На вторую орбиту может попасть только Фарди, но мы этого не допустим. Она уничтожит мир, если получит такую силу.
— Почему Первый не может туда попасть?
— Потому что основа его силы — механоиды, существа третьей орбиты. Он заберёт часть их способностей, превратившись в независимую силу, но этих способностей будет недостаточно, чтобы взойти на вторую орбиту.
— Этот момент пока отложим. Вы не ответили — если на второй орбите появится сила, что произойдёт с системой?
— Она полностью стабилизируется. Два-три-шесть — идеальное соотношение сил для формирования баланса. Но этого не бывать. Мы не пустим Карину Фарди на вторую орбиту.
— Значит, у Первого должен появиться новых хозяин, — продолжил я свою мысль. — Если механоиды недостаточно сильны, разве не хватит сил у Бездны и Фарафо? Они могут поделиться частю своих способностей с Первым, продолжая сражаться друг с другом. На их противостояние это никак не повлияет.
 
— Твоё предложение является безумием. Фарафо никогда не пойдёт на то, чтобы стать слабее. Он не станет слушать ни тебя, ни нас. С Бездной никто из нас не сможешь общаться — Скрон изгнал её в особую локацию и не желает делиться информацией, каким образом можно обойти его защиту.
— Вы поставили мне срок в три месяца на то, чтобы уничтожить две силы. Это как-то связано с тем, что у вас больше нет возможности сдерживать дестабилизированную систему? Или вы просто взяли срок с потолка и решили надавить на меня?
— Тебя не должно заботить, что нами двигало, — произнёс Инквизитор и я в очередной раз очнулся на полу. Из носа шла кровь и даже несколько «Лечений» не облегчило моего состояния. Сил на то, чтобы встать на ноги у меня не было. Тем не менее общаться с силами Хаоса лёжа я посчитал проявлением слабости и с кряхтением уселся, поджав ноги под себя.
— Это не ответ. Если этот срок завязан на вашу силу и возможности контроля — это одно. Если это просто срок из головы, не привязанный ни к какому событию, я прошу дать мне возможность пообщаться с силами второй орбиты. Я знаю, как можно поговорить с Бездной. Мне нужны гарантии неприкосновенности, когда я буду разговаривать с Фарафо. Плюс переводчик, если он не понимает человеческого языка. Если действовать так, как желаете вы — планета будет обречена. Рано или поздно одна из сил исчезнет и тогда мы все умрём. В плане, что предлагаю я, нет слабостей. Система стабилизируется и у вас появится возможность остановить Карину Фарди. Лишить её сил. Не дать стать одной из третьей орбиты. Вы же этого хотите?
Судя по тому, как Инквизитор переглянулся с Дознавателем, хотели они, скорее всего, не этого, но мои слова рухнули в благодатную почву.
— Докажи, что ты можешь общаться с Бездной и мы сможем обсудить предложение. Сейчас твои слова похожи на блеф. Бездна была изгнана много сотен лет назад.
— Это делается так, — я воплотил треугольник, полученный от белого серафима, но твари Хаоса, казалось, её не видели. Во всяком случае, внимания на неё не обратили, продолжая смотреть мне в глаза. Пришлось доставать десять сущностей и выкладывать их вокруг треугольника. Сущности существа нулевой орбиты видели прекрасно. Их взгляд сместился. Положив последнюю сущность в нужное место, я активировал печать и исчез из своего дворца. Последнее, что я заметил перед тем, как пространство обрело привычные формы дома белого серафима, было нахмурившиеся лица тварей Хаоса. Кажется, я только что отодвинул на неопределённый срок приказ о том, что мне нужно уничтожить водников и подземников.
— Приветствую, человек! — белый серафим обнаружился на привычном для себя месте. — Ты пришёл за ответами? Ты готов внести плату?
— Я пришёл с новостями. Ты же сидишь тут, ничего не знаешь. А за последние пятьдесят лет мир сильно изменился.
Чтобы изложить суть происходящего в мире, потребовалось много времени. Начал я с уничтожения иномирцев и каменоидов, перешёл к планам Хаоса по уничтожению водников и подземников, закончив приказом интерактивной нейронной сети, жаждущей стереть с лица планеты всё живое. Белый серафим слушал внимательно, периодически задавая уточняющие вопросы. Наконец, я подошёл к главной теме своего появления в этой локации — идеи о создании в мире ещё одной силы второго порядка.
— Твой рассказ увлекателен, но я не понимаю, каким образом это касается меня? — спросил белый серафим. — Почему я должен отказываться от части своей силы? Только не нужно говорить про то, что это поможет сохранить баланс. Ты можешь уничтожить ещё две силы и баланс будет восстановлен. Да, не такой прочный, как раньше, но на ближайшие несколько тысяч лет его хватит. А потом оружие древних выдохнется. У него тоже есть ограниченный срок службы. Хаос это знает. Я это знаю. Теперь и ты это знаешь. Две тысячи лет и мир не нужно будет спасать.