Исход человечества (ЛП)

Что именно? Никто не знал. Сообщения не переводились в изображения. По крайней мере, так утверждало правительство. И что нам оставалось? Пятно, движущееся в пространстве. Это мог быть метеорит, только казался быстрым, управляемым по траектории и избегающим всего на пути. Телескопы посылали постоянный поток изображений сферы. Массивная, внешне напоминающая Звезду Смерти. Признаюсь, я откопала костюм принцессы Леи и не только я была на вечеринке в клубе на Хэллоуин в нём. Парень, который залез мне в трусики, не был Ханом Соло, но заставил меня увидеть звёзды.
Гигантская сфера прилетела одна, и мы начали общаться, по-видимому, с инопланетянами. Правда, не голосом. Инопланетяне отвечали на все запросы по-английски. Они сказали, что им легче учиться, чем учить нас своему языку. Не только я горела от предполагаемого оскорбления. За ночь число людей, которых охватил страх, удвоилось, и они потребовали от правительства остановить вторжение инопланетян.
— Мы платим за космические войска. Почему они не работают? — кричал политик с многолетним стажем. Несколько лет назад он был среди тех, кто насмехался над созданием эти сил.
Президент держался твёрдо.
— Они пришли с миром.
Как ни странно, его слова породили новое движение, тех, кто создал таблички с надписью «Добро пожаловать». Я тусовалась с ними несколько ночей. У них была забористая травка. Секс? Посредственные парни, которые под кайфом, не настолько мотивированы.
Что было самого смешного за это время? Согласно отчётам, продажи анальных пробок взлетели до небес. Тэг #СкажиНетАнальнымПробкам стал трендом.
Я купила чистое нижнее бельё и смазку, и надеялась, что пришельцы окажутся милыми и одинокими. Предположений было много, но никто не знал наверняка, чего ждать. Это привело к появлению мемов о Борге [1].
По мере приближения даты прибытия на улицах воцарился хаос. Как и при всех неугодных событиях, вспыхивали беспорядки. Мой босс дал мне неделю отпуска, но, в отличие от многих на моей улице, я не сгребала продовольствие с полок в супермаркетах и не собирала всё подряд. А репетировала свою потенциальную речь перед зеркалом.
— Привет, красавчик. Как добрался? — Слишком хрипло? Возможно, мне нужно говорить чуть выше. Я улыбнулась. Больше похоже на гримасу. Что, если инопланетяне разумны, но уродливые? Мне нравилось думать, что я не настолько поверхностна.
Я включила старый ситком и подмигнула.
— Как дела?
Что, если существовал языковой барьер? Что, если бы улыбка во все зубы была оскорблением? Или зрительный контакт? Возможно, инопланетяне флиртовали не так, как люди. Все эти мысли проносились в голове, не говоря уже о том, что мои шансы встретить инопланетную жизнь были равны нулю. Секретарши-стоматологи в возрасте за двадцать не имели доступа к сверхсекретным встречам с внеземной цивилизацией, но, эй, девушка может мечтать.
Этот день настал.
Как и весь остальной мир, — те, кто не уподобился идиотизму, поскольку некоторые проповедовали конец света, — я была прикована к компьютеру, где веб-сайт транслировал «Прибытие» в прямом эфире. Ох, какой ажиотаж начался в сетях, когда некий миллиардер купил права на трансляцию, а затем осмелился показать её бесплатно. Без купюр. Никакой рекламы.
Камера развернулась, чтобы запечатлеть появление большого шара в небе. Он завис, прежде чем изящно опуститься. Это не падающий метеорит, как некоторые предсказывали. Он приземлился и оказался более гладким, чем ожидалось, внешняя оболочка серого цвета, с небольшой текстурой. Когда сфера упала в воду, даже не было всплеска. О-о-о. Клянусь, я услышала, как мир выдохнул.
Узкий трап без опоры тянулся от корабля к причалу, где стояли президент и его окружение. Дверь на корабль открылась.
Я затаила дыхание. Инопланетяне. Чёрт возьми. Я не могла поверить, что это происходит.
Я не понимала, но это было началом конца.
  
Глава 4
 
Настоящее
В следующем квартале, потирая лицо под защитной маской, я увидела подходящее здание, примерно в шесть этажей, балконы перед входом указывали на то, что там были квартиры. Вестибюль оказался разгромлён, но, судя по слою пыли, давным-давно. И не монстрами. В конце концов, на человечество напали не инопланетяне, а выжившие после чумы. Те, кто изменился, нападали на остальных. Думаю, я больше не смеялась бы над сериалами. Я всегда смеялась над идеей, что мы набросимся друг на друга. Но вот разгорелся конец человечества, и в момент, когда нам следовало держаться вместе ради общего блага, мы вернулись к некой своей примитивной версии, где выживание превалировало над сопереживанием.
 
На секунду я задумалась, не стоит ли потрудиться проверить верхние этажи; ведь точно знала, что иногда расхитители, ленивы и не станут утруждаться подниматься по лестнице.
Рука на пистолете, сильно вспотела. Меня выдал бы не шум, а исходящее от меня зловоние. Когда живёшь один, такие вещи, как дезодорант, теряют всякий смысл. Мне нужно помыться. Скрючившись, я напрягалась, поднимаясь по ступенькам, особенно когда поворачивала за каждый угол на площадке между этажами. Поднимаясь, я заметила, что двери на первый и второй этажи, сильно повреждены. Нет смысла проверять квартиры. Я нашла тело на лестничной площадке третьего этажа. Разложившийся и обглоданный до такой степени, что виден был череп.
Но именно части скелета заставили меня бежать, ещё больше испугавшись смертоносных теней внизу.
Я проигнорировала здание сбоку. Сломанные главные двери, вероятно, указывали на то, что внутри то же самое. Несмотря на то, что меня видно, я придерживалась середины дороги, освещённой послеполуденным солнцем. Яркое и горячее, но мало помогало развеять внутренний холод.
Неужели вся моя жизнь посвящена страху и борьбе за выживание? Когда я проходила мимо разбитого окна, из которого свисал раздетый манекен, укол одиночества решил напомнить, что моя жизнь будет не только тяжёлой, но и пройдёт в одиночестве. Потому что никого не было. А если и были, то спрятались, как я.
И всё же у меня была маленькая надежда, что, может быть, кто-нибудь, не придурок-насильник или человек, превратившийся в монстра, увидит меня. Человек. Женщина. На данный момент я бы убила, чтобы завести хотя бы кошку. У меня была припасена еда для неё рядом с нынешним жильём. На случай, если ситуация когда-нибудь станет совсем отчаянной.
Послеполуденный свет внезапно померк, когда солнце закрыло облако. Откуда оно взялось? Я нахмурилась. Когда я уходила, на небе не было ни облачка. Всё было в порядке. Монстры всё ещё не вышли.
Мне оставалось надеяться, что так и будет.
Я пошла быстрее. Мне нужно идти дальше.
В следующем квартале было несколько трёхэтажных зданий. Запасов будет мало, однако, тут немного разбитых окон. Двери вестибюля были закрыты и заперты. Стёкла целые, хотя и грязные. Я заглянула в них, но мало что увидела.
Я потянула ручку, поморщившись от металлического дребезжания. Это я ненавидела больше всего.
Я вытащила молоток и зубило из-под ремня. В рюкзаке лежала одежда и предметы первой необходимости. Я никогда не выходила из дома без аварийного комплекта. Приложив зубило к болту, я ударила молотком. Быстро и сильно. Не теряя времени. Чем дольше я стучала, тем большей мишенью становилась. Шум привлекал внимание. Прошло несколько месяцев с тех пор, как мне приходилось сражаться, и я не горела желанием обнулять счётчик времени.
Несколько дней я чувствовала себя неловко из-за того, что пришлось сделать с Кори, но потом вспомнила голодный блеск в его глазах и нож в руке, а ещё ухмылку, когда он сказал:
— Мясо есть мясо.
Люди не мясо. Когда он умер, я оставила его монстрам. Я бы предпочла съесть собачий корм, а не опуститься до такого уровня.
Внутри здание напоминало склеп. Но я сомневалась, что в тенях были трупы. В воздухе не чувствовался запах смерти. И место не выглядело разгромленным. Возможно, мне повезло. Многоквартирный дом был с очень стандартной планировкой. Лестница вела в два подвальных помещения, прачечную и подсобное помещение только для управляющего зданием. Поднявшись, я обнаружила четыре квартиры, все двери закрыты. Из окна попадало достаточно света, чтобы увидеть нетронутый коридор. Что очень хорошо, потому что облако внезапно стало больше в размерах. Дневной свет быстро уходил. Возможно, мне придётся где-нибудь затаиться и переждать ночь. Это не впервые. И не раз спасало мне жизнь.