Рыжуля АлиШа - всех злодеев крыШа! (СИ)

Он сразу же бледнеет, трясущимися руками достаёт серёжки.
— Я же не знал, брат, я же понятия не имел…
— Ещё раз меня братом назовёшь, сам будешь эти колготки носить. И ещё колготки тебе в тон подберём.
Забираю серёжки, отдаю их Вике.
— Идём отсюда.
Хочу аккуратно взять её за локоть, но бывшая дёргается, словно ошпаренная, хватает малую за руку, буквально пулей вылетает на улицу.
  
Я лишь плечами пожимаю, выхожу следом.
— Дядя злодей, — кричит мне с тротуара малая, — а что ты сказал плодавцу, что он так испугался?
— Сказал, что тётя Гуля придёт с тонометром, — усмехаюсь, — и отправить его на программу «Желтеть здорово» в костюме печени.
— Кру-у-уть, — протягивает малая. — Ну вы краш, дядя Злодей! Хотела бы я себе такого папу…
Вот это заявочка!
Я забываю обо всём, когда слышу такое признание.
Смотрю удивлённо вслед Вике и её дочурке.
Бывшая что-то строго выговаривает малой, но та всё равно исхитряется развернуться и помахать мне рукой.
У меня от этой сцены внутри всё сжимается странным образом.
С трудом сдерживаю желание, чтобы помахать в ответ.
Сама Вика перед тем, как завернуть за угол, бросает мне:
— Спасибо, Вадим. Прости, если вела себя грубо.
Я ещё секунду стою, ох…реневаю, с одной стороны, хочется броситься следом за Викой, с другой… всё кончено между нами, уже давно.
Ни к чему эти раны душевные трогать, они так долго заживали.
А малая в душу всё-таки запала, бандитка, блин, в резиновых сапогах.
Иду обратно к машине, про сделку стараюсь не думать.
Батый, наверное, с ума сходит… да и плевать.
Пусть хоть все волосы из своей бороды повыдёргивает.
Здесь я диктую условия, и я решаю, когда могу подъехать…
Замираю, не дойдя до машины, замечаю чёрный комок под колесом…
Это же котёнок!
Всё-таки не привиделось мне.
— Ты как здесь оказался, малой, — достаю беднягу из-под машины, — где твои хозяева?
Котёнок дрожит, как лист на ветру, лизнув мою ладонь, сжимается в маленький комок и… начинает урчать.
Ещё один бедовый на мою голову…
И дрожит так же сильно, как Вика…
Оглядываюсь на дом, где, похоже, и живёт бывшая с малой.
Смотрю на котёнка у себя в руках.
Вспоминаю маленькую бандитку в колготках.
«Тили-тили, трали-вали, мы колготы всем порвали…»
В голову приходит безумная идея.
Одумайся, Громов, не ввязывайся во всё это…
Нахрен тебе это надо!
Но что-то внутри не даёт мне сесть в машину и просто уехать, оставить этих двоих на произвол судьбы.
— Проклятие, Вадик, не живётся тебе спокойно.
Вздыхаю устало, прижимаю котёнка к себе и…
  
Глава 4
 
Вика
Испуганно вздрагиваю, когда слышу звонок в дверь.
Первая мысль: это Громов…
Он всё знает!
И он пришёл сюда, чтобы забрать у меня дочь…
Нельзя ему открывать, иначе…
— Мам, — Алиса уже в прихожей, забирается на свой детский стульчик и смотрит в замочную скважину. — Там дядя Злодей. И у него котёнок!
Снаружи доносится знакомый хриплый голос.
— Вика, я знаю, что вы дома. Я пришёл помочь! Открой, прошу тебя, я не сделаю вам с дочкой ничего плохого!
Ага, помочь, как же…
Знаем мы, как ты помогаешь!
Несколько лет назад нашей семье так «помог», что мы до сих пор не можем оправиться…
Но я не успеваю ничего ответить, меня опережает Алиса, которая громко спрашивает:
— А как ты узнал, где мы живём?
— У тёти Гули спросил, — доносится из-за двери, — обещал ей новый тонометр привезти и купить холодец, который она готовила.
Алиса смотрит на меня, крутит пальцем у виска.
— Точно сумасошедший… какой нолмальный человек будет покупать холодец… да ещё и тёти Гули!
Уж мне ли не знать, каким сумасшедшим может быть мой бывший.
Но Алиса смотрит на меня с надеждой.
— Мам, давай пустим его, он хороший. Он меня спас, а потом тебе помог, и ещё у него котёнок… я так давно мечтала о котейке… ну, мам! Обещаю, что больше не буду отплавлять твою анкету на «Давай, поженимся!»
— Что? — спрашиваю удивлённо. — Куда ты отправляла мою анкету?
— Ой, — Алиса прикрывает рот ладошкой, — прости мам, мы же должны были сохланить этот секлетик с тётей Гулей…
Я только вздыхаю устало.
— Девочки, — доносится голос из-за двери, — я вам не мешаю? Мне слышно всё, что вы говорите! Может, анкеты в следующий раз обсудим, а сейчас поговорим о том, как вам помочь?
Смотрю на обстановку вокруг, на пакет с картошкой и макаронами, которого нам должно хватить до конца месяца, вспоминаю об отрицательном балансе на банковской карте…
И понимаю, что терять мне нечего.
Хуже уже не будет.
И, если бы бывший хотел меня наказать, давно бы это сделал.
Поэтому под радостные взгляды дочери я открываю двери квартиры и пропускаю Вадима в прихожую.
— Не привет бандиткам в сапогах, — усмехается он и протягивает Алисе котёнка, — это тебе.
Дочь радостно прижимает котёнка к себе, а тот сразу рычит.
— Он хоть не блохастый? — спрашиваю опасливо.
— Не похож, — отвечает Вадим, — выглядит ухоженным, домашним. Может, кто-то его выгнал из квартиры, может, сам убежал.
Алиса смотрит на Вадима взглядом, полным обожания.
— Спасибо, дядя Злодей, я котёнка тоже Злодеем назову, потому он нас вас очень похож…
— И чем же он похож на меня? — хмурится Вадим.
— Как чем, — удивляется Алиса, — весь такой тёмный, грозный, а на самом деле пушистый!
Я не могу сдержать улыбки, глядя на лицо Вадима, которое за пару секунды выражает полный спектр всех возможных эмоций.
— А у меня уже и песня готова про нового котёночка, — заявляет Алиса и тут же затягивает, — говолят, не повезёт, если кот-бандит дологу пелейдёт… а пока наоборот, с холодцом коту всё влемя не везёт!
— Шикарно, — усмехается Вадим, но смотрит при это на меня, — с таким хитом надо выступать на дне города.
— Не, — мотает головой Алиса, — на дне голода я буду с длугой песней выступать… голод-сказка, голод-мечта, появляются бюджеты, исчезают навсегда…
Вижу, что Вадим находится в небольшом… культурном шоке.
— Малая, тебе кто эту песню помог сочинить?
— Тётя Гуля, конечно, — улыбается дочь. — Сказала, мне надо спеть её пелед всеми бюджетниками.
— А вы рисковые с тётей Гулей, — вздыхает Вадим, — пойди, накорми чем-нибудь котёнка, молока ему дай.
— Нету молока, — расстроенно говорит Алиса, — только водичка есть и хлеб, больше ничего.
От этих слов я почему-то краснею немного.
— Ладно, — отвечает Вадим, — накорми котёнка тем, что есть.
Как только Алиса уходит на кухню, он поворачивается ко мне.
— И снова привет, Вика. Рассказывай.
— Что именно?
— Всё рассказывай. Откуда у тебя огромные долги и почему ты последние серёжки в ломбард сдаёшь.
— Потому что поверила уроду, — вздыхаю устало, чувствую, что голос начинает дрожать от подступающих слёз, — глазом не успела моргнуть, как он обвёл меня вокруг пальца, сам свалил, а кредиты свои на меня повесил.
— Как зовут урода? — тут же интересуется бывший. — Где найти этого урода, знаешь?
Я не успеваю ничего ответить.
Дверь квартиры вдруг открывается…
И внутрь заходит какой-то громила в спортивном.
Видит меня, расплывается в улыбке.
— О, хозяйка, а ты долго от нас бегать будешь? Или хочешь, чтобы босс сам к тебе приехал? Лучше по-доброму сядь с нами и поезжай к боссу, прими свою участь достойно… упс.
Громила замечает Вадима.
— А я, похоже, квартиркой ошибся, бывает ведь такое.
Он пятится назад, но Вадим хватает его за шкирку и прижимает к стене.
— Кто твой босс, отвечай!
— Не скажу…
— Как миленький скажешь…
Из кухни выглядывает Алиса.
  
— А чего это туть дела лешаются и без маленькой бандитки?
Вадим тут же говорит ей:
— Малая, нам бы выбить из нехорошего дяди признание. Есть идеи, как и чем это можно сделать?