Пульт времени "Волшебный" отпуск (СИ)

— Хорошо, — кивнул он. — Значит, выдвигаемся.
— Господин, — обратился к нему Эрлл. — Что делать с вашими гилзале?
— Определите их в пехоту, пусть следуют за нами. Сейчас мне некогда ими заниматься. Найдите среди них Карона и отправьте его ко мне. Я назначаю его десятников отряда.
Войско пришло в движение. Воронцов со своей свитой вальяжно шёл в авангарде, чтобы не глотать пыль. К нему прискакал тот же десятник, который в прошлый раз отвечал за доклад.
  
— Номарх, по вашему указанию раб Карон доставлен к вам, — отчеканил он.
Воронцов обернулся и увидел Карона, который бегом пытался нагнать лурна десятника, но ему оставалось бежать ещё долго. По лицу македонца было видно, что ему забеги на длинные дистанции не в новинку, но и не приносили удовольствия.
— Десятник, — окинул дежурного недовольным взглядом Воронцов. — Ты в своем уме? Зачем ты солдата заставляешь бегать во время похода? Он умрёт от усталости, пока мы будем добираться до замка.
— Я об этом не подумал, — поскрёб в затылке рептилоид. — Но у него же нет лурна. Как я ещё доставлю его к вам, если вы выдвинулись далеко вперёд?
— Значит, выдайте ему лурна, — Алексею было сложно общаться с такими недалёкими ширтами. Ему хотелось влепить себе в лицо ладонь в классическом фейспалме.
— Лурна? Рабу-гилзале⁈ — изумленно округлил глаза ошарашенный десятник. Он сразу же изменился в лице, осознав, кому это сказал.
— Да, блин, лурна! — Воронцов разозлился. Ему хотелось схватить кусторез и покрошить всех рептилоидов на лапшу, но приходилось работать с тем, что имелось. — Теперь это воины нашей армии, какой бы расы они не являлись. А конкретно этот парень — десятник. Нашим гилзале положено всё то же снабжение, что и другим солдатам. Или мне у тебя забрать лурна, чтобы поставить на равных с другим десятником?
— Никак нет, господин номарх! — вытянулся бледный десятник. — Есть, предоставить лурна гилзале.
Он ускакал, а Алексей не сдержался:
— Бакулюм вам в тапки, крокодилы прямоходящие!
Через несколько минут к номарху приблизился римлянин верхом на лурне. Карон держался в седле крайне неуверенно и боялся этого ездового ящера.
— Приветствую вас, хозяин, — склонил он голову, говоря на ширтском наречии.
— Декан, ты не умеешь ездить на лурнах?
— Нет, господин, — покачал он головой из стороны в сторону. — Я впервые в седле подобного зверя. Но до этого мне приходилось ездить на лошадях.
— Неплохо для первого раза.
— Я быстро учусь, хозяин.
— Алексей заметил, что его окружение внимательно слушает их разговор.
— Декан, — перешёл он на родной язык собеседника, чтобы никто, кроме них, ничего не понял. — Я хочу предложить тебе должность командира моей личной гвардии. Она будет полностью состоять из людей. Я не доверяю этим рептилоидам. Хочу, чтобы меня окружали люди.
— Это великая честь для меня, хозяин! — торжественно произнес македонец и ударил себя кулаком в грудь. — Я буду служить вам до самой смерти и клянусь, что не выпущу меч из своих рук до последней капли крови!
— Это хорошо, Карон, только впредь не надо называть меня хозяином. Номарх или Алексей. Хозяева были раньше, когда вы были рабами. А теперь вы воины гвардии правителя. Теперь всё будет иначе.
— Учту, номарх.
— А теперь возвращайся обратно. По приезду в замок я распоряжусь, чтобы вам выделили оружие и форму. После этого начинай тренировать своё подразделение. Надеюсь, ты не забыл, с какой стороны держать меч, декан?
— Нет! — легионер ещё раз ударил себя в грудь кулаком.
— Свободен.
Македонец отбыл в обратном направлении.
— На каком языке вы говорили с рабом? — поинтересовался с прищуром Эрлл. — Некоторые слова мне показались знакомы, словно я их слышал раньше.
— На его родном языке — древнемакедонском. В моё время этот язык считался мёртвым. В нём встречаются слова из латыни, которую использовали лишь учёные мужи и лекари. Si vis pacem, para bellum…
— Что это значит? — спросил ширт, внимательно смотря на правителя.
— Хочешь мира — готовься к войне.
— Номарх, вы очень умны, — польстил ему генерал. — Вы знаете столько языков. Это достойно уважения.
— Я знаю десятки тысяч языков не только своей планеты, но и других миров, — улыбнулся землянин, которому была приятна даже столь грубая лесть.
— Что вы будете делать с рабами? — поинтересовался сотник, помощник Эрлла. — Вы же не просто так их забрали себе?
— Слишком много вопросов, — землянину не нравилась подобная навязчивость. — Но отвечу: я создам свою личную гвардию, которая будет исполнять только мои приказы и служить лично мне.
— Зачем? Мы же и так вам служим? — удивился генерал. — Один ширт в сражении сильнее пятерых гилзале.
— Это очень хорошо. Вы сильны и выносливы, но… вы слишком связаны своими привычками и кодексом ширтов. Освобожденные рабы-гилзале будут рады служить мне и проливать свою кровь в мою честь. Рабство зажимает в тиски и плавит мозг, превращая их в животных. А возможность умереть за своего правителя даёт им шанс получить долгожданную свободу и обрести славу. Они не будут бояться ни знати, ни Фарона и его армии, а только служить мне верой и правдой в обмен на свободу и призрачный шанс вернуться обратно домой.
— Да, в этом вы правы, — согласился с ним Эрлл. — Но рабов потребуется очень много, чтобы они могли представлять хоть какую то силу. Столько рабов-гилзале вы не найдёте в этих краях.
— Это я компенсирую вышколенностью, тренировками и лучшим оружием, которого ещё не видел этот мир, — ухмыльнулся землянин.
— По типу той конструкции, которая кидала горящие бочки во время осады вашего замка? — нахмурился генерал, вспомнив, что в тот момент он находился по ту сторону ворот.
— Поверь, Эрлл, катапульта — это ещё цветочки по сравнению с тем, что ширты испытали на своих спинах.
Парящий в небе дрон засёк движение перед отрядом разведчиков. Воронцову пришлось переключиться на дополненную реальность, чтобы рассмотреть происходящее с высоты.
Далеко впереди несколько всадников неслись на всех парах в сторону замка. Скорее всего, они собирались сообщить об приближении армии нового номарха.
— Нас заметили и скоро доложат о нашем приходе, — вернувшись в реальность, произнёс землянин.
— Оно и понятно, — тяжело выдохнул генерал. — Дозоры стоят повсюду. Как только мы вступили на эти земли, в замке уже знали об этом.
— Не нравится мне это всё, — нахмурился Воронцов. — Эрлл, как думаешь, есть ли шанс войти в замок без боя?
— Маловероятно. Пока мы находились на ваших землях после смерти Айдара, в замке наверняка шла кровавая резня за трон. Победитель точно не захочет отдавать место вам, хоть вы номарх по праву победы.
— А почему вы не сбежали, а остались служить мне? — поинтересовался Воронцов у генерала.
— Почему? — Эрлл на секунду задумался. — Я лично не видел смысла бежать. Вы очень сильны. Смогли победить в открытом бою сильного номарха и выжить. Это значит, что трон ваш по праву. Если бы я убежал и присягнул незаконному правителю, мне точно пришлось бы вступить с вами в бой ещё раз. А этого мне не хотелось.
— А что с другими? — продолжил Алексей.
— Многие подумали так же: какая разница, кому служить? Главное, чтобы платили вовремя и как следует кормили. Жизнь воина коротка и извилиста. Неизвестно, в какую секунду она оборвётся. Поэтому важно, чтобы желудок и кошелёк были всегда полны. А с таким количеством золота, сколько сейчас у вас в сундуках, об этом можно не беспокоиться.
Воронцову не понравился такой ответ, но другого он и не ожидал. Всё дело в цене — кто больше заплатит, тот и будет владеть всем.
Ближе к вечеру они добрались до границ замка. На высоком холме виднелось чёрное высокое строение с острыми шпилями, упирающимися в тёмное небо.
— Нам там не рады, — скривился Воронцов после изучения данных с дрона. — Ни цветов, ни транспарантов…
— Вы увидели что-то важное через свой артефакт? — спросил генерал, всматриваясь вдаль.