Всполохи на камне (СИ)
У меня отчество Андреевна. У мистера Хама тоже. И фамилия Петровский. Я Светлова, как и мама, но отчество моё дано мне по родному отцу, мама это мне рассказала ещё лет двенадцать назад. Выходит отцы у нас с необычным пациентом носят одну фамилию? И одно имя. Совпадение просто невероятное, хотя и возможное.
Отмахиваюсь от мыслей о мужчине в реанимации и углубляюсь в чтение документов. Узнаю, что отец мой живёт в Москве и является руководителем и владельцем огромной, по меркам нашего города, строительной фирмы. Он женат, но про детей в тексте ни слова.
В принципе, информации об отце не очень много, основная есть только, а остальные листы заполнены историей поисков. Поисков меня! Я пробегаюсь глазами по этому свидетельству того, что мой отец меня очень хотел найти, и понимаю, почему юрист мне отдал эти листы.
Они совершенно четко дают понять, что меня не бросили и не забыли. География поисков просто огромна, от Калининграда до Тюмени. Больницы, роддома, морги, детские дома и школы. Боюсь даже представить, сколько средств было потрачено. Я так нужна моему отцу? Это для меня удивительно, ведь всю мою жизнь во мне нуждалась только мама. Бабушку я не помню.
Так странно понимать, что кто-то ещё хочет знать обо мне, видеть меня, что кому-то я тоже нужна. Ощущение, что все это происходит не со мной. Я отрываю взгляд от бумаг и смотрю в окно, чтобы немного успокоиться.
Вдруг я понимаю, что фотографии в документах нет! И пока я не увижу лицо этого человека — его словно и нет. Хватаю телефон и набираю данные отца в поиске. Тут же выскакивает множество фотографий. Понять, кто из этих людей мой отец, я не могу.
Закрываю поиск, не хочу путать себя, если отец нашёл меня, значит я его увижу вживую. Илья Евгеньевич сказал, что это скоро случится.
Глава 10. Лия
Мама проснулась через два часа, как я дала ей лекарство, и тут же позвала меня. Что ж, пришло время для серьёзного разговора. Сегодняшний вечер явно меняет мою жизнь, и я должна знать почему это происходит. А ответы есть у мамы, которая столько лет скрывала от меня очень важные вещи.
Понимаю, что у неё были свои веские причины не говорить мне правду, но теперь уже молчать не имеет смысла. Мама встречает меня хоть и виноватым, но твердым взглядом.
— Лия, все это выглядит не очень хорошо сейчас, но я считаю, что поступила скорее правильно, чем неправильно, — мама тяжело вздыхает.
— Ма, я не виню тебя, но мне нужно знать всё, что ты скрывала, сейчас уже нет смысла придумывать что-то, расскажи, как есть, — впервые я так прямолинейна с матерью, чувствую себя неуютно в такой ситуации.
— Дочь, а рассказывать много и нечего, очень банальная и простая история. Меня отправили в длительную командировку в один из Подмосковных городков, там я пробыла почти четыре месяца. Нас три человека было, моя подруга Света и ещё парень, мы жили в общежитии, работали по проекту, с которым нас послали на местный завод. — мама замолчала и провела рукой по лицу, словно стирая какую-то пелену. — Дай водички, пожалуйста. — маме явно нелегко вспоминать, она замолчала.
— Ты там встретила моего отца? — пытаюсь подтолкнуть разговор.
— Нет, Андрея я встретила в Москве, мы по выходным ездили гулять туда, когда со Светой, когда все трое. В тот раз я уехала одна. У Светы роман с нашим парнем случился, с Сергеем, вот я одна и поехала, чтобы им не мешать. Дождь был сильный, когда я из метро вышла, а Андрей предложил свой зонт, так мы и познакомились.
Я ловлю каждое слово, словно речь не о моей маме, а о каком-то другом человеке, так странно то, о чем она говорит сейчас. Столько лет ни слова, как камень молчала, и дальше бы молчала ведь, если бы отец не нашел нас.
— Это был первый месяц нашей командировки, — мама опускает глаза, — но я не говорила Андрею, что приехала издалека, как-то не смогла. Сказала, что живу в Подмосковье и… я назвала другой город… не тот, где работала… не могу объяснить почему…
Мама начинает тихо плакать и я понимаю, что нужно сделать перерыв в этих откровениях, иначе я доведу маму до очередного приступа.
— Все мам, на сегодня хватит, давай поедим, потом чай попьем с шоколадкой, мне сегодня девчонки надавали на работе, — встаю и протягиваю маме руки, чтобы помочь ей встать.
— Нет, Лия, дай мне сейчас все разом рассказать, иначе я потеряю храбрость и буду только плакать. — мама садится на кровати и продолжает. — Я влюбилась сразу, в первый же день, хотя тогда мне казалось, что это просто симпатия, но совсем скоро стало понятно — я уже всерьез влюблена. Андрей был очень простым и понятным, хотя и явно выше меня по статусу. Ездил на хорошей машине, был одет дорого.
Я стояла, облокотившись на подоконник, внимая каждому слову, словно слушала интересную историю из книги, а не описание реальных событий прошлого, напрямую связанных со мной.
— Мне было сложно устоять перед твоим отцом, слишком хорошим он был, — мама задумчиво улыбнулась, — слишком сильно он хотел быть со мной. А я была не наивная, но очень искренняя. Понимала, что мы не ровня, но не могла врать, что он мне не нравится и я не хочу быть с ним.
Мы провели вместе все выходные, который оставались у меня. Мы гуляли, сидели в кафе, потом ночевали в его квартире, где он жил один. Так он сказал мне ещё в первую встречу. Ещё до отъезда я поняла, что беременна.
Мама замолчала ненадолго, но потом уверенно продолжила.
— Мы предохранялись. Ты должна это знать, чтобы не считала нас с отцом безответственными, но твое рождение было радостью для меня. Ты должна это знать! — мама смотрела на меня взволнованно. — Ты — самое лучшее в моей жизни, Лия!
Мама опять помолчала, испытующе глядя на меня.
— Мне было известно его имя, фамилию на спрашивала. Ему я назвала свое настоящее имя, но адрес он не знал, не знал, кем я работаю и где училась. Перед тем, как мы расстались, я ему сообщила, что жду ребенка.
Он был удивлен, как и я, но ни слова о том, чтобы избавиться… сделать аборт… даже рад был, говорил, что хотел дочку… вероятно всё было бы по-другому, однако случай решил всё за нас. Твой отец сильно отравился и неделю был в больнице в тяжёлом состоянии. Там я и встретила его жену.
Я села рядом с мамой и взяла её за руку.
— Ма, давай закончим, я все поняла, — пытаюсь остановить исповедь.
— В больнице с ней состоялся неприятный разговор, — мама словно и не слышала меня, — и я уехала. Но прежде успела сказать пару слов Андрею, ему стало лучше и он настоял, чтобы меня пустили. Он был слаб и просил написать мой адрес в его блокнот. Я написала. Но не адрес, а то, что назову тебя Лией. А если бы родился сын, то Львом. Понимаю, что это глупость, но я была обижена из-за того, что он не сказал о жене и я… хотела как-то отомстить… тогда казалось, что это правильно…
— Ты потом ездила в Москву? — я начинаю вспоминать рассказы мамы.
— Да, я ездила на ту квартиру, где мы встречались. Её уже продали и никто не мог ответить, куда переехал бывший хозяин, — мама грустно закончила свой рассказ.
Глава 11. Лия
Смотрю на листы, разложенные на столе, и ещё больше поражаюсь тому, как упорно меня искал отец. И понятно, почему так долго, ведь мама практически не оставила следов. И мне как-то страшно, что я так нужна совершенно мне незнакомому человеку.
Собираю бумаги и убираю в стол, хватит на сегодня этого всего, нужно ужин готовить. Мама заходит на кухню минут через двадцать, тихо садится в кресло.
— Лия, ты так и не сказала ничего, что ты думаешь, как ты себя чувствуешь, — мама с беспокойством смотрит на меня.
— А что тут скажешь? Что мне обидно? Мне не обидно. Что я растерялась? Это и так понятно. — наливаю воду в кастрюлю и ставлю на газ. — Мам, ты поступала так, как считала нужным, теперь исправить нельзя ничего, будем разбираться с настоящим.
Мы с мамой быстро ужинаем и я ложусь пораньше. Мне с утра на работу и хочется выспаться, а после такого бурного на эмоции вечера, я боюсь не уснуть. Но, на удивление, сон приходит быстро, но всю ночь мне снятся сны тревожные и даже страшные.