Вишенка в паутине (СИ)

Хьюмо, позеленев, кивнул.
— А съездить хочешь?
— Ками-со! — гася истерические нотки в голосе, раб сполз на пол и ткнулся лбом в мягкие, домашние туфли. — Я больше не буду зажиматься! Простите, если расстроил!
— Так, давай поконкретнее, что ты слышал? — нахмурилась женщина.
— Туда отдают непослушных, — с трудом выдавил из себя Хьюмо. — На время или на совсем… Чтоб проучить или разработать.
— У домов терпимости госконтракт. Материал туда идёт только с определенным набором статей и, скажем так, с выраженными склонностями.
— То есть… — парень поднял голову и недоверчиво покосился на хозяйку.
— С улицы туда не берут. Остальное — страшные сказки от любимого мастера, — заключила Ками. — Про зоны отдыха и спортивные секции при таких заведениях, я так понимаю, господин Октори не упоминал?
Хьюмо помотал головой, всё ещё переваривая услышанное.
— У меня сегодня выходной и танцевальный класс, — продолжила хозяйка, ногой подталкивая парня к месту на стуле. — Будешь один дома киснуть или в спортзал тебя закинуть?
  
Век живи — век учись
 
Огромное бежево-красное здание в стиле авангарда с огороженной территорией, высокими воротами и паспортным контролем на въезде вызывало у Хьюмо смесь нервной дрожи и любопытства. До сегодняшнего утра, он искренне считал, что сделает всё, лишь бы хозяин однажды не привёз его к этим дверям. А теперь приехал добровольно, только потому, что Ками-со сказала, что это не страшно…
— Ну что, вылезай, — хозяйка заглушила мотор и обернулась к нему.
Хьюмо сглотнул и честно попытался нажать нужную кнопку на двери, но влажные, подрагивающие пальцы категорически не нравились чуткой электронике. Система пищала и просила повторить попытку.
— Ты чего распсиховался-то? — удивлённо подняла брови Ками. — Вдруг вспомнил, что физкультуру не любишь?
— Я, нет… Я… просто всегда думал, что так ад выглядит, — вытирая ладони, кривовато улыбнулся парень.
— Для кого-то, вполне возможно, — подумав, согласилась Ками, выпуская раба на улицу. — Но ты в геенну огненную спустился разве что руки погреть. А у меня абонемент на год остался…
Высокое крыльцо, тяжёлые двери. Хьюмо шёл на шаг впереди, чтоб открыть, подержать, услужить. Вторую руку оттягивали две среднего размера спортивные сумки — одна с его одеждой, другая с хозяйской. На первом этаже оказалось неожиданно много народа для утра понедельника и также шумно и оживлённо, как в торговом центре. Собственно, и процессы здесь шли те же самые: выбор, оплата, примерка… Только товар был несколько иным.
— Ками-со, а если… меня перепутают?
Хьюмо примерно понял, что, где находится по этажам, куда идти и когда возвращаться, но то, что его сейчас здесь бросят одного почти на два часа, вызывало нехорошие предчувствия.
— Переход в корпус для удовольствий с шестого этажа, а тебе выше третьего вообще ничего не надо — это раз. Проституток здесь не ловят, а заказывают через каталог — это два, — загнула ещё один палец хозяйка. — А в третьих… Эй, рыжик, притормози, — ухватила она за пояс штанов, пробегающего мимо парня. — Повернись.
— Госпожа, извините, но я уже заказан. Мой номер в каталоге…
— Малыш, я тебе верю. Татуировку покажи и лети дальше.
Парень повернулся, демонстрируя спину и сложную геометрическую вязь под лопаткой.
— Понял? — обернулась к своей собственности Ками, забирая сумку. — У тебя такой нет, зато есть средство связи и язык, чтоб это объяснить.
Спортзал для рабов — личных и бордельных — располагался на втором этаже. Раздевалка, душ и неплохой набор тренажеров. У мастера Октори тоже было нечто подобное. Завидным телом Хьюмо, видимо, в свободной жизни не обладал, поэтому заниматься пришлось много и часто. Сводник выставлял на продажу только достойных «сучек». Впрочем, качать железо ему тогда нравилось. Отвлекало. Теперь надо было войти в привычную колею.
— Какой ошейник навороченный, коммуникационный браслет… — со знанием дела присвистнул брюнет с соседней беговой дорожки. — Жёстко имеют за такую роскошь?
 
Хьюмо сбавил темп и задрал футболку, показывая спину.
— А у вас тут как? Жить можно или… — осторожно поинтересовался он у неожиданно дружелюбного аборигена.
— Жить везде можно, — усмехнулся черноглазый. — Но как именно давай я тебе показывать не буду, неохота штаны снимать.
Пока набирали темп, молчали. Бег, гантели, пресс… Вряд ли Ками-со понравится, если кубиков на его животе станет меньше, а при такой кормежке отрабатывать придется до седьмого пота. Но, тягая железо, Хьюмо не забывал и головой вертеть. Таких как он в зале было немного. Держались личные рабы особняком, занимались своим делом и с разговорами ни к кому не лезли. Бордельные переругивались, шумели, что-то обсуждали, и в целом, было ясно, что зал для них больше комната отдыха, чем спортплощадка.
— Слушай, а правда, что сюда только после тестов берут, не всех подряд? — может, с такими вопросами лезть и не стоило, но черноглазый с нахальной улыбкой и похабной татуировкой на плече почему-то вызывал доверие.
— А чего, думаешь, тебя пропустили, к нам хочешь податься? — прохрипел брюнет, опуская штангу.
— Нет, я просто… — замялся Хьюмо, — понять хочу.
— Да ладно, не тушуйся, — снизошел до ответа новый знакомый, с кривоватой улыбкой вновь берясь за снаряд. — Психологам, конечно, виднее… И парень я широких взглядов, — выдохнул он, делая паузу между жимами, — но о карьере проститутки точно не мечтал.
— Эй, Роук, новенького окучиваешь? Понравился? — загоготали в углу.
— Давно секса не было? — подхватили со скамейки.
— Целый час! — вылезая из-под штанги, показал шутникам средний палец черноглазый. — Как бы от спермотоксикоза ласты не склеить. Ну что, я в душ, — сгреб он полотенце и, сделав пару шагов, обернулся к Хьюмо. — Присоединяйся, если не боишься.
— А чего мне бояться? — поинтересовался парень, растягивая натруженные мышцы.
— А хрен вас, домашних, знает, — пожал плечами Роук. — Чего вы от нас шарахаетесь.
Чистый, переодетый и отдохнувший Хьюмо стоял в фойе, ожидая хозяйку. Зал для танцев располагался в другом крыле того же здания, и, наблюдая за центральной парадной лестницей, пропустить её он не мог. Госпожа Мортир вернулась в бодром расположении духа, с пристрастием поинтересовалась не покусали ли её собственность аборигены и повела в местный аналог кафе. Кислородный коктейль с какими-то травками и витаминным порошком приятно пощипывал язык, тело после правильной нагрузки было легким, и парень ловил себя на мысли, что начинает забывать, где находится.
— Антураж нравится? — Ками проследила за взглядами, которыми её собственность одаривала роспись стен и окна из цветной мозаики. — Ярко, позитивно, загадочно — как на старых улочках Шерры. Правда, у них там обычно потолки ниже и грязи больше, но кофе… М-м-м, — блаженно зажмурилась она, облизнув губы.
— Вы там были? — вскинул голову невольник. — В Шерре? В закрытом городе?
— И в Шерре, и в Горцуме, и в Анабыле, — блеснув глазами, откинулась на спинку стула хозяйка. — Я переводчик, меня много куда зовут.
— Вы будете часто уезжать? — крутя в руках высокий бокал с соломинкой, поинтересовался Хьюмо. — А… а я?
— Ну, куда тебя пристроить на это время я найду, — не видя проблемы, пожала плечами Ками. — Передержка, знакомые… а будешь хорошим мальчиком останешься в квартире один, с неограниченным лимитом на выход в город и карманными деньгами. Здорово целую неделю без хозяйки?
Парень невнятно кивнул, но, судя по лицу, надеялся он на нечто другое. На что? На то, что она будет брать его с собой в командировки? Таскать за собой постельного раба совершенно точно в планы не входило. Во время работы голова занята другим, а развлекаться лучше дома и с комфортом.
— Хочешь посмотреть Шерру? — что-то прикинув, хитро прищурилась Ками. — Пойдём.
  
Сказки бывают разными
 
Хьюмо, конечно, пошел, но до последнего не мог понять, как закрытый город из сказок может быть связан с блоком для игр. Поднявшись на небезопасный шестой этаж и миновав пару коридоров, они уперлись в комнатку со странно мерцающими серебристыми стенами и длинным списком предупреждений при входе: ограничение по времени нахождения, по здоровью, первые признаки передозировки…