Вишенка в паутине (СИ)
— Только не говори, что решил-таки стать супер-шпионом министерства? — прикрыв ладонью глаза, простонала госпожа Мортир.
— Нет. Когда всё закончится, я сменю специальность и в Шерру опять вернусь. Насовсем, — глянув исподлобья, упрямо насупился парень.
— Малыш, тут даже электричество ещё не изобрели, — поперхнулась Ками. — А чтобы хотя бы право на длительное пребывание оформить, надо быть военным, дипломатом, вести бизнес или… я, не знаю, местные руины раскапывать…
— Археологом? А что… Мне история всегда нравилась, — просветлел компьютерщик. — Копать, возить, составлять опись… Жить в палатке, питаться скорпионами…
— Мать моя женщина, — тяжко вздохнула Ками, жалобно взглянув на директора. — Кого мы воспитали?
— Романтика, — рассеянно улыбнулся Гард. — Да ладно, пусть попробует. Пока поступит по новому профилю, пока переучится… Зато смотри, как глаза загорелись.
— Угу, мне уже плохо, — потерла висок переводчица. — Срочно нужно прилечь…
— Давай-ка я тебе помогу, провожу до кровати… — озаботился этим вопросом экс-киллер. — Нерил, тебе никуда идти не надо?
— Идти? А…ну да, пойду погуляю, — заулыбавшись, сообразил парень. — Масштаб будущих раскопок оценю…
***
— Он что, серьёзно? — ныряя в сумеречную, освещённую всего одним высоким окном спальню, переспросила госпожа Мортир у бывшего безопасника, который уже начал ненавязчиво её раздевать. — Домашний мальчик… Какие ему палатки и скорпионы?!
— Мальчик-то уже большой, — смеясь, напомнил Роуди, целуя переводчицу в шею. — Не квохчи, как наседка…
— Это значит я наседка? — сощурилась Ками, хлопнув мужчину по рукам, когда он потянул вниз её брюки.
— Ляпнул, не подумав, — оперативно раскаялся Роуди. — Нижайше прошу простить меня, госпожа… и наказать.
Экс-киллер и сам в мгновение ока остался без одежды. Почесав затылок, огляделся и передал хозяйке скрученное в жгут полотенце. Ками приняла воспитательный инструмент и не торопясь обошла упершееся руками в кровать мощное тело. Оранжевый луч заходящего солнца яркой полосой лежал на мужском плече, по диагонали пересекал спину и подсвечивал в полумраке комнаты напряжённые ягодицы.
— Десять ударов. Считай.
— Да, госпожа…
Полотенце, конечно, не стек, но превращать игру в фарс Ками не собиралась. Удар должен быть ударом. Иначе это не что иное, как несостоятельность Верхней и оскорбление Нижнего. Здоровому мужику не нужны поблажки. Бывший безопасник держал спину ровно и кроме счёта, ну разве что шумно выдыхал, причём умудрялся делать это так томно, что у переводчицы и самой сбилось дыхание, и жарко стянуло низ живота.
— А ты понравился мне в форме, — шепнула на ухо Ками, склонившись над получившим наказание телом.
— Она у меня осталась… Где-то там, в корзине для белья заныкана. Могу надеть, — рассеянно улыбнулся мужчина.
— Успеем ещё, — потянула его вверх Ками. — Ты ж собирался лечить мою головную боль. Не отвлекайся, — брюки оказались на полу, а сама болеющая забралась на кровать.
— Сейчас сделаем точечный массаж, и всё пройдёт, — с серьёзным видом перевернул её на живот Гард и уселся сверху.
— А ты уверен, что это именно так делается? — поинтересовалась госпожа Мортир, ощутив поглаживания гораздо ниже спины.
— Воздействие комплексное. Не мешай, — чуть сполз вниз экс-киллер, и Ками действительно забыла про голову, когда между ног прошёлся горячий язык. — Тем более, кто из нас специалист? Кто управляет борделем: я или ты?
— Как тебя вообще на такую должность занесло? — уже плохо соображая, от острой волны удовольствия простонала переводчица, комкая в пальцах простыню.
— А куда было податься? Я после службы и отмотанного срока толком ничего и не умел. Ну, кроме вот этого, — самодовольно усмехнулся бывший безопасник, вновь принимаясь творить ртом что-то непотребное. — А работа должна приносить удовольствие, верно? После освобождения начал завхозом, а потом как-то само пошло…
Вести связный диалог госпожа Мортир не имела никакой возможности, Роуди, видимо, решил с полной отдачей продемонстрировать свои таланты и ласкающие руки, губы и… глубокий точечный массаж очень приятным на ощупь органом путали мысли и заставляли урчать от удовольствия женское естество.
— Ценный кадр, — отдышавшись, наконец, ответила Ками, укладывая рядом с собой, взмокшего от усердия труженика. — Всю изнанку борделя знаешь, и рабы у тебя не рабы, а подопечные… Вон даже малыш к тебе проникся…
— А ты к нему привязалась, — криво усмехнулся экс-киллер, закидывая руки за голову. — Пережить-то сможешь, когда птенчик улетит?
— Ну, вот так сразу и насовсем Нерил никуда и не денется, — блаженно потянулась переводчица. — Пока суд, пока учёба, пока деньги отдаст…
— Я надеюсь, ты на них не собираешься покупать очередного смертника и опять во что-нибудь влипать? — с подозрением навис над ней мужчина.
— А как же приключения и… сладкое? — капризно надув губу, поддразнила его Ками.
— Ну, всё-всё… Я понял, — скатился с кровати Роуди. — Форму пора надевать.
***
Так непривычно и странно. Нерил шёл вниз по улочке, заложив руки в карманы, и насвистывал под нос незатейливую мелодию. Один из забытых навыков прошлой жизни. Он, оказывается, умеет свистеть и любит шахматы, а ещё абрикосы и ярко-жёлтый цвет. Ненавидит одежду с тугим воротом и рано вставать. В памяти всплыло всё: и первая, пусть и не очень удачная влюблённость, и планы на жизнь и гордость от работы в министерстве… Было, конечно, и то, что хотелось забыть: страх, унижения, безысходность. Грешным делом, бывший студент даже сперва хотел попросить спецов Зулы Ордис после суда подчистить ему память. Убрать весь ужас рабства. Убрать Хьюмо, который вздрагивал и сжимался в нём всякий раз, когда кто-то рядом повышал голос или поднимал руку. Но кто тогда останется? Наивный пацан? Тихоня-затворник, который с радостью залезет обратно в свою раковину и просидит в ней до старости? Нет. Такой расклад господина Нерила Сорда уже не устраивал. Как бы ни было плохо в последние годы, они научили быстро соображать и не сомневаться. Жаждать жизни, цепляться за неё изо всех сил… Страшно подумать, ведь как раб, он не надеялся дотянуть и до тридцати… А теперь впереди не просто годы, а целые десятки лет. И от этой перспективы сносило крышу… Возможно, поэтому Шерра и казалась такой прекрасной. Город, где он нашёл себя, обрёл свободу. Разве плохо обзавестись здесь домом, семьёй? И никогда больше не знать холодных хмурых зим, кричащих витрин с последней коллекцией рабской одежды, не жать руку двуличным типам в дорогих костюмах… Разве так нельзя? Разве это слишком много?
Может быть, директор и прав: настроение изменится, вновь потянет к технике… Но сейчас думать об этом не хотелось. Ещё два дня в раю … с госпожой Мортир, ставшей за всё это время чуть ли не родным человеком, и Гардом Роуди, который поначалу пугал до колик, а на пробу оказался отличным мужиком без спеси и закидонов. Два дня под этим бескрайним небом, наверняка видевшим истории и похлеще, чем у незадачливого компьютерщика…
— Эй, паря, тебе чего-нибудь налить?
Нерил, витая в своих мыслях, и сам не заметил, как добрёл до гостиницы, где жили переводчики. Скорее всего, вон из той канавы его оглушённого вытаскивал экс-киллер в злополучную ночь… С тех пор для нужд отдыхающих иностранцев администрация разместила под навесом что-то вроде кафе, чтоб гости города далеко не разбредались и не создавали проблем себе и окружающим.
— Нет, спасибо. Денег нет, — мотнул головой парень, останавливаясь у входа и разочаровывая официанта пустыми карманами.
Нерил протянул руку к шее и убедился, что кожаный ремешок всё ещё на своём месте. Неужели подавальщик не заметил? Или деньги не пахнут, и рабов здесь тоже могут обслужить?
Как ни странно, но догадка оказалась верной. За дальним столиком взгляд зацепился за живого и здорового Димара Никти в компании близняшек. Судя по их скучным лицам, воспитатель снова вещал про что-то мудрое и вечное, между делом журя за грязные ногти и неженственную позу… Но сидели обе на стульях и даже пили какой-то сок. Подойти к девчонкам в присутствии хозяина было бы, конечно, слишком, но, улучив момент, парень не удержался и помахал им рукой. Синяя змейка прикрылась веером, хитро улыбнулась компьютерщику и картинно свалилась в обморок, а пока всполошившийся переводчик приводил её в чувства, Красная фэй вытащила у господина бумажник. Нерил большими глазами смотрел, как она, порывшись, извлекла оттуда пару купюр и сунула проходившему мимо официанту.