Вишенка в паутине (СИ)
— И стал дожидаться, пока «будущей жене» свернут шею, — со злорадством подсказала госпожа Мортир.
— Тактически отступил! — обиделся мужчина, видимо продолжая недавнюю перепалку. — Я же знал, что ховинец женщину за угрозу не считает, что пистолет при тебе, и что ты уже за ним руку запустила… Вот и отвлёк внимание на себя. Думаешь, мне в кайф было под прицелами автоматчиков прыгать?
— Ты спровоцировал панику среди постояльцев и давку! — переводчица неодобрительно засопела, натягивающая на себя потрёпанный брючный костюм. — Кого-то из гостей могли ранить! Хьюмо чуть не затоптали!
— А как бы я ещё психанувших солдат нейтрализовал?
— А как ты это на заданиях делал?
— Нас в группе двенадцать было! И в арсенале не только благие намерения…
— Госпожа застрелила офицера, а автоматчиков смела толпа? — наморщил лоб парень, стараясь не то чтобы влезть в почти семейное выяснение отношений, но хоть в целом прояснить для себя ситуацию.
— Их нейтрализовал кто-то из толпы, — пожевав губу, выдал свободный. — Думаю, соглядатаи твоей кураторши от происходящего не в восторге были, но бездействовать уже не могли.
— Димар Никти… — задумался парень. — Очень вовремя появился… Он агент министерства? Вы видели его в деле?
— Ты что, тоже считаешь, что у меня глаза на затылке? — тяжело вздохнув, сложил руки на груди Роуди. — Я тебя на улицу выпнул, женщину свою вытащил… Мне как-то некогда было по сторонам глазеть. А потом ещё с твоей бесчувственной тушкой пришлось через весь город петлять. Хорошо, что у фирмы, куда я деньги вкладываю, в нижней Шерре арендовано жильё для командировочных… А некоторые упрямые и самодостаточные сюда ещё и идти не хотели, — не удержавшись, пожаловался директор, искоса взглянув на хмуро молчащую переводчицу. — Ками, ну, хоть сейчас признай, ведь я был прав? Здесь тихо, безопасно, здесь… Ками? — настороженно замер мужчина, забыв, что ещё хотел сказать. — Ками, тебе плохо? Где болит?! — темнея на глазах, подхватил он падающую с табурета женщину.
— Нет, нет, ничего… Просто голова закружилась, — крепко зажмурилась, а потом, резко открыв глаза, попыталась стряхнуть накатившую слабость госпожа Мортир. — Перенервничала, наверное… Мало ела, не спала, много бегала… Дай-ка, я встану… Ух, а вот это что-то новенькое, — удивлённо моргнула она, поняв, что ноги не слушаются, и строгая вертикаль ей, похоже, сейчас противопоказана.
— Ками-со, чем вам помочь? — подал голос Хьюмо, помогая свободному разместить хозяйку на кровати, на которой недавно лежал сам, и зажигая в комнате дополнительное освещение. — Принести воды? Если хотите есть, я приготовлю, — в полной решимости закрутился он, соображая, есть ли вообще в этом доме продукты и если да, то где они могут быть?
— Воды можно, — сквозь накатывающую дурноту слабо улыбнулась женщина. — Бутыль в другой комнате, под столом.
— Чашки в нише, только от пыли сполосни сначала, — подсказал Роуди, думая о чём-то своём и, к удивлению Ками, даже не собираясь хохмить на счёт обмороков и кисейных барышень.
— Ну что? Что ты на меня так смотришь? — вздохнув, приподнялась на подушках переводчица. — Да, я, похоже, не такая крепкая, как ожидала. Не каждый день меня убивают, я убиваю… Ты привыкший, а мне сейчас на самом деле очень хреново. Но я попью водички, пару часов посплю, и всё пройдёт…
— Ками… Если б тебя от шока выворачивало наизнанку, трясло, если б ты рыдала или впала в апатию, я бы понял. Но паралич… потеря координации… поднимающаяся температура, — киллер убрал руку от её лба и, встав, заходил по комнате.
— Хочешь сказать, что я в лагере подцепила какую-то заразу? Или меня укусил ядовитый жук?
— Не знаю… Как-то быстро всё и не вовремя, — задумавшись, нахмурился он.
— Вода, — Хьюмо вернулся с полным стаканом и, помог женщине сделать пару глотков. — Ками-со, только не умирайте!
— Малыш, да ты чего? — поперхнулась последним глотком госпожа Мортир. — Так, ну-ка прекращайте! Оба! И лица сделайте попроще, — недовольно морщась, прикрыла она ладонью болезненно реагирующие на свет глаза.
С послушанием в коллективе было явно плохо. Вместо того чтобы выдохнуть, директор цепко ухватил ее руку и с нездоровым интересом стал рассматривать тыльную её часть.
— Ять! Не показалось… — с чувством чертыхнулся он, тыкая пальцем в небольшой порез на запястье. — Откуда?! Когда ты успела?!
— Гард, чего ты психуешь, у тебя крыша поехала? — освободила свою ладонь из цепкого захвата женщина. — Это просто царапина!
— Каёмка ярко-бордовая, а от неё кровоподтёки под кожей волнами… И чувствительность вокруг нарушилась, так?
— Что это значит? — не выдержал парень, переводя тревожный взгляд от красной чёрточки к лицу свободного. — Это плохо?
— Это яд, — стиснул зубы Роуди. — Быстродействующий с летальным исходом. Такой у спецслужб входу и очень креативных отморозков.
— Но как..? — недоверчиво, потрогала ладонь Ками.
— Да не важно сейчас, — мотнул головой киллер. — Антидот надо, срочно. Иначе пара часов — и задохнёшься.
— В больницу! — встрепенулся Хьюмо, вертя головой и соображая, как сделать носилки. — Вы знаете, как дойти? — уставился он невменяемым взглядом на директора.
— У гражданских такого нет, в лагерь надо, у военных должно быть… Транспорт нужен… не гужевой, — оценив бледный вид женщины, принялся сбивчиво рассуждать вслух Роуди.
— Гостиничный автобус, — подал голос компьютерщик.
— Он раньше восьми утра не отправляется, — мало-помалу приходя в себя, напомнила Ками. — Пока всех переводчиков соберёт…
— Угнать! Прямо сейчас, — плохо понимая, что ему говорят, оборвал её рассуждения мужчина. — Значит так, — принялся он собираться, вытаскивая что-то из внутренностей стола и распихивая по карманам. — За час я добегу до гостиницы, ангар, водитель, автобус — возни минут на пятнадцать, до вас на транспорте — ещё пятнадцать…
— И до лагеря на всех парусах — ещё полтора часа, — кисло закончила госпожа Мортир, зажимая руками пылающую голову.
— Ты сильная, продержишься, — почти с угрозой рыкнул киллер, не желая принимать временные рамки, которые сам же и обозначил. — Хьюмо, смотри за ней! Если я к четырём утра не вернусь…
— Может, лучше вот так попробуем? — парень, нервно перебивая свободного, вытащил из подкладки пиджака сложенный вчетверо клочок бумаги и протянул бывшему коллеге.
Антидот
Показывая бумагу с адресом гостиницы, где поселился военный врач из лазарета, Хьюмо ожидал, что его сейчас пошлют. Экс-киллер был уже на низком старте и в состоянии не слишком расположенном к диалогу. Да и лучший ли это был вариант? Гоир Мелди приглашал в гости просто так, чаю попить, и не соглашался в случае Армагеддона быть спасателем. Но Роуди, глянув на каракули и что-то прикинув, корректировку принял, сгреб женщину на руки и направился к выходу. Хьюмо досталась сумка с вещами.
Добираться до медика было явно проще и быстрее, чем умирать на марш-броске, верша заранее провальный подвиг. Оставалось только не заплутать и надеяться, что рассуждения Роуди верны: у врача должен быть свой транспорт, а, возможно, и средства поддержать пациентку во время транспортировки.
Для Хьюмо бежать следом было легче, чем думать о будущем. Необходимость находить и читать названия улиц, таблички домов, пытаться сопоставить направление и указатели отвлекала от свинцовых мыслей, стучащихся в голову. Как оказалось, директор примерно представлял себе район, в который нужно было попасть, и знал, что это где-то рядом, но без сбоев всё равно не обошлось. Пару раз они пролетали нужный поворот, кружили и возвращались на три двора обратно, чтоб попытать счастья на другой извилистой, узкой улочке.
Хозяйке за полчаса метаний лучше явно не становилось. Она всё чаще теряла сознание, повисая на руках безвольной куклой. Тело её почти не слушалось, но экстренно приводя Ками в чувства, директор ещё мог добиться связной речи и перевода некоторых фраз. Язык экс-киллер по долгу службы знал, но не так основательно, как госпожа Мортир, и больше в разговорной форме. А вот спрашивать было как раз и некого: четыре часа утра — самое тихое время. Ломиться в дома означало нарваться на конфликт. Просить одолжить единственную лошаденку с телегой трём иностранцам ради мира во всём мире с порога тоже не стоило.