Вишенка в паутине (СИ)

— В школе про себя нельзя было думать, — пожал плечами Хьюмо. — А чтоб удовольствие получить, да ещё и с целым задом остаться…
— Хочешь сказать, тебе сейчас вспоминать приятно? — склонила голову набок Ками.
— Главное, что не противно, — решился на честный ответ парень. — А можно спросить? Что вы хотели сказать тогда, в машине?
— А-а-а, про госпожу Хим, — хмыкнула Ками. — То, что тебе общаться надо с нормальными людьми, а не только со мной. А то крыша поедет.
— Но ведь до сих пор не поехала?
— Ты меня плохо знаешь, — бросила насмешливый взгляд хозяйка. — Думаешь, почему в этой квартире мужика постоянного нет? Слишком разборчивая? Не-а. Просто запросы у меня нестандартные, а разочаровываться надоело.
— Вы по-другому не можете? — осторожно, на грани фола поинтересовался Хьюмо.
— Без извращенного секса? Могу, конечно, — прыснула женщина, смахивая в руку крошки со стола и ссыпая их в тарелку. — Я же не маньяк. Но мир становится сразу серым и скучным, как выцветшее черно-белое фото… Видел такие в музее? Нет? Да и ладно. Пойди, займись чем-нибудь. Мне поработать надо.
Выпроводив парня, Ками переоделась и, для успокоения совести действительно полистав документы, крепко задумалась о жизни. О её продолжительности, если и дальше ничего не предпринимать.
Капитан безопасников вчера рассуждала очень уверенно и про контроль и про безопасность, но насколько честно? Могла ли её девочка хакер действительно остановить машину? Или без внезапно прорезавшегося таланта Хьюмо сейчас в городском морге было бы два обугленных трупа?
И вот сам этот талант… При всем желании студент ведь не сразу соображать начал, а только когда апокалипсисом по маковку накрыло. Высокопоставленная гостья моментом и глубиной озарения на допросе с пристрастием интересовалась… И малыш опять ничего внятного не мог сказать. Ками потерла лицо и задумчиво остановилась возле одной из ваз, перетряхивая композицию из сухоцветов. По всему выходило, что память у него мерцает во время сильного стресса или, скажем так, под специфичными средствами. И все эти проблески сознания касаются только рабочих навыков. Никаких имён, лиц, фрагментов свободной жизни… Кому до такой степени мог помешать пустой болванчик, чтоб задействовать на его изъятие такие ресурсы?
Скосив глаза на новенький пискнувший планшет, Ками наткнулась на сообщение от команды Зулы Ордис. Совсем не радостно, но люди хотя бы работают…
— Анри, я тебе сейчас кое-что скину, посмотри, — независимое мнение сейчас было особенно важным.
— Что? Тебя пытались вчера убить?! — через пару минут ознакомления с материалом, что-то кажется разлив, закашлялся на другом конце провода компьютерщик. — И ты мне даже не позвонила!
— Не до того было, правда, — сконфуженно призналась госпожа Мортир. — И убить всё же хотели Хьюмо, а меня так, за компанию… Ты лучше скажи отчёту безопасников верить можно? Если я опять в эту машину сяду, дальше первого столба уехать смогу?
— Автопилот тебе на всякий случай уже заблокировали, систему почистили… так что, да. Осталось только личные коды доступа сменить и больше никому их не показывать, — деловитым тоном отчитал подругу компьютерщик.
— В смысле?
— Ками, ты сама отчёт читала? — в голосе господина Боума прорезались поучительные нотки. — Твою машину вскрыли не из вне, а изнутри… Отомкнули дверь твоим личным кодом, им же запустили центральный компьютер, подсадили вирус, задав убийственную программу автопилоту.
— Когда? Когда такое можно было провернуть? Ночью?!Пока я была на работе?!
— Не об этом думать надо, — вздохнул Анри, роняя телефон, а потом, видимо, выуживая его из- под стола. — Вспоминай, кто видел, как ты вводишь код!
— Ну…
— Что, Ками, ты фоновую защиту не включаешь? Набираешь в открытую?! — заистерил коренной житель виртуальной реальности, шокированный варварским нарушением основы основ.
— С чужими закрываюсь, а со своими… не всегда.
— Я вот ни разу не видел, — что-то припоминая, засопел Анри.
Ками прокрутила в голове пару эпизодов, когда приходилось буквально за руку переводить увлеченного беседой компьютерщика через дорогу и пол вечера искать его платежную карту, которая в итоге оказалась в кармане… И промолчала, не удивившись провалам в памяти. Но безмятежной рассеянностью, похоже, страдали не все.
 
— Хьюмо, — парень нашёлся на ковре возле дивана, листая фильмы, загруженные на личный планшет. — Поговорить надо.
Взглянув на хозяйку, раб оценил степень серьезности и занял стандартную позу на коленях.
— Ками-со, я опять успел провиниться?
— Да хрен его знает, малыш, — присела на диван женщина. — Ты код от моей машины знаешь?
— Вы при мне набирали, — признался студент, внешне спокойно, но четко отслеживая чужую реакцию.
— То есть, да? — вздохнула Ками. — Информацией с кем-то делился?
— Нет.
Больно делать не хотелось. Не сейчас, не в таком настроении. Госпожа Мортир наклонила голову, ловя напряженный взгляд своей игрушки.
— Сделаем вид, что я не расслышала. Ещё раз…
— Ками-со, я дурак, а вы меня сейчас убьете.
— Так… — женщина уперлась локтями в колени и помассировала пальцами виски, разглядывая прикусившего губу невольника. — Малыш..! Черт с тобой… на сегодня амнистия. Говори!
***
— Без вещей? — удивился господин Боум, встречая на пороге чужую собственность. — А Ками не зайдет?
— Нет, она… торопится, — Хьюмо задержался в прихожей, снимая ботинки. — К вечеру обещала забрать.
— А чего смурной такой? Наказали?
Хозяин квартиры спрашивал с такой неловкостью и сочувствием, что рабу захотелось рассмеяться. Казалось дикостью, что до сих пор где-то есть такие люди, которые тушуются и краснеют при виде ошейника.
— Нет, Ками-со сегодня даже пальцем не тронула и не ругала.
— А что тогда?
Хьюмо скептически глянул на проводившего его в комнату мужчину. Невероятно, но факт: свободному, и правда, было дело до хмурых бровей невольника.
— Я про код от машины в борделе сболтнул одному чел… рабу, — плюнув на все, признался парень. Окончательно размякая от выданных ему домашних тапочек и пакетика соленых орехов. — Теперь Ками-со думает, что он причастен к покушению, и… и… на ленточки его порежет.
— Ками? Да нет, ну что ты, — недоверчиво заулыбался господин Анри. Хьюмо поймал себя на мысли, что так улыбаются маленькие дети, которым говорят, что тигр — опасное животное. — Ками — очень сознательная гражданка. Я уверен, она с твоим другом просто хочет пообщаться.
  
Золотая карта
 
Номер экстра-класса со стенами цвета ягодного мусса, добротной мебелью, джакузи и ненавязчиво расположенными креплениями для человеческих тел был одним из лучших на этаже.
Госпожа Мортир обычно выбирала что-то попроще. Главное ведь что? Чтобы мальчик был подходящий, а антураж не так уж важен… Но сегодня можно было шикануть: во-первых, золотая директорская карта, а во-вторых… после намеченной игры вряд ли её в этот бордель снова пустят.
— Госпожа, — низкий бархатный голос, томный, гипнотизирующий взгляд из-под густой челки, легкая улыбка с ироничными складками в уголках рта, татуировка…
Роук. В каталоге имён нет, но Хьюмо, кажется, называл его именно так. Всё правильно, она не перепутала.
— Чего такой радостный? Любишь, когда тебя раскладывают в люксе?
— Я могу говорить откровенно? — проникновенно выдал брюнет, заглядывая в глаза состоятельной клиентке.
— Конечно, — заверила его Ками, доливая себе бодрящий напиток из дорогущей бутылки. — Только так мы сегодня и будем разговаривать.
— Я счастлив принадлежать такой шикарной женщине. Позвольте сделать вам приятно…
Ками смотрела на грациозно подбирающегося к ней невольника как на гусеницу, ползущую под асфальтовый каток: с любопытством и недоумением. Даже если бы она сейчас не была зла как тарукская нежить и в самом деле пришла просто развлечься, всё равно не позволила бы сходу сесть себе на шею.