Как притворяются лжецы (ЛП)

Боже.
Почему это не могло быть что-то классное, вроде «Звездных войн» или «Планеты обезьян»?
На долю секунды хочется наклониться и спросить Дафну, что она здесь делает одна, но передумываю; она выглядела подавленной, когда я подошел к ней у прилавка с закусками, но на самом деле — мне действительно нужны были эти салфетки.
Перед нами ряд фильмов продолжается. Праздничные, комедийные и зомби-аттракционы быстро мелькают на двухэтажном мегаэкране внизу, но я не обращаю ни малейшего внимания. Нет. Вместо того чтобы быть прикованными к экрану, мои предательские глаза тратят свое время на то, чтобы украдкой поглядывать на Дафну.
Они следят за ее движениями, когда она, наконец, ставит большую банку с попкорном на твердый бетонный пол у наших ног. Они наблюдают, как она расстегивает молнию на своем пуховике, сбрасывает его с плеч, затем поворачивается всем телом, чтобы накинуть жилет на спинку сиденья. Даже в полутемном кинозале я замечаю, как напрягаются ее соски под тканью пушистого свитера цвета лаванды, когда она выгибает спину.
Ее грудь.
Черт, что я делаю, пялясь на ее грудь?
Заводишься, вот что.
У меня не было секса с тех пор, как я порвал со своей бывшей девушкой Шарлоттой восемнадцать месяцев назад, и не было настоящего свидания более десяти месяцев; на случай, если кто-то захочет проверить математику, это примерно триста четыре дня упущенных возможностей. Плюс-минус.
И да — я считал.
Дафна не снимает свою серую зимнюю шапочку, ее длинные каштановые волосы обрамляют одно из самых красивых чертовых личиков в форме сердца, которые я когда-либо видел, и блестят в меняющемся свете большого экрана.
Очки в черной оправе, которых на ней не было в тот вечер, резко контрастировали с сексуальной, уверенной в себе Дафной, которая была со своими друзьями в винном баре. Не поймите меня неправильно; она была достаточно мила, но эта Дафна обычно не уделяла мне времени.
Эта Дафна… лучше.
Повседневная. Мягкая. Доступная.
К тому же, она пришла на гребаные «Звездные врата» одна субботним вечером. Кто так делает?
Я имею в виду — кроме ботаников вроде меня.
Не такие красивые девушки, как Дафна, с полным социальным расписанием. Девушки с великолепными телами и лучшими характерами. Любящие веселье. Девушки, у которых парни выстраиваются в очередь за их телефонными номерами — и я это знал, потому что видел это собственными глазами в прошлые выходные.
Бросаю на нее еще один любопытный взгляд, задаваясь вопросом, почему такая девушка, как она, не на свидании сегодня вечером. Я? С этим все просто: меня постоянно кидают во френдзону, потому что я милый. С лёгким характером. Я из тех целеустремленных парней, которые не тратят время на свидания, и меня скорее можно застать сопровождающим на школьных танцах моих младших сестер, чем приглашающим кого-то на свидание.
Итак, понимаю, почему я здесь один, но почему она?
Она поворачивает голову, и наши взгляды встречаются, когда она наклоняется, чтобы поднять с пола ведерко с попкорном. В темноте вижу, как ее губы изгибаются в дружелюбной улыбке; взгляд Дафны задерживается на мне на несколько устойчивых ударов сердца, прежде чем она снова обращает свое внимание на экран. Ее рука роется в гигантском ведре с попкорном, словно девушка роется в поисках зарытого сокровища.
Она бросает зернышко в свой открытый рот.
Жует.
Глотает.
— Хочешь немного? — шепотом предлагает она, держа ведро между нами.
Нет, но я достаточно умен, чтобы знать, что когда симпатичная девушка предлагает тебе что-то — ты это принимаешь.
— Конечно, спасибо.
Она улыбается мне в темноте. Дружеская, платоническая улыбка.
Платоническая: история моей жизни.
Однако я не жалуюсь двадцать минут спустя, когда Дафна отчаянно хватает меня за плечо, в то время как вражеский корабль на экране (враг планеты Дакара) начинает атаку на полковника О'Нила. Вдалеке взрывается взрывчатка, и космический корабль разлетается вдребезги.
Это громко, кроваво и чертовски напряженно.
 
Дафна ахает, когда в кого-то на экране жестоко стреляют, ее пальцы крепче обхватывают мой бицепс. Еще один взрыв, и она утыкается лицом в плечо моей клетчатой фланелевой рубашки.
Немного мелодраматично?
Да.
Не все ли мне равно?
Черт возьми, нет.
Не колеблясь, опускаю голову вниз, и я вдыхаю ее запах. Она пахнет как рай; имею в виду, если бы рай пах маслом и шоколадом.
— Теперь я могу посмотреть? — Доносится ее приглушенный голос. Она одним глазом смотрит на экран. — Безопасно?
— Да, — моя грудь сотрясается от смеха.
Тогда Дафна садится, но продолжает держаться за мое предплечье.
— Извини за это. Иногда я становлюсь немного… — Ее рука без необходимости опускает рукав моей рубашки, чтобы разгладить несуществующие складки, а затем — это мое воображение, или ее пальцы действительно пробегают по всей длине моего предплечья? Клянусь, она просто сжала его.
Прикусив нижнюю губу, она одаривает меня невинной улыбкой в темноте, заставляя мое сердце совершать какие-то странные действия в груди.
Не говоря уже о шевелении других предметов у меня в штанах.
Если бы я был девушкой, то охнул.
Дафна Уинтроп, возможно, девушка моей мечты.
  
Глава 2
 
Дафна
Не буду отрицать — я почти ни минуты не посмотрела того фильма.
Почему?
Меня отвлекал Декстер.
Судя по тому, как он нюхал мою шапку, когда я опиралась головой на его плечо, думаю, он тоже особо фильм не смотрел.
На самом деле, я предполагаю о Декстере многое: например, его пунктуальность. Он выглядит так, как будто всегда приходит вовремя. Говорят, что по одёжке встречают, но тот свитер и рубашка, в которых он был на прошлых выходных в баре, подсказывают, что он, наверное, знаком с чем-то благопристойным и несколько сухопутным.
Полагаю, ему нравится структура и порядок.
Подозреваю, он воспринимает жизнь слишком серьёзно.
Немного худощавый, тихий, замкнутый — он явно не тот парень, которого девушка пригласит домой. Декстер точно не тот, от кого бы девушка вздыхала, не сексуально имею в виду.
Но всё же…
Когда начинаются титры, мы остаемся сидеть, следя за именами, которые медленно перемещаются по огромному экрану. Я обращаюсь к Декстеру:
— Что думаешь о той части, когда они нашли устройство межзвездной телепортации? — Иногда я бываю такой занудой.
— Если честно, я бы не отказался от такой штуки, и мне не стыдно это признать, — отвечает он, когда бра на стенах зала приводят в движение людей вокруг, все встают и направляются к выходу.
— Мы могли бы сразиться, если бы у нас обоих были световые мечи.
— Это Звездные войны, — говорит он.
— И что?
— Ты не можешь смешивать Вселенные, — говорит он с упреком в голосе. Как будто я должна знать это и так.
Я делаю длинный, драматический вздох.
— Правда. Но, наверное, ты говоришь это только потому, что не хочешь, чтобы тебя уложила принцесса Лея. Я бы тебя уничтожила.
Декстер смеется, откидывая голову на мягкое кресло.
— Ты серьезно? Я бы заплатил, чтобы увидеть тебя в образе принцессы Леи.
Мои глаза, должно быть, расширяются от удивления, потому что он сжимает губы и смущенно отводит взгляд.
Мы сидим в дружелюбной тишине несколько секунд, прежде чем я нарушаю её.
— Не кажется ли тебе странным, что двадцать лет назад технология в этом фильме была передовой?
Это приводит его в восторг.
— Точно? Представь, насколько потрясающим был бы фильм, если бы его пересняли.
— Я думала об этом же!
— Не осуждай, но у меня на рабочем столе стоит небольшая армия штурмовиков из Звездных Войн. Мои сестры подарили их мне на Рождество несколько лет назад. Они выглядят так круто на компьютере.