Сень (СИ)

Идею, высказанную Берией, о полной ликвидации Украины как отдельной республики, Сталин отверг, прием по причинам строго внешнеполитическим: лишний голос в ООН был нелишним. Но «вольности» Украины (как и Белоруссии) во внешнеполитической области, были существенно ограничены, и в первую очередь в части внешней торговли: она стала полностью подчинена Министерству внешней торговли СССР. И торговля уже «артельная» тоже оказалась под жесткими ограничениями. Таня была этому обстоятельству совершенно не рада, но все же для нее (а, откровенно говоря, для фармацевтической промышленности) были в законе сделаны определенные послабления: во Внешторге было организовано специальное подразделение, которое было обязано удовлетворять любые ее пожелания. Но, как водится, «жалует царь, да не жалует псарь» — и существенная часть Таниных заказов выполнялась с существенными задержками, а часть — вообще не выполнялась. Просто потому, что «на всех валюты не хватает», а новые продажи на рубеж артельной продукции практически остановились…
По этому поводу у Тани со Сталиным и Берией состоялся отдельный разговор, однако пока изменений ситуации не произошло. И девушку это не радовало — и именно это обстоятельство сало главным поводом созыва специального совещания по проблемам «здравоохранения и фармацевтики».
Еще лето пятьдесят пятого отметилось тем, что уровень преступности в стране резко упал: во всех республиках этим вопросом активно занялось МГБ, а эти ребята получили очень действенное средство расследования. Любой отловленный преступник «вдумчиво расспрашивался» с применением этого «спецсредства» на предмет «преступных связей» — а дальше следователи просто шли по цепочке и арестовывали всех причастных. Новый закон о повышенной ответственности за создание и руководство преступными сообществами отправил в страну вечной охоты сотни «воров в законе», и единственное, что сильно не понравилось товарищам Сталину и Берии в этом деле, было то, что больше половины выявленных «охотников» было из числа «нацменьшинств». Однако и этот факт привел лишь к локальному ужесточению законодательства в национальных республиках, в частности в Грузии и в Армении высшая мера социальной защиты теперь применялась даже к организаторам мелких банд картежных мошенников. Ну а то, что материалы расследований и судебные приговоры широко освещались в прессе, сделало занятие преступными делами весьма непопулярным видом бизнеса…
«Популярность» же РСФСР и БССР в широких народных массах объяснялась довольно просто: именно в этих двух республиках артельное движение было на самом деле массовым, просто потому, что большинство новых артелей создавалось за счет финансирования их «старыми» артелями — а они их создавали исключительно в своих республиках. И там же в основном и продавали готовую продукцию, хотя значительная (а «в деньгах» так и большая) часть этой «продукции» вообще делалась не для домашнего использования. Весной заработал артельный автобусный завод в Клину — но автобусы он делал даже не для перевозки пассажиров общественного транспорта, а для перевозки школьников в деревнях. Ведь деревень было много, и большинство деревень были маленькими, в них и школы-то строить особого смысла не имело. Особенно не имело смысла, если дюжину школьников из этой деревни можно было минут за пятнадцать перевезти в соседнее село с нормальной школой…
А это теперь стало особенно важно, ведь школьников становилось все больше и больше, и стране учителей для них не хватало. То есть не хватало бы, если учителей направлять в школы с десятком учеников на семь классов — а так страна как-то, но справлялась. Наверное, справилась бы и имея десятки тысяч и прежних, «малокомплектных» школ — но ведь школам не только учителя требовались. И даже не столько учителя…
Во время очередной «закрытой» беседы Таня с некоторой печалью сообщила, что «к сожалению, долголетие нельзя сделать наследуемым», а приступать к активному «продлению жизни» людей можно лишь при достижении детьми возраста лет двенадцати-тринадцати. И «процедура» занимает примерно восемь месяцев, за которые каждый ребенок должен получить штук пятнадцать специальных «прививок». То есть пятнадцать инъекций, для проведения которых Таня наладила производство безыгольных инъекторов. Проблемой было лишь то, что «годность» каждого конкретного ребенка для начала процедуры могли определить лишь специально подготовленные медики (слава богу, как заметила товарищ Серова, для этого достаточно и медсестер), да и каждую «прививку» следовало делать лишь при определенных кондициях здоровья. Так что одних «детских медсестер» только для школ нужно было подготовить гораздо больше сотни тысяч, а со школами малокомплектными их бы потребовалось вдвое больше, к тому же половине из них и работы было бы на пару недель в году — так что «школьные автобусы» оказались более рентабельным и очень своевременным решением этой небольшой проблемы.
 
Пока небольшой, все же население СССР росло очень быстро. По сравнению с «рекордным» пятьдесят третьим годом число новорожденных все же снизилось на пару миллионов человек, но вот смертность в трех республиках (в России, Белоруссии и Казахстане) упала более чем вдвое. И на совещании Иосиф Виссарионович особо поинтересовался у директора ВНИПИ, чем обусловлена подобная «избирательность».
— Боюсь, что мой ответ вам не очень понравится, но закрывать глаза на правду лишь потому, что правда эта не очень соответствует догмам ленинизма, было бы преступлением против народа. Так что слушайте молча, поскандалить потом сможете. В России и Белоруссии население поголовно верит врачам, причем независимо от национальности этого врача. В Казахстане — тоже верит, хотя и далеко не все население, но там все же русские составляют почти половину, а казахи, плотно с русскими работающие, очень активно перенимают наш менталитет — в том числе и в отношении медиков. Что же до Украины — и тут я специально ограничиваюсь лишь оставшимися в республике областями, включая Галичину — большая часть населения считает правильным все делать «назло москалям». Объяснять таким, что «москали что-то делают и для их блага», я считаю излишним…
— Вот последнее — категорически неверное решение, я бы даже сказал решение… — начал было Сталин, но договорить ему Таня не дала.
— Это вообще не решение, ВНИПИ просто не занимается такой работой. Такой работой должны заниматься местные власти, и в первую очередь, органы партийные, для которых именно идеологическая работа является основной деятельностью — и качество их работы вы сами теперь видите. А задача ВНИПИ — производство фармпрепаратов, и я просто не могу понять, как химик-технолог, месяцами не вылезающий из цеха где-нибудь в Красновишерске, может сагитировать селюка в Кировоградской области.
— Ладно, мы учтем…
— Учтите. А так же учтите, что против советской медицины ведут активную агитацию разные муллы в среднеазиатских республиках. Поэтому в Алма-Ате и Ташкенте наши успехи в продлении жизней взрослым — в том числе и коренным жителям республик — заметны невооруженным взглядом, а уже в небольших городах, не говоря уже о деревнях, прогресс в этом отношении нулевой. Здесь я могу предложить довольно действенное решение, но захотите ли вы его внедрить в жизнь…
— И какое решение вы считаете действенным? — поинтересовался Струмилин. Он все произносимое Таней тщательно конспектировал, и не потому, что считал это истиной в последней инстанции, а потому, что предполагал все это тщательно просчитать и позже, уже с цифрами на руках, обсудить с ней очередную идею уже более детально. Причем, как показывала практика, половину ее предложений затем отбросить из-за невозможности или, реже, нецелесообразности их воплощения в жизнь.
— У нас почти нет проблем с нашей работой в Азербайджане, и Азербайджан — единственная республика, где наша работа не очень заметна лишь потому, что там и так уже здравоохранение прекрасно функционирует. А причина проста: в Азербайджане основная религия — ислам шиитского толка. А шииты — в отличие от тех же суннитов — своим последователям внушают несколько иные подходы к толкованию Корана. То есть они, конечно, тоже считают Коран священной книгой, но пастве внушают мысль о том, что люди просто Коран могут неверно интерпретировать. То есть у шиитов не Коран неправильный, а люди пока еще недостаточно мудры, чтобы его верно понимать — а это дает в том числе и нам широкие возможности «правильной интерпретации». По согласованию с верховными религиозными деятелями шиитов, конечно — но там большинство людей все же вполне вменяемые. А народные массы в среднеазиатских республиках в тонкостях религиозных догм вообще не разбираются, и если азербайджанские и даже персидские имамы заменят суннитских в среднеазиатских республиках, то прогресс мы увидим в самое ближайшее время.