Внешность может обмануть (СИ)
— Сегодня ездил квартиры смотреть. Есть неплохой вариант с двухкомнатной квартирой. В трех остановках отсюда. На Горской, — сказал он.
— А мама не звонила?
— Звонила. Мы с ней договорились встретиться послезавтра. Я думаю, вначале надо на новом месте обустроится, а только потом уже с ней разбираться.
— Еще не решил, что будешь делать?
— Решил, но пока не хочу говорить ей. Пусть помучается неизвестностью.
— Жестоко.
— Имею на это право. Или думаешь иначе?
— Нет. Но на тебя не похоже, — ответила я.
— На работе я именно такой. Это дома старался быть мягче.
— А сейчас смысла в этом нет, — поняла я.
— Да. К тому же эта мягкость никому не нужна. Как у тебя сегодня день прошел?
— Нормально. Я новую куртку купила и сапоги.
— Покажешь?
Пришлось идти хвастаться. Папа одобрил обновки. Потом начал рассказывать про квартиру, в которую собирался перевезти завтра вещи.
— Я завтра вечером не могу. Борис меня в театр зовет.
— В театр? Культурная программа? Или он тебя тянет в свои дела?
— Предлагает заплатить. Нет, настаивает. Я не знаю, стоит ли соглашаться или отказаться.
— В последний момент? — спросил папа, не скрывая того, что это явно плохая идея. — Он обидится. Я тебе советую пойти и от денег не отказываться.
— Думаешь, что мне нужно продолжить с ним общаться?
— Борис такой человек, что лучше с ним дружить, чем враждовать. У него сейчас не самое легкое время. Мать похоронил. Сын нервы треплет. Ему долго советовали отвлечься. Вот он и решил отвлечься с помощью тебя. Не совсем верно, но как есть. Через какое-то время ему это надоест. Он от тебя отстанет. Подыграй ему.
— Но деньги…
— Они у него не последние.
— Меньше всего я думаю о его деньгах. Это выглядит неправильно.
— Плата за нервы. А нервы он трепать умеет, — ответил папа. Вот тут возразить было сложно. Я согласилась с этими доводами, но осадок все равно остался. В итоге мы договорились с папой, что переедем послезавтра. А завтра у меня будет культурная программа.
Глава 13
У меня совсем не было настроения куда-то идти. Утром так и вовсе я поняла, что побаиваюсь Бориса. На первый взгляд он был обычным мужиком, который ездил на старой машине и ходил в забавных кофтах, в которых разве было на даче грядку копать. Но в нем было что-то такое, чего пугало. Во взгляде безжалостных глаз. Он ведь напоминал машину, готовую к решительным действиям вопреки интересам других. Мог спокойно переехать других людей, чтоб добиться желаемого. И это было неправильно. Неправильно и страшно.
Я смотрела на платье и не решалась его надеть. Папа после работы должен был отвезти свои вещи на новую квартиру, поэтому вечером обещал быть поздно. Вот я и сидела с кружкой кофе и смотрела на платье, которое ждало, когда я его надену.
Щелкнул замок в двери, заставляя обернуться в ее сторону. В квартиру зашел Борис. Как к себе домой. Хотя это и был его дом.
— Чего ждешь? Я думал, что ты уже готова, — сказал Борис.
— Не хочу никуда идти, — ответила я.
— Капризничаешь? Плохое настроение?
— По контрольной двойка. Теперь придется к зачету готовиться. А я надеялась на автомат.
— Уверен, что ты его пересдашь, — ответил Борис, доставая из шкафа костюм. — Одевайся, а то опоздаем.
— Я не хочу, чтоб ты меня в это впутывал.
— Во что?
— В твои дела. Ладно встречаться…
— У, какой у нас сегодня прогресс! Вчера ты хотела разорвать со мной отношения. А сегодня готова встречаться. Это взамен, чтоб я тебя не просил указывать мне маленькие услуги?
— Да. Борь, я хочу нормально жить, без страха завтрашнего дня.
— А чего ты его боишься?
— Кого потом ждать? Полицию или бандитов?
— Никого. Ты никому не будешь нужна, если сама не накосячишь, — сказал Борис, начиная снимать рубашку. — Что ты мне можешь предложить, чтоб я сегодня отказался от планов?
— Не знаю. А чего ты хочешь?
— Полноценное кино с твоим участием. Поласкаешь себя на мою камеру.
— Нет.
— Тогда пойдем работать, — он усмехнулся.
— Я тебя ведь могу послать со всеми твоими угрозами.
— Тогда твои фотки и видео отошлю всем друзьям. Оно тебе надо?
— А тебе зачем надо меня шантажировать?
— Нравится, — просто ответил Борис. — Так чего выбираешь? Ты мне можешь предложить только тело. Остальное меня от тебя не интересует. Так как?
— Хорошо, — ответила я, прикусив губу. — Играем в кино.
— Переодевайся. Вначале сходим в театр, а потом поедем ко мне.
— Но ты меня не будешь втягивать?
— Нет. Не волнуйся. Мы же с тобой договорились. Ты решила от меня спрятаться в ванной? Ириш, тебе ли меня стесняться? Я уже все увидел, что ты могла бы скрыть.
— У тебя взгляд такой, что ты меня готов съесть прям здесь.
— Есть? Всего лишь попробовать, — ответил Борис. Он подошел ко мне, чтоб помочь застегнуть платье. Прошелся руками по моим плечам, касаясь губами шее. — Не малюй лицо. Хочу видеть тебя без косметики.
— Почему?
— Я этого хочу, — ответил он.
— Хорошо.
— Кстати, у меня сегодня для тебя подарок, — сказал Борис, продолжая скользить губами по моей шее. Я уже надела платье. Он лишь рубашку. Поэтому теперь стоял в рубашке, трусах и носках. Со стороны мы выглядели странно, если не смешно. Борис протянул коробочку.
— Что это?
— А ты открой и посмотри.
В коробочке оказались золотые сережки. Длинные ниточки с золотой капелькой.
— Примерь.
— Неожиданно.
— Тебе должны подойти, — ответил Борис.
У меня было мало украшений. Они мне совсем не подходили по стилю, поэтому я о них не задумывалась. А тут мне вдруг захотелось стать именно девочкой, а не пацанкой.
Я подошла в ванну, чтоб там продезинфицировать замочки и сразу вставила серьги в уши. Теперь они болтались при каждом движение головы, щекоча кожу из-за слишком большой длины. Когда я вернулась в комнату, то увидела, что Борис уже переоделся. Окинул меня взглядом, довольно улыбнулся.
— Если готова, то пойдем.
— Хорошо, — согласилась я, понимая, что настроение начинает подниматься.
Странно было ощущать себя именно красивой. В красивом платье, с золотом в ушах и в удобных сапогах. Это были такие странные ощущения, что я наслаждалась ими, как наслаждаются всем новым.
— Что тебя нового с твоим кавалером? — спросил Борис, когда мы сели в машину.
— Ничего. Мы не созванивались сегодня.
— Почему? Разве влюбленные птички не стремятся первое время проводить как можно больше времени друг с другом? — спросил Борис.
— Мне некогда. Я с тобой сегодня еду. И у него дел много. Завтра надо будет к переезду готовиться. Папа квартиру нашел.
— Слышал.
— И мы бы сегодня переехали, если бы не твой поход в театр.
— Развлекаться иногда надо. Не все же дома вечера проводить. Может, тебе хотелось бы поехать куда-нибудь в другое место…
— Это куда? Только не говори про вечеринку. Мне последней хватило надолго, — ответила я. — Да и в театре я была в последний раз лишь в детстве. Надо посмотреть, как сейчас изменилось у меня к нему отношение.
— А тогда было какое?
— Мне понравилось. Показалось, что это чудо, — ответила я. — Потом хотела какое-то время стать актрисой, но это быстро все прошло.
— Ясно. Я в юности играл в самодеятельности.
— И кого?
— Отелло. Душил приличную Дездемону в порыве ревности. Намазал рожу гуталином и лез к ней целоваться, а она вырывалась и боялась, что я ее испачкаю, — ответил Борис. Улыбнулся воспоминаниям. Мне достаточно было представить эту сцену, чтоб рассмеяться.
— А ты ревнивый человек по жизни?
— Я же даю тебе гулять с другими.
— Так мало ли. Может, ты потом меня придушишь, — осторожно ответила я.
— Зачем? Тогда же я не смогу с тобой играть. А мне это нравится. Проще всего сломать игрушку и сложнее ее найти.
— Ты можешь ее купить.