Имеешь чувство юмора - имей и его последствия. Или они поимеют тебя (СИ)

========== Глава 1 ==========
В силу своей деятельности, Арсений Полтавцев мог засидеться за компьютером едва не до утра, если предстоял выходной. И сейчас сладко спал до полудня, совершенно ни о чем не заботясь. Но его приятному времяпровождению не суждено было продлиться долго — в дверь настойчиво позвонили.
Кое-как выбравшись из уютной кровати, молодой двадцатичетырехлетний парень натянул домашние шорты и поплелся открывать, потирая заспанные глаза.
Даже не глянув в глазок (охраняемый дом, видеонаблюдение, абы кого не пропустят), он отпер замок и распахнул тяжелую створку, уставившись на неожиданного гостя сонным взором. И очень удивился.
На пороге, с большой вместительной сумкой, стоял его давний друг детства, Димка Ерошихин, улыбаясь во все зубы.
— Привет! — радостно поздоровался парень и шагнул в квартиру, не особенно бережно плюхая баул на пол. Куда более аккуратно он пристроил на пуфике кофр с ноутбуком, после чего протянул ладонь для рукопожатия.
— Привет, — огорошено ответил Полтавцев, пожимая конечность. — Эээ… — больше он не смог ничего сказать, обозревая вещи и самого Ерошихина.
— У меня тут форс-мажор, — охотно объяснил Димка, начав разуваться. — Помнишь мою Лену? — Арсений кивнул. — Так вот, разошлись мы. А оплата за квартиру, за следующий месяц, аккурат сегодня. Она хочет снимать и дальше, а я свалил.
— Оу, то есть, ты… — Полтавцев сделал неопределенный жест рукой.
— Ну, да, прошусь пожить у тебя немного, пока не подберу другой вариант, — счастливо закивал Ерошихин и хлопнул друга по плечу. — К родителям не охота, мать всю плешь проест, ей Ленка уж очень нравилась.
— Все равно проест, когда узнает, — хмыкнул Арс и подцепил баул. — Не вопрос, вторая комната пустая, я в ней ничего не менял с твоего последнего визита. А чего разбежались-то? — он, кряхтя, потащил тяжеленную ношу в упомянутую комнату.
— Прошла любовь, завяли помидоры, — философски отозвался Димка, транспортируя ноутбук. — Мы столько ругались за последние два месяца, что уже дальше некуда. И решили, что все, пора в разные стороны. Точнее, она предложила, а я согласился.
— Может, она специально так сказала, дабы ты задумался о своем плохом поведении и начал исправляться, — мудро заметил Полтавцев, устанавливая баул на пол, возле шкафа. — Женщины, они такие, порой загадками изъясняются, как хочешь, так и догадывайся.
— Это верно, — не стал спорить Ерошихин, оглядывая свои временные пенаты. — О, новая картина! Красиво.
— На Аллейке купил, очень понравилась, — улыбнулся Арсений. — Ну, что, я умоюсь, поедим, потом вещи разберем?
— Ага, давай, — потер ладоши осчастливленный гость. — Жрать хочу, как бобик!
Отлучившись на несколько минут в ванную, Арсений вернулся к своему гостю.
Вместительная кухня, выраженная в вишнево-серебристых тонах, мгновенно оживилась двумя голодными товарищами, один из которых развил бурную деятельность по разогреванию готовых блюд и необременительной готовке свежих, а другой пристроился за кухонным столом, на уютном диванчике.
Арс запихнул в микроволновку вчерашние котлеты с картофельным пюре и принялся нарезать овощи и зелень на салат.
***
Ерошихина он знал с самого детства. Они жили в одном доме, ходили в один детский садик, затем школу и даже секцию айкидо. Сколько Арс себя помнил, с Димкой они дружили крепко.
Еще в первом классе, когда учительница рассаживала малышню по какой-то своей схеме, Ерошихин капитально заупрямился и заявил, что его соседом будет Арсений, и точка. Никаких девчонок или других мальчишек он там не потерпит. Учительница пришла в негодование, устроила скандал и тут же наябедничала завучу и родителям Димки. И проиграла бой с треском.
Завуч поджала губы и махнула рукой, предоставив детям и родителям самим решать этот вопрос, а Ерошихины живо объяснили молодой преподавательнице, что «…нечего ребенка ограничивать с первого дня, ребятки дружат, а вы мешаете! И что, что не с девочкой? Успеет еще с девочками!». На последней фразе отец Димки многозначительно усмехнулся, заставив училку поморщиться. Но протестовать та перестала.
  
До самого выпускного они так и сидели вместе, хотя Ерошихин мог бы давно поменять место дислокации. Несмотря на неброскую внешность, парень умел обращать на себя внимание женской половины искрометным юмором и харизмой.
Арсений, признанный красавчик всего класса, не торопился заводить себе личную жизнь. Он постоянно витал в облаках, что-то высчитывал, прикидывал, обдумывал, и оживлялся на нормальную беседу лишь в присутствии Димки, который таскал его за собой и не желал расставаться надолго. В смысле, больше чем на несколько часов, необходимых поспать или съездить к родственникам. Они даже уроки делали вместе.
Полтавцев уверенно шел на золотую медаль. Учителя едва не молились на гениального мальчишку, получавшего высшие баллы на всех олимпиадах по физике и математике. Ничуть не менее любимыми предметами, для Арса, были химия и история, биология, а затем анатомия. Однако хоть он и остался равнодушным к географии, русскому и литературе, но неизменно учил материал, уже по выработанной привычке.
Физкультура, пожалуй, могла основательно просесть в оценках, если бы шустрый Димка не втащил Арса в секцию айкидо. Благодаря тренировкам, на школьных занятиях физической культуры Полтавцев показывал весьма сносные результаты.
Сам Ерошихин учился довольно средне. Особой усидчивостью не отличался, отвлекался на миллион других интересных дел, но в девятом классе Арсений взялся за него всерьез, чтобы тот не провалил переходной экзамен. Благодаря его же усилиям, Димка неплохо сдал ЕГЭ и набрал приличный балл для поступления в ВУЗ.
На университетской стезе их дорожки разбежались. Полтавцев стремился в МГУ, его душа жаждала освоения тончайших компьютерных технологий. Димка поступил на лингвистический, но в тот же ВУЗ не попал, не хватило баллов. Пришлось выбрать другой.
Из-за сильной учебной занятости, они стали видеться значительно реже, точнее, Арсений почти отгородился от окружающих своими учебниками, под недовольное бурчание друга, который вел совершенно обычную студенческую жизнь, раздолбайничая на парах и собирая мозги в кучку перед сессиями.
Была у Полтавцева и еще одна причина, по которой он потихоньку старался свести общение к минимуму.
Лет в шестнадцать он поймал себя на том, что жадно и с волнением разглядывает обнаженные мужские тела в секционной душевой. А дома, смакуя увиденные подробности, неожиданно возбудился.
Испугаться юноша не успел. Его практичный, приспособленный к детальному анализу, ум тут же начал обрабатывать полученные сведения. Облазив определенные форумы и прочитав множество статей нужного содержания, Арсений пришел к выводу, что никак не является гетеро. Девушки его не привлекали, совершенно.
Пожав плечами, Полтавцев поплелся к родителям и честно заявил о возникшей проблеме. Матери и отцу он доверял безгранично. Предки, узнав не особенно приятную новость, постарались успокоить и попросили не волноваться. Либо, мол, пройдет, какие твои годы, либо что-нибудь придумаешь с личной жизнью, ты же умный мальчик.
Умный мальчик кивнул и с чистой совестью закинул перипетии своей ориентации на дальнюю полку, поскольку, пока тело не бунтовало в поисках партнера, можно было спокойно думать об учебе. Но уже через год пришлось расстаться с этой иллюзией.
То, что Ерошихин волнует Арса, совершенно не как друг, стало ясно с первого же прикосновения. Димка просто приобнял Полтацева за талию, беседуя с кем-то из ребят-айкидошников, ладонь соскользнула на бедро…и Арсений пропал.
Всю ночь ему снились мокрые сны с участием Димки, где Полтавцев горячо отдавался лучшему другу, шепча «люблю…». И испачканные трусы ранним утром, щеки, залитые румянцем стыда, отведенные глаза при встрече с объектом чувств…
Секцию айкидо Полтавцев бросил, мотивируя подготовкой к выпускным экзаменам. Димка не протестовал, ему и самому приходилось пропускать тренировки из-за возросшей учебной нагрузки.