Неожиданная помощница для босса (СИ)

— Господи, спасибо, что для Ольги Леонидовны деньги играют не последнюю роль! — я подняла глаза вверх и спародировала молящегося. — Ладно, своей тете я больше не удивляюсь, хотя все не могу понять, что же я ей такого сделала. Такое ощущение, что она на мне какой-то гештальт закрывает.
— Не исключено, — согласился Дима и, поднявшись со своего кресла, взял меня за руку. — Извини, я должен был хоть как-то тебе сказать о покупке квартиры. Возможно, даже еще до самой сделки, но уже ничего не исправить. Я не собирался давить на тебя тем, что часть твоей квартиры принадлежит мне — живи спокойно. Как будешь готова, продам без проблем. И не стесняйся, можешь спокойно квитки мне прислать, по которым мне нужно будет что-то оплатить из услуг. Все-таки я тоже собственник теперь.
— Ну уж нет, — воспротивилась я. — Ты и так сделал большой вклад. Спасибо большое, но по счетам платить буду я сама. В конце концов, в квартире живу только я.
Безумно хотелось возмущаться, что мне помогли без моего же ведома, и в таком щепетильном случае, так как никак компенсировать эту покупку я не могла, но пока я засунула гордость куда подальше. Купил и купил — нечего возникать, не подарил же он ее, сказав, что теперь я обязана выйти за него замуж, все бросить, родить семерых по лавкам и вовсю наслаждаться беззаботной семейной жизнью домохозяйки.
— Кстати об этом, может, переедешь ко мне? — выдернул меня из водоворота собственных мыслей Дима неожиданным предложением, и я слегка опешила, учитывая, о чем я думала до этого. Что? Куда?
— Зачем? — закончила я вслух свою мысленную тираду.
  
Глава 18.3
 
Битва за переезд разыгралась нешуточная. Бились логика, здравый смысл с гордостью и страхами. Мы с Димой проводили почти все вечера вместе, а учитывая постоянную транспортировку с работы, а иногда и туда, то мой переезд решил бы сразу несколько проблем и значительно сократил время, затрачиваемое на дорогу. Но мы только начали встречаться, а сожительство и сопутствующая притирка — серьезное испытание, которое проходят далеко не все отношения.
Но кто не рискует, тот не пьет шампанское. Сошлись на том, что я пока не буду сдавать свою квартиру, и в случае чего спокойно съеду обратно. В бытовое рабство меня брать не собирались — женщину, которая уже много лет приходила к нему пару раз в неделю и убиралась, тоже не хотелось лишать работы. Дальше была борьба с внутренним Плюшкиным: как взять все, но так, чтобы это было прилично, и в случае чего я смогла сама переехать обратно, без посторонней помощи. Хотелось бы, конечно, доверять своему партнеру, но этому еще нужно научиться.
Но, к счастью, все конфликты решались мирно. Мы оба не очень умели в отношения, но знали, что над ними нужно работать, а не устраивать буду из-за незакрытого до конца ящика комода или носков, лежащих у кровати, а не сразу в корзине с грязным.
Через пару месяцев я уже чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы сдать квартиру. Хотелось поскорее избавиться от долгов отца, но принимать финансовую помощь от Дмитрия я отказалась. И так уже помог сохранить кучу нервов (а, может, и не только их), выкупив долю тети. Да и сейчас я жила по факту в его квартире, тратя деньги только на продукты, и то, когда умудрялась первой оказаться у кассы. Дима поначалу сопротивлялся и этому, но после пошел на уступки, поняв, что я хотя бы для собственного спокойствия тоже хочу вкладывать в нашу… семью?
Пока в это верилось с трудом, но я действительно начала чувствовать нечто подобное от наших отношений, и на душе от этого становилось приятно тепло.
Одним прекрасным утром немного выбил из колеи звонок Лизы. Я аж неверяще уставилась на смартфон, прочитав на дисплее, кто мне звонит. И какой-то ностальгии ради нажала на кнопку приема звонка.
— Слушаю, — сухо ответила я. Несмотря на то что уже прошло порядком времени, раны от предательства были слишком глубокими, чтобы быстро зажить так, чтобы от них не осталось и следа.
— Привет, Алина, фух, что-то ты не звонишь, не пишешь, — радостно затараторила она, а у меня от удивления аж бровь задергалась, а не только глаз.
 
— А должна была? — я решила не давать слабину. Знаем таких, только моргнешь, а они уже снова на шее у тебя сидят. Интересно, что ей нужно? Долю уже продали, больше с меня спросить они ничего не могут. А в то, что Лиза просто соскучилась ни в жизнь не поверю — ей точно что-то потребовалось. Причем что-то очень важное, что она, переступив гордость, решила со мной связаться первой, а не дождаться, как я «подумаю над своим поведением» и приползу обратно с извинениями.
— Ну, как же, — уже менее задорно проговорила она, явно чувствуя по моему тону, что я ни капли не раскаялась и не рада ее звонку. — Мы же родственники.
— Мне тоже так раньше казалось, — хмыкнула я. — Пока вы не стали разрываться между вариантами: просто выселить меня на улицу или подселить же мне в компанию кучу нелегалов.
— Ой, это все проделки мамы. Я изначально была против, но не могла ей отказать. Если честно, то я с ней тоже перестала общаться.
— И что же случилось? — в последнее я еще была готова поверить, так как Лиза обладает довольно вспыльчивым характером, но уж явно не первое. Это было вставлено явно «для словца».
— Да она перестала деньги мне высылать, а, наоборот, заявила, что пора мне уже помогать. Она же хотела тогда разменять квартиру мужа и свою долю, чтобы купить дом за городом, но в итоге попала на черного риэлтора и оказалась и без денег, и без жилья. Сейчас пытаются через суд все вернуть, но все идет очень медленно. Живут пока у знакомых и требуют, чтобы я вернулась, якобы вместе из финансовой дыры легче выбираться. А я только закончила учебу, у меня столько перспектив в Европе, а они обратно тянули меня на дно. Вот я бы устроилась и помогла. Но из-за сложной политической ситуации мне было тяжело найти работу сразу. Надо было просто подождать, пока придет хорошее предложение.
— И как, дождалась? — хмыкнула я, внутренне поражаясь тому, как Ольге Леонидовне удалось вырастить точную копию себя, не желающую пожалеть даже собственную мать.
— Нет, деньги кончались, виза тоже, пришлось возвращаться в Питер. Остатки потратила на съем жилья.
— Ну, с возвращением, что ли, — ответила я, понимая, что Лиза ждет от меня какой-то поддержки, но я не хотела ей ее давать. Плавали, знаем.
— А ты все там же, помощницей секретаря работаешь? — перевела сестра тему, не дождавшись сочувствия, а я навострила уши от предчувствия.
— И да, и нет. Меня повысили, — не удержалась я от того, чтобы похвастаться. — На той должности я была временно, сейчас стажируюсь на руководителя отдела.
— О, классно. Поздравляю! — радостно воскликнула она, и пока я приходила в себя от ее неожиданной похвалы, она тут же вернула меня с небес на землю: — А возьми меня к себе. Я так и не нашла хорошей работы. Всем плевать, что у меня диплом международного образца, им опыт работы подавай.
— Ну, у нас пока свободно только место помощницы секретаря, — не удержалась я от ехидства. Девочка, попавшая к Любовь Павловне, оказалась достаточно бойкой и понимающей, поэтому она довольно быстро во всем разобралась. А еще до безумия любила есть всякую выпечку, поэтому место за ней было закреплено намертво. Нам же в отдел все еще требовались люди, но я не готова была сразу предложить Лизе такое тесное сотрудничество.
— Не, мне нужно что-то с зарплатой получше, — ожидаемо заканючила Лиза.
— Когда мне срочно нужны были деньги, я была согласна на любую работу, — не удержалась я от замечания.
— Ну, я не ты. У меня диплом все-таки получше будет, — не унималась сестра. — Тогда пусть он тебя и кормит, — я подвела итог. Проверку Лиза ожидаемо не прошла, так что пусть ищет работу сама.
— Ладно, ладно, я согласна, — резко сменила она пластинку. — Но с обязательным условием, что меня тоже вскоре переведут на должность получше.
— А этого я обещать тебе не могу. Тебя же всему с нуля учить надо, — выдала я чистую правду. Учитывая, что Лиза училась за рубежом, всем ее знаниям была грош цена — они не подходили под наши стандарты и правила. Все надо будет изучать заново.