Двуногое всесилие (СИ)

Деться тем было некуда совершенно. Могучая железная «птичка» проигрывала мне по маневренности и скорости, вести бой на сверхблизких дистанциях, да еще и с проигрышем по высоте летчики не умели. Вымазать им внутри всё слизью было вопросом пары секунд на машину, а «всё» в себя включало и самих летчиков. Незачем убивать тех, кто и сам теперь справится.
Теперь вниз, ломаным и непредсказуемым образом. Не то чтобы это имеет особое значение, снайперы, в отличие от вертолетов не летают и не могут оперативно сменить огневую позицию, но я никогда не любил давать кому-то дополнительные шансы. Тем более, когда у меня раненые.
Ну, не раненые. Выздоравливающие. Вон уже новое растёт.
Станция метро меня сначала поманила со страшной силой, но, подлетев, я от неё шарахнулся как советский человек от гомосексуалиста. В памяти почему-то резко возникли кадры недавнего нападения «Стигмы» на Стакомск, когда выяснилось, что каждая станция оборудована скрытыми огнеметными турелями. Спрятаться в чудовищно огромном подземном комплексе было бы для нас в данной ситуации первоочередной идеей.
— Приземляемся! — прошипел я, выполняя мягкую посадку и аккуратно подхватывая девчонок после своей трансформации, — Побежали!
— Что⁈ Куда? — проквакала Кладышева.
— В подъезд! — бодро рявкнул я.
— Зачем⁈
— Подождете там!
— Чего?!!
— Да твою мать, Ника! Меня!!!
— А ты куда?!!
— Дай мне её укусить!! — взвыла потерявшая терпение китаянка, — Заткнись, Ника!
— Я хочу знать, что он будет делать!
— Увидишь! — заорал я, закидывая девчонок в подъезд, — Держитесь там! И выбегайте, если что!
— Что «если что»?!!!
Это я уже оставил без ответа, потому как собирался отбежать всего на каких-то двадцать с лишним метров, а затем, воткнув клешни в асфальт, начать расшвыривать его куски по сторонам. Сила есть — ума не надо. Витя в гору не пойдет, Витя насквозь пророет! Тем более, что краткая трансформация «туда-сюда» позволяет очистить быстро углубляющуюся яму просто прекрасно!
Просто так поиграть мне в хомяка не дали. Через минуту после того, как я приступил к порче городского имущества, уже раздался скрип автомобильных тормозов, а выбравшийся туманом из ямы я оказался накрыт НУРС-ами с еще одного вертолета, чей лётчик ухитрился навести машину вдоль улицы. Попадание пары ракет причинило мне небольшой урон, который тут же захотели увеличить высыпавшие из подъехавших машин узкоглазые суровые ребята, оказавшиеся все как один неосапиантами. В меня полетели вспышки энергии, лучи, полосы пламени и, конечно же, пули.
В ответ я, прикрытый пылью от разорвавшихся НУРС-ов, пнул кучу выкинутого из ямы строительного мусора. Пусть этот пинок и занял буквально момент, но за него мне успели отрезать ступню, опалить лицо, воткнуть в тело пять или шесть псевдоматериальных конструкций, напоминающих граненые шипы и полностью лишить ориентации в пространстве.
Что, в общем-то, никого не спасло. Превратившись в туман, я шмыгнул в сторону, выходя из-под следующего удара ракет и пулеметных пуль, попутно наблюдая чудовищные разрушения, принесенные китайцам моим пинком. Машины и людей просто смело и изрешетило, а немногие выжившие сейчас оглядывались, пытаясь понять, что это вообще было.
Дальше всё кончилось быстро. Выбитый из угла здания первый кирпич с успехом превратился в снаряд «земля-воздух» и пусть я не очень меткий, зато кирпичей вокруг полно. Вертолет даже не успевает до конца сманеврировать. С узкоглазыми неогенами чуть сложнее, потому что я, не уверенный в том, сколько их было, вынужден их искать. Однако, найденная «шрапнельная» тактика позволяет набрать в себя любые камни и обломки, которые я встречаю по ходу дела, а потом «выплюнуть» их из себя прямо по людям. Конечно, убойная сила на порядки ниже, нежели я бы кинул всё это своими руками, но много ли человеку надо? Обладающих защитными способностями или очень живучих по мою душу не послали…
Затем я снова принялся остервенело копать. Организм ныл, показывая, что все эти выкрутасы и повреждения не прошли для меня незаметно, только слушать я его не хотел. Там, внизу, колоссальный лабиринт из пустых помещений, в которых есть лишь две вещи — воздух и строительные обломки. Если я туда попаду, то стану просто неуязвим практически для всего!
 
…или нет?
Ответ на этот вопрос придётся получать уже внизу. Оставаться на поверхности — напрашиваться на ракету покрупнее, на бомбу, на отряд десанта, да на, черт возьми, всё, что угодно!
Пробить дыру в метро оказалось проще, чем я думал. Сила, достаточная, чтобы швыряться машинами, плюс возможность моментально выкинуть любой мешающийся мусор и обломки, превратили меня в великолепного землекопа. Когда после удара кулаком подо мной всё провалилось, я сразу же перешел в состояние тумана, полетев забирать девчонок, за которыми приглядывал время от времени. У них тем временем, произошли свои приключения — из подъезда я вытаскивал двух злых и окровавленных чистых, оставивших внутри два трупа в виде поджарых китаянок или буряток, одетых в обтягивающие комбинезоны. Рядом с трупами валялись мощные шокеры, так что девчонок можно было более чем понять.
— Вы их что, загрызли? — спросил я, вволакивая нас троих на нитку метро.
— Нет, зацеловали! — смачно сплюнула красным Вероника, — У сучек невидимость была, а ты нам даже пистолет или автомат не дал подобрать!
— Могли бы позвать, у вас на двоих одна рука была!
— Нас душили! И тыкали!
— Так тебе же именно так и нравится…
— Витя!
— Извини-извини… Это нервное.
Янлинь лишь молча сопела, отталкивая культяпками ладоней лезущую к ней подругу, явно желающую вытереть кровь о плечо или бок китаянки. На её боку быстро заживало несколько следов от проколов остриями шокеров.
Сволочи.
— Витя, эти китайцы были не из Стакомска, они не наши, — внезапно заявила молодая китаянка, продолжающая воевать с подругой несмотря на то, что мы в полутьме летим под потолком железнодорожной нитки, — Они флотские! Какое-то из спецподразделение Гуанчжоу или Нинбо! Может быть, вообще Шанхай!
— А нам что с этого?
— Ты их, скорее всего, всех положил. Всю опергруппу. Ну… мы положили. Может, пара снайперов остались! А вообще, я имела в виду…
У меня из головы вылетело, что если Юлька была мозговым центром, а Кладышева обладала способностью понять даже самого поехавшего маньяка, то тихая Цао-младшая всегда была настоящей повелительницей информации. Администратор «Жасминной тени» не особо хорошо знала, как и когда применять свои таланты вне поля деятельности, но здесь, внезапно, оказалась на коне, выдав нам короткую аналитику — все нападавшие, кроме вертолетчиков, определенно были залетными. И таких может быть еще много.
— Почему ты так решила? — спросил я, реализуя возникшую в голове идею.
— Тут всё просто, Вить, — слово взяла Кладышева, после того как я оттёр обеих девчонок до скрипа кожи, — Всем понятно, что мы — рычаг воздействия на тебя, а ты сейчас в такой позиции, что можешь выкинуть всё, что угодно! Реализовать, считай, любую операцию! Убить любого на планете, разрушить здание, ну, к примеру, Пентагон этот херов! Или Кремль! Ты как Машка, только управляемый!
— Это что, теория такая?
— Нет, это Юлька нас предупреждала! Мы просто не успели рассказать.
Не успели. Мы ничего толком и не успевали в своей жизни. Ладно, спрячемся получше, поговорим поплотнее.
Вскоре мы уже были в катакомбах под городом. Валить на китайскую половину, на нашу старую заброшенную базу, я посчитал излишним. Там нас могли ждать еще какие-нибудь ловкие ребята, у которых была полная свобода действий. Такого счастья не было нужно, так что я просто рванул с девчонками поглубже. Да, я голый, они полуголые, у нас нет вообще ни черта с собой, но нам и не нужно ничего, чтобы выжить. Главное — передохнуть, собрать мысли в кучу, устроить совещание. Понять, что мы можем и что должны предпринять.
Или…
— Девчонки, а может… свалим? — интересуюсь я, работая в качестве лифта, идущего с приличной скоростью вниз, — Давайте просто свалим на недельку, до второго. И насрать на всех! Майор дочери не навредит, Машка сдохнет, Стакомск… да не нужен же он нам. Я с Валиаччи договорился. Юльку выкрадем, и…