Стратегия одиночки. Книга вторая (СИ)

— Вы не ушиблись?! — Тут же раздалось совсем рядом, и чужие руки подхватили меня подмышки. — Я помогу вам подняться!
  
Глава 20
 
Если бы я не знал, на что обращать внимание, то скорее всего пропустил, как едва заметно изменилось натяжение моего пояса, стоило чужим рукам начать меня поднимать с мокрой мостовой. Вначале, на пару секунд, я поддался, сделав вид, что мне и правда не помешает чужая помощь. А когда у меня “получилось” встать на одно колено, моя рука будто ненароком, случайно, опускаясь вниз, скользнула по ладони “помощника”. И тут я не стал ждать лучшего момента, и мысленная команда-заклинание слетела с моих пальцев:
“Разряд”!
Молодого вора тут же тряхнуло, и он поплыл, получив неожиданный удар током. Его колени подкосились, и уже он, а не я, начал заваливаться на мостовую. Игры в пьяного гостя города прошли, и, активировав сразу две ауры, вставая на ноги, я крутанулся, при этом движении плечом ударяя в грудь воришки. И не давая ему опомниться и прийти в себя, пальцы моей левой руки жёстко влетели ему в грудь.
“Разряд”!
Я не рискнул бы применять это навык против врага уровня Меди, всё же шоковый удар током в район сердца может и убить. Но мой нынешний противник — Бронза, и летальный вариант моего заклинания был практически невозможен. Поэтому я бил без сомнений и каких-либо угрызений совести.
Через долю секунды после того, как пальцы моей левой руки коснулись груди вора, сжатый кулак правой, усиленный аурой Ускорения, впечатался ему в солнечное сплетение. Даже готового к бою противника подобная связка вывела бы из строя, а из не ожидающего нападения вора она вообще выбила всю душу.
И на этом я не остановился.
Подсечка, и вор начинает заваливаться на спину. Только в мои планы его падение на мостовую не входит, поэтому моя левая рука, словно змея, скользит ему под локоть, а затем поднимается до лопатки, делая тем самый болевой фиксирующий захват. Одновременно с этим провожу ещё один толчок плечом в плечо, а затем делаю два быстрых шага влево, тем самым убирая нас двоих с улицы в тёмный неосвещённый переулок. Завершает мою связку удар ступнёй под колено, и воришка послушно опускается на мостовую, замирая в коленопреклонённой позе с заломленной правой рукой и булатным кинжалом у своего горла. Я успел, и, когда на этой импровизированной уличной сцене появился второй, куда как более опытный и опасный противник, молодой воришка был полностью в моей власти.
Старший вор, словно сотканная из ночного тумана фигура, появился на границе улицы и подворотни. Вот его не было, и вот он стоит, сложив руки на груди, при этом я не заметил никакого движения, словно кто-то сменил кадр пустой улицы на кадр с чужим силуэтом.
— Кхе! — с лёгким удивлением кашлянула тёмная фигура и погладила свою козлиную бородку, после чего засмеялась карающим хриплым смехом. — Кха-кха-кха!
Вот чего-чего, а смеха и веселья я не ожидал и замер, только немного сильнее надавив на кинжал, от этого на шее молодого вора появился лёгкий, едва кровоточащий надрез. Но старший вор вообще не обратил внимания на выступившую кровь своего подопечного, продолжив смеяться ещё почти полминуты. И только отсмеявшись, он обратился к уже пришедшему в себя и послушно замёрзшему в моих руках юноше.
— Джианг, — говорил старший не со мной, а с тем, кто сейчас трясся мелкой дрожью под лезвием подаренного Ларинделем кинжала, — я тебе предлагал передумать и не выбирать эту цель?
В ответ юноша молча кивнул, не рискуя открывать рот, но даже подобное лёгкое движение усугубило рану на его шее.
— Во-о-от! — Протянул старший вор, при этом его интонации напомнили мне мурчание переевшего сметаны кота. — А ты знаешь, что происходит с теми, кто не слушает наставника?
По тому, как застыл после этих слов и задрожал, словно в ознобе, юный вор, мне стало ясно, что своего старшего он боится намного больше, чем меня, несмотря даже на то, что кинжал у его горла держу я.
Ещё раз погладив свою козлиную бородку, тёмная фигура вновь кашлянула, рассмеявшись, и продолжила:
 
— Правильно. Те, кто не слушают наставника, разгребают свои проблемы сами!
Договорив это, старший вор взмахнул ладонью и растворился в шелесте ночного дождя.
Чёрт! Вот подобного исхода я никак не ожидал. И что мне делать с этим воришкой теперь? Не убивать же? Хотя, возможно, и он знает, где в городе находится алтарь Сегуны?
Наклонившись над ухом юного вора, я уже собирался задать вопрос, как на грани чувствительности заметил изменение. Это не было движением человека, а словно тусклые ночные тени слегка сдвинулись. Мимолетно, за гранью восприятия обычного человека. Если бы не полученное мною Сродство с Тенью, я ни за что бы не заметил этого. А если бы у меня не было памяти опытного теневого адепта, то и среагировать на это изменение точно не успел.
— О как! — В этот раз в голосе старшего вора сквозит лёгкое удивление.
И вызвано это удивление тем, что он не смог подобраться ко мне незаметно, потому как я вовремя сместился, и юный воришка снова оказался между мной и игрой ночных теней. И когда эти едва заметные тени воплотились в фигуру старшего вора, я был готов к его появлению.
Воры Айна не любят убивать. Убийство в их понимании — вопиющий непрофессионализм и дилетантство. На подобный шаг они идут, только когда их собственная жизнь висит на волоске. Вырубить, оглушить, отравить и усыпить, после чего забрать всё ценное — пожалуйста, а вот убивать — это ниже их достоинства. Если бы у воров Айна не было подобного своеобразного кодекса чести, я бы не рискнул напасть на молодого воришку, находящегося под присмотром наставника Драгоценного ранга. Но зная подобные нюансы, я понимал, что если буду вести себя правильно и не перегну палку, не совершу ошибки, то добьюсь своего. Хотя, в подобных делах риск есть всегда, и в любой момент всё может пойти совсем не так, как мне думается.
— Отпустим этого юного непоседу? — Обратился ко мне старший вор. — Пусть идёт домой и подумает над своим поведением? — Произнося это, тёмная фигура демонстративно показала мне пустые ладони.
Если отпущу молодого вора, то лишусь прикрытия и единственного козыря, но и не отпустить может быть ещё опаснее. Всё же я не настолько силён, чтобы сейчас представлять реальную угрозу для стоящего на Изумрудной Ступени. Долго думать над предложением нельзя, и память будущего снова приходит мне на помощь. Я наклоняюсь вперёд и шепчу на ухо молодому вору:
— Вира. Десять.
Не делая резких движений, паренёк с явным облегчением тянется себе за пазуху и через несколько секунд достаёт оттуда ровно десять серебряных монет. Когда эти деньги оказываются в моей руке, отпускаю юношу, толкая его к наставнику.
— Теперь пусть идёт. — Подкидывая монеты в руке, довольным тоном отвечаю я.
— Исчезни. — Раздражённо командует старший вор молодому, и тот, послушно скользнув за спину своего наставника, растворяется в ночном дожде.
Дождавшись, когда молодой вор скроется в тенях, тёмная фигура подняла на меня свой тяжёлый взгляд.
— Ну и кого это принёс Да`Ннан сегодня в наш гостеприимный город? — Этот вопрос уже обращён ко мне.
— Рэйвен. — Мои слова сопровождаются коротким, но элегантным аристократическим поклоном.
— Ни о чём не говорит. И ты не один из нас. — Раздражённо дёргает плечом старший вор. — У тебя десять вдохов, чужак, а потом не обессудь. — Тёмная фигура разводит руки, слово он не хочет делать то, что ему предстоит, но всё равно сделает, что нужно.
Мне очень не нравится эта интонация. Кажется, я ошибся, и местные правила поведения сильно отличаются от тех, что приняты в Пятиградье. Воры здесь не видят ничего предосудительного в убийствах.
“Визуализация”!
Захожу сразу с козырей, и перед моим лицом появляется Знак.
Символ Сродства с Тенью.
То, что мне далось относительно легко, можно сказать, в нагрузку к достижению “Теневой Лидер”, на самом деле довольно редкое Сродство. Его не так просто получить на Айне. Сегуна — одно из тёмных божеств, и никто не расскажет вам в храмах Пантеона, как можно получить её благословение. Вполне возможно, что даже в таком большом городе, как Триес, не найдётся ещё и пяти человек с подобным Сродством.