Что ты несёшь с собой. Часть I (СИ)

Я сжала зубы. С одной стороны, он верно подметил: черные гиганты обычно сохраняли человеческие пропорции, а головы у них скорее были бы меньше человеческих, а не больше. С другой, тварь, с которой я столкнулась, в принципе отличалась от виданных мной прежде, а если Чалерм сам был одним из них или их приспешником, то он мог сейчас нарочно уводить нас с верного пути.
– Зафиксировано, не зафиксировано, тебе какое дело? – огрызнулась Гам. – Твоя работа деньги считать. Найяна права, валил бы ты отсюда, а то ещё заденем ненароком в драке…
Чалерм стиснул зубы так, что выступили желваки. Я глянула на Вачиравита, но тот сидел с отрешённым видом, словно всё происходящее его не касалось и это не его помощника тут втаптывали в грязь.
– Тебе правда лучше вернуться, – озабоченно добавил Джаран. – Я и сам могу плату собрать, это не такая уж проблема.
Чалерм продолжал молчать, шевеля подбородком, как будто подбирал слова. А я подумала вот о чём: если он отделится от группы, кто его знает, не вернётся ли другой тропой, чтобы подкараулить нас поодиночке. Лучше уж пусть будет на виду.
– Пока мы всем скопом ходили, никого не видели, – заговорила я, – а как только я ушла одна, на меня сразу напали. Почему вы думаете, что твари выпустят праата из деревни? Они и в окрестностях могут шастать, мы же не проверяли.
Махарьяты переглянулись. Чалерм послал мне едва заметную улыбку, и я напряглась: уж не помогла ли я ему в его коварных планах?
– Тоже верно, – скривился Адифеп. – Вачиравит, а ты что думаешь? Вачирави-ит, – он помахал у наследника в поле зрения рукой, чтобы привлечь его внимание. Вачиравит вообще нас не слушал, изучая половицы, но, заметив жест, тут же вскочил.
– Пошли.
– Куда? – выпалила я.
– Уничтожим их.
– Как? – вставил Чалерм.
Вачиравит нахмурился, как будто только что его заметил.
– Как ты собрался их уничтожать, – повторил Чалерм, – если они зеркалят раны?
Вачиравит нахмурился.
– А они… зеркалят?
Мне очень захотелось спросить, не глухой ли он, но, конечно, дело было не в этом, а в том, что он почему-то решил, что меня можно не слушать.
– Да! И чуть не убили твою жену, пока ты тут спал! – слегка повысил голос Чалерм, которого тоже, похоже, довели.
– Так я им вломлю, – пожал плечами Вачиравит и снова двинулся на выход.
– Как ты им вломишь?! – не унимался Чалерм. – Ты хоть понял, как пранья справилась?
Вачиравит мазнул по мне скучающим взглядом.
– Если она справилась, то и я справлюсь.
Я в этом сомневалась, но прикусила язык.
– Пойдём вместе, – предложила я вместо этого. Вачиравит не ответил, и я приняла это за согласие.
– Куда вы пойдёте? Как вы собрались уничтожать этих демонов? – всё больше распалялся Чалерм. – Вы не знаете ни что они такое, ни как их убить!
– Понятно как убить, – откликнулась Гам. – Разрубить вещь.
– Да с чего вы взяли, что это духи вещей?!
Я замедлилась на пороге, чтобы посмотреть на Чалерма. Таким взбешённым я его ещё не видела.
– Мотыга же, – пожала плечами Гам.
– Эта мотыга могла там просто так стоять, – настаивал Чалерм, переводя умоляющий взгляд на меня. – Вы уверены, что рубили только духа, а не задели мотыгу просто заодно с ним?
Я ни в чём не была уверена, но Чалерм, очевидно, очень не хотел, чтобы мы пошли ломать мотыги. А значит, именно так и нам и надо поступить. Так ведь? Если он сам чёрный гигант или пособничает им? Эта мысль, такая убедительная всего с половину большой чаши назад, сейчас казалась смехотворной. Чёрные гиганты – это даже не лисы. Ну сколько они могут поддерживать человеческий облик? Ночь? Несколько ночей с перерывом на день? А Чалерма я знаю уже вон сколько и вижу в любое время суток, и он ни разу себя не выдал. Кроме сегодня. Но что я там видела? Слишком тёмную тень? И это после серьёзной встряски и сквозь слёзы. Сказать кому – засмеют.
Но пока я так раздумывала, ноги вынесли меня во двор вслед за Вачиравитом, а за мной и всех остальных. Чалерм остался маячить в дверях и вид у него был очень злой. Даже… разочарованный? Он что, ожидал, что я снова его поддержу? С чего бы? Или это было очём-то ещё? Если подумать, выходило, мы сделали как раз то, чего я хотела избежать: оставили Чалерма одного без присмотра. И если он – демон, то теперь он получил возможность прокрасться за нами и напасть, и никто его не хватится. А если он человек, то, как я и говорила, чёрные гиганты могут напасть на него. Может, надо что-то сказать?..
 
– Идёшь так иди, – буркнул Вачиравит, дёрнув меня за локоть. И я пошла.
Только выйдя, мы задумались, куда, собственно, идти. Демонов видели по всей деревне, а возвращаться к тому месту, где мне встретился дух мотыги, было незачем: я же его убила.
Ну или думала, что убила… Что если Чалерм прав и мотыга стояла там совершенно случайно? Я ведь видела их две штуки прямо сквозь призрака. Обычно если из двух одинаковых предметов, стоящих рядышком, один обращается духом, то и второй тоже. Однако мне явился только один.
Вполуха я услышала, что Лек предложил разбиться на пары и прочесать всю деревню, и прибилась ближе к Вачиравиту – надо за ним присмотреть, а то не сообразит ведь меч в землю воткнуть и советов не послушает.
Почему же всё-таки в землю? Как это помогло, если мы имели дело с духами вещей?
Да что я прицепилась к этим духам вещей?! Какие у меня вообще основания считать, что мы имеем дело с ними? Чёрные гиганты? Так чёрные гиганты не только духами вещей бывают. Да и голова у того… Чалерм верно заметил, такая тыква – не просто личная особенность, тут что-то посерьёзнее.
Хорошо, отбросим на время версию, что это духи вещей. Что ещё я о них знала? Зеркалят. Сработало ткнуть мечом в землю. Зеркалят чаще всего духи растений. Меч в землю помогает от духов земли. Или… А что если там были корни? Но у лиан нет корней, во всяком случае, глубоких.
Погодите, при чём тут лианы? Не все растения – лианы! Почему я вообще о них подумала? Потому что когда во мне отразилась рана гиганта, в моём помутнённом сознании возникли образы лиан и спор. Конечно, это могло быть просто сном, бредом, сколько я тех лиан навидалась в последнее время! Но что если я что-то неосознанно почуяла? Запах их, например? Я не могла вспомнить ничего внятного.
Я огляделась. Пока я плелась за Вачиравитом, мы успели оторваться от остальных, и теперь топали по тропинке меж двух рисовых полей с прицелом на горстку домов за ними. Река была уже близко. И тут я поняла, что не вижу ни одного дерева. То есть, понятно, что на рисовых полях их нет. Из реки тоже не торчали, само собой. Но и вообще… Я прищурилась, рассматривая дома на другом берегу. Нет, какая-то зелень там была, может, даже деревца, но тоненькие и низенькие. А где же хоть одно священное?
В таких деревнях обычно на каждом знаковом месте стоит монументальное священное дерево, увитое лентами и всякими украшениями с маленьким жертвенником, устроенным между камней, где люди из соседних домов ставят чашечки с рисом и цветами, а по праздникам – фрукты и вино. Но я не видела ни одного.
Что если духи священных деревьев обозлились и стали нападать на людей, а те в страхе их срубили? Для такого духа как раз типично в отместку отобрать у человека ногу или руку, а то и родню выкосить. Именно поэтому с духами старых деревьев стараются договариваться миром при помощи подношений, а не взвода махарьятов.
Я ускорила шаг и тронула Вачиравита за руку. Он взвился так, словно и забыл уже, что не один.
– Это могут быть духи растений, – сказала я, когда он был готов читать по губам. – Смотри, здесь нет священных деревьев.
Он бросил быстрый взгляд на склоны и пожал плечами.
– У нас не принято почитать деревья. Ближе к Саваату, да, а тут нет.
– И давно? – удивилась я. Но он, конечно, не знал. Эх, надо было идти с Канавутом…
Однако, интересно. Почитать деревья – самая обычная традиция, которая есть везде. Почему же здесь её нет? Саинкаеу настолько могущественный клан, что окрестным жителям не было нужды договариваться с древесными духами? Просто вызывали махарьятов чуть что… Но чашка риса в неделю и раз в год обновить ленты – это же намного дешевле, чем вызывать махарьятов, а тем более, чем терять конечности и детей! Странно, что Саинкаеу сами не объяснили жителям, как себя вести, чтобы не провоцировать новые нападения.