Убийство на станции (СИ)

Плотников блефовал, но это было оправдано. Хромов должен был потерять контроль хоть на секунду в любом случае. И тут, что называется, следователь попал «пальцем в небо». Полковник вздрогнул.
— Вы не могли туда пройти. Это невозможно! А как вы узнали?! Как вы туда прошли?! — посыпались вопросы. — Этого, вообще, никто не знал!
Хромов вытаращил глаза и у него задрожали руки. Николай Иванович подобрал удобный момент и взглянул на Стажёра, безучастно стоявшего в стороне, рассчитывая, что командир станции проследит за его взглядом. Так и получилось.
Плотников не был мастером рукопашного боя. Нет, он посещал занятия в СК по самообороне, но делал это с явным неудовольствием. Николай Иванович всегда считал, что дело следователя в грамотном сборе фактов, и на их основании уметь делать выводы. Задерживать преступника — это дело оперативных работников. Здесь, на космической станции оперов не было, и, вздохнув, Плотников в нелепом прыжке вцепился в руку Хромова, сжимающую разрядник. Оружие выплюнуло сгусток энергии, пролетевший в сантиметре от верхней поверхности куба Стажёра. Кеша молниеносно среагировал и посмотрел на то место, где оплавился пластик каюты от попадания разряда.
— Ох, ё! — только и сказал Стажёр, бешено вращая фотоэлементами.
Хромов же пришёл в себя и сумел дать отпор наскоку Плотникова. Командир станции крепко стоял на ногах и, упершись головой в плечо следователя, попытался освободить кисть, в которую клещом впился руками Николай Иванович. Послышался сдавленный хрип и кряхтение.
Следователь ударил кисть Хромова с зажатым разрядником об угол стены — оружие упало на пол, и Плотников неловко отбросил разрядник ногой. Тот скользнул по полу- прямо к колесам Кеши. Стажёр, не обращая внимания на борющихся людей, осторожно отъехал в сторону.
— Ни фига себе! Это что такое?! Шеф, в меня стреляли!
Плотников не мог прокомментировать эти восклицания, так как попал под жесткий захват своей головы Хромовым. От натуги лицо следователя побагровело. Кеша это заметил.
— Шеф, у тебя всё нормально?
Мыча что-то нечленораздельное и капая слюной, Николай Иванович сумел провести подсечку, но, падая, Хромов повернулся и теперь навалился всем телом на следователя, продолжая сжимать ему шею.
Стажёр, видимо, усмотрел в этой позиции что-то неладное и осторожно подкатился к копошащимся офицерам командного состава. С любопытством моргнул фотоэлементом.
— Шеф, помощь нужна?
В ответ Плотников издал только сдавленный хрип.
— Хм-м, — протянул Кеша, объезжая невообразимый партер совсем не классической борьбы. — Я не понял, тебе помощь нужна?!
— Не помешает, — хрипло простонал Николай Иванович, на секунду освободив шею и лягнув Хромова пяткой. Зарычав, полковник только сильнее навалился на следователя.
— И как тебе помочь? — вопрошал Стажёр.
Плотникову надоела вся эта телесная и словесная свистопляска. Он резко высвободил правую руку, и локтем ударил Хромова под ребра.
— Ух! — выдохнул полковник и ослабил захват.
— Врежь Хромову со всей дури! — крикнул следователь, воспользовавшись моментом, но тут же командир станции впечатал его губы в грубый пластик пола, приложив обе ладони на затылок Плотникова.
— Я не знаю, что такое дурь, но…
Кеша вытянул манипулятор, сложил на его конце подобие кулака, и резко опустил эту «импровизацию» на шею Хромова.
— … врезать смогу.
От боли полковник закатил глаза и дёрнулся всем телом, вскинув подбородок. Плотников быстро повернулся, завёл согнутые ноги к животу противника и выпрямил с усилием. Хромов, как мячик, отлетел к стене каюты, аккурат, под монитор сгоревшего интеллекта. Голова полковника встретилась с крепким покрытием видео-панели.
— Здоров, чёрт! — Плотников растирал шею, поглядывая на обмякшего командира станции. — Кеша! Ты чего так долго собирался?! Давай, крути ему руки!
Следователь подобрал разрядник, откашлялся и стал наблюдать за «танцами» Стажёра вокруг Хромова.
— Ноги ему тоже затяни, — посоветовал Николай Иванович.
Полковник, видимо, получил чувствительные удары от Кеши и от монитора интеллекта. Он мелко тряс головой из стороны в сторону и вращал глазами за полузакрытыми веками. Плотников подождал, пока Стажёр скрутит ему руки и ноги, а потом взял стул и сел напротив.
 
— Кеша, плескани ему в лицо водичкой.
Стажёр ничего лучше не придумал, и взял для осуществления этой процедуры стаканчик от кофебенди.
— Тьфу! — очнулся Хромов. — Подполковник, как вы можете литрами пить эту гадость?
— Кеша! — удивился Плотников. — Ты чем плеснул?!
— Остатками остывшего кофебенди, шеф. Я подумал, что оно тебе уже не понравится.
Следователь выдохнул, выпятив губы.
— Ладно. Свари мне новую порцию, а я пока поболтаю с полковником.
Он склонился к Хромову.
— Ярослав, согласитесь, что вы в незавидном положении. Не соблаговолите рассказать мне, зачем на космическом объекте «Союз» был разыгран весь этот спектакль?
Полковник смотрел в сторону и молчал.
— Не упирайтесь, Ярослав, — Николай Иванович показал ему разрядник. — Вам никто не поможет, кроме меня. И на Стажёра не смотрите, я прочистил ему коды…
Хромов сжал губы, потом резко взглянул на Плотникова.
— У вас, подполковник, всё равно ничего не получится. Она обезумела от собственной важности и ничего не желает понимать. Всё твердит, что у неё есть что-то такое, способное изменить представление о человеческом разуме.
— Ну, допустим, что у неё это есть. Зачем этот спектакль?!
Командир станции грустно улыбнулся.
— Вы плохо понимаете то, что происходит в научных кругах. Там уже давно нет талантливых учёных, способных разработать что-то действительно толковое. Между ними сплошная грызня за гранты правительства и военные изыскания. А теорией, вообще, никто не занимается.
— Ближе к делу, Ярослав, — попросил Николай Иванович, принимая от Кеши стаканчик с кофебенди. — Меня не интересует подоплёка грызни в научной тусовке.
— Так это мотив! Или как это у вас называется…
— Тогда уточните.
Хромов понял, что хочет услышать Плотников, ибо энергично кивнул.
— Когда учёный выходит на событие, которое и предвидеть не мог, то сразу вокруг его личности начинается возня. Другие учёные стараются это событие присвоить, чтобы в дальнейшем получить финансирование на разработку, изучение и перспективные рабочие модели. Я понятно излагаю?
— Вполне. Я так понимаю, что на эту станцию свалилось некое событие?
— Именно! — загорелись глаза Хромова. — И тот, кто доставит это событие на Землю для изучения, тому слава, почёт, деньги и тапки.
— Какие тапки?!
— Влияние — на учёном жаргоне…
— Во дают! — не сдержался Плотников. — Ещё бы сапогами обозвали! А, простите, некое событие имело место быть? Или его придумали?
— Хороший вопрос, — усмехнулся беззлобно Хромов. — Только я не знаю на него ответа.
— Вы это серьёзно?!
— Вполне.
— Тогда, Ярослав Игоревич, начинайте рассказывать всё с самого начала, — жестко потребовал Плотников. — Кстати, а где Сенников с Оболенским? Они там не стоят за дверью и подслушивают?
— Нет, — скривил губы командир станции. — Майор, капитан, Рябцева и доктор Синичкина были затребованы в зону эксперимента. А мне было поручено идти сюда и… запереть вас в одиночестве. Стажёр должен был мне помочь в этом.
— И кто же отдал данное распоряжение?
— Верите? Не знаю.
— Как так? — не поверил Плотников. — Кто же там спрятался в этой зоне?
Хромов секунду помолчал, потом тихо ответил.
— Наташа, Марина, Света и трое испытуемых. Правда один из них проник на спасательный аппарат, и ведёт активные переговоры с Землёй.
— Надо же! То есть, тот молодой человек, которого я встретил в первый день на станции — в доле с неким событием?
Плотников ядовито улыбнулся. Он ждал, что полковник сейчас скажет всё, но ответ командира станции следователя обескуражил.