Тесселис (СИ)

И закрутилась в голове искусственная память, с жуткими войнами и интригами. Страшными по количеству жертв, глупыми из-за причин. Это при том, что если допустить, что память эта — выходца с какой-то Терры или Геи, ну или Почвы, как в памяти есть, то воевали человеки с человеками. Не было иных видов, вообще. Судя по тому, как часто и жутко резались — перебили всех, так что памяти не осталось.
Ну так вот, если принимать эти воспоминания как факт, а не магерскую иллюзию, ну и делать из неё выводы, то выходит:
Цверги специально подождали сокращения популяции людей до безопасного для них количества. И только после этого вмешались, победив, прямо скажем, не без помощи озлобленных и малочисленных людей. Сиды им самим были неприятны, да и убивали сиды цвергов, если попадался им подземник. Всё очень похоже, что так, что… В вину цвергам не поставишь, с некоторым изумлением понял я. Они — заботились о себе, как любые другие бы сделали. При этом — не угнетают людей, в конце-то концов! Права гражданские, прочее. Другое дело, что пользуются порывистостью, похоже, видово человекам свойственной. Ну и ленью: не хочу учиться, хочу всё сейчас и сразу.
И это, для человеков… Даже подумать страшно, а благо выходит. Потому что остаются те, которые головой думают, не ленятся и упорны — прекрасно живут. И даже в мэры выбиваются — был, и не раз, в мэрах Камулодуна человек за последние два века. Хотя — некрасиво выходит, и возмущение мастера Крепа понять можно. Но, в любом случае, цверги не губят, а представляют “возможность сложить голову”, скажем так. И то, что мои сородичи радостно ей пользуются — обидно. Но вина эта исключительно людей, если эта “вина” вообще есть.
Так что перестал я ломать голову и ужасаться. Ситуация, в целом, неприятная. Но умнеть надо! А цверги своей “политикой” этому способствуют, хотя и жёстко… Ну да никто человекам нянчиться не обещал, ни в одной исторической книге такого не было.
И заснул, хотя довольно поздно. И стук в распахнутую дверь почтенного мастера Крепа разбудил меня в кровати.
— Поднимайся быстрее, — деловито сообщил мастер Креп. — Отлёт через час.
— Доброе утро, мастер, — закопошился я, выбираясь из под одеяла.
— Угу.
— А зачем, если не секрет… — стал интересоваться я, не в плане избежать трудов.
Потому что бегать от работы — глупо. Это как раз то, о чём я перед сном думал. Ну и почему численность человеков в Британике до сих пор велика: бегают, удачу без труда ищут. Но вопрос был в том, что мы все механизмы проверили ещё вчера. И если бы Котельный Мастер прислал гоблина, вот как раз сейчас крадущегося с подносом завтрака — это было бы нормально. Но явился сам, убедится, что я встал. А в нужность своего пребывания я не то чтобы не верю. Я ЗНАЮ, что в моём присутствии нужности просто нет, как и не понимаю смысла, зачем мастер Креп сам пришёл меня будить.
— Обучение, — правильно поняв мой вопрос, с улыбкой в бороду ответил мастер. — Предстартовую подготовку мы провели за последние два дня. Но сейчас ты будешь смотреть. Понимание работы механизмов и наблюдение музыки работающих механизмов… А чего это ты лыбишься, физиономия твоя неумытая?! — возмущённо уставился он на не успевшего скрыть улыбку меня.
— Прошу про…
— Ты по делу отвечай, чело лыбился? Я не в обиде, если что, интересно стало.
— Просто я подумал, мастер Креп, вы же и механик, и мистик.
— Ты удивительно наблюдательный парень, Фиктор.
— Благодарю, — кивнул я на явно саркастичное замечание, чем, кажется, даже немного смутил мастера. — Просто, мастер, я знаю и помню, как работают механизмы Котельной, из тех, что вы мне объяснили. И “музыки” от них я не чувствую, уж простите. Вижу схемы, как работают. И вряд ли пойму принцип работы мистической части, а механическую уже знаю.
— Ну, положим, — пожевал бородой цверг. — Разумные разные, не слышишь музыки — и стучак с тобой. А лыбился-то чего?
— Да просто мне кажется, что этой “музыкой” в вас проявляется мистик-магер, — честно ответил я.
 
— Хм-м-м… гм-м-м… Хех, ну возможно, — наконец, с усмешкой констатировал мастер. — И да, причина для улыбки у тебя была, — важно кивнул он. — Всё, давай…
— Физиономию немытую — умывать, завтракать и в котельную?
— Именно! — с этими словами мастер Креп покинул мою каюту.
Ну а я пошёл, умылся-оделся-позавтракал. И вышел в котельную, наблюдать. Не столько за механизмами, сколько за работой Мастера Грани, раздувающего пламя в очаге Трисмегиста. Зрелище было впечатляющим, хотя прямо скажем: как мастер Креп ковал, точнее, лил металл, впечатляло куда сильнее. Сейчас он не сиял пламенем, а просто стоял, пыхтя своей огромной сигаретой. А под его взглядом несколько сегментов защитного кожуха Очага разошлись, обнажив прозрачную колбу, в центре которой бился и вращался огонёк многоцветного пламени. От колбы отходили прозрачные патрубки, скрывающиеся в машинерии Котельной: шли как раз к котлам, трансформаторам и прочему. Правда…
— Разделитель Потока ищешь? — краем глаза уловив моё недоумение, уточнил Мастер Грани.
— Да, мастер, в описаниях…
— Правильно писалось. Мне — не нужно. Смотри за пламенем, Фиктор, и слушай.
Я смотрел и слушал. Пламя рывком расширилось, но тут же свернулось в многоцветный пламенный жгут. И Креп, как он сам объяснил, своей волей расплетал мистическое пламя, направляя потоки уже не пламени, а энергии в нужные патрубки. Тепло, электричество, даже холод — в мистическом смысле он тоже был “энергией” и использовался частью машинерии Котельной в деле.
— Гоглы надень, — посоветовал мастер, что я и не замедлил сделать.
И увидел гораздо больше разницы в потоках. А мастер пояснял, как идёт и перерабатывается энергия, на какие нужды Вагус Сумбонта идёт. И если часть я неплохо знал, то вот про часть нигде не писалось. Например — “Швере”, как назвал мастер, или сила притяжения объектов друг к другу. Одна из мистических энергий, вырабатываемых горением Очага, была этой шверой. Точнее — антишверой, как я понял из объяснений, проходила через преобразователь и снижала общий вес воздушного корабля в разы.
— А этого и не описывалось в учебниках, — растерянно констатировал я.
— В учебниках ты этого и не найдёшь, парень. Тайна-не тайна… Цмыг знает, в Академии преподают, в наших родах знают. А книг в лавках, в нашем Номе, просто нет. И, кстати, швере не снижает массу Судна.
— А это как?
— А вот смотри, летим мы, скажем, в бурю. И если бы масса снизилась — масса воздуха, бьющая в борт Вагус Сумбонту нас ощутимо сносила.
— И, видимо, не сносит, — с удивлением стал замечать в мистических воспоминаниях всякое, “гавнетация” или какое-то подобное, не слишком пристойное слово.
И “вес не равно масса” всплыло, но озвучивать мастеру я это не стал. Но смотрел, запоминал, думал и “вспоминал”, хотя с этой привнесённой памятью скорее “узнавал”.
В общем, лекция мастера растянулась на три часа, которые были очень познавательными и интересными. Хотя и не сказать, чтобы с прикладной точки зрения: очень уж много всяких мистических проявлений описывал Креп, что мне и ни к чему. Но, с другой стороны — интересно, так что прерывать почтенного цверга не только невежливо, но и глупо. Так что дослушал я эту лекцию, которую прервал уже знакомый голос сидха, нашего капитана, раздающийся, казалось, от стен. Хотя, скорее всего, так и было.
— Разслшших, Котельная к отлёту готова? — произнёс этот голос.
— Почтеннейший капитан Вагус Сумбонта, звёздорождённый Киру Квалем, — почему-то подмигнув мне, ответил мастер Креп, — Уже час, как готова.