Броненосцы Петра Великого. Части 1 и 2 (СИ)
Пару дней носился, как тайфун, по верфи и заводу, решал накопившиеся проблемы и создавал новые. Потом уехал на соломбальские верфи, пока еще лед стоял, для проверки готовности винджаммеров. Отъезжая, обещал пушкарям устроить, по возвращении, экзамен на тренажере.
В Архангельске развил не менее бурную деятельность, пользуясь тем, что Апраксин остался в Москве и собирался в Азовский поход. В Москве мы с ним встречались всего несколько раз, он к Петру старался держаться поближе, но про свое вынужденное самоуправство на верфи ему рассказал, что бы обид потом не было, и получил отпущение грехов, под штоф и в офицерской компании. Теперь вот решил нагрешить с новой силой. И мне это вполне удалось. Все работали теперь только на два винджаммера, и покрытие их листами шло буквально на глазах, догоняя еще не закончившуюся обшивку последним слоем досок. Думаю, мачты будем ставить вместе, тут и в Вавчуге. Символично. Уехал обратно, боялся, что река вскроется.
Соревнования башнеров устроил с размахом. Стреляли они у меня по всем пяти щитам, расставленным произвольно, по всему полигону. На стрельбы собралось много зрителей, так как про экзамен, отъезжая, имел глупость сказать прилюдно. Велел подогнать к полигону кухню, от чего народу сразу существенно добавилось. Всем пушкарям давали три попытки, по два патрона на мишень и ограничивали время двумя минутами, о чем отбивали склянками. Вот тут я серьезно задумался. Они на полигоне тренируются без затычек в ушах, а на корабле что делать? Хорошо, что хоть дежурные в башнях сидят, заткнув уши, пусть привыкают. Надо срочно придумывать систему коммуникации с глухарями в башнях. А то они мне настреляют, пожалуй. Отложил мысль до вечера. Впереди был увлекательный марафон пушкарей. Думаю, при таком стечении народа они выложатся по максимуму, вот я и посмотрю, какой он у них, этот максимум.
Стреляли довольно средненько и это при том, что качальщики платформы, пушкарям явно подыгрывали, изображая пологую и спокойную зыбь. Сделал вид, что не заметил, дал отстреляться всем пушкарям по первой попытке. Первую попытку пушкари сделали на оценку — хорошо. В промежутке, отвел качальщиков в сторонку и задал один единственный вопрос
— Уважаемые, когда в море, в свежую погоду, наши пушкари не попадут ни в один вражеский корабль, на вашу совесть ляжет ответственность за четыре сотни душ, а то и более. Думайте, и сменщикам мои слова передайте.
Вторая попытка была никуда не годная, даже на зачет не тянула. Сильно огорчился, собрал пушкарей и заряжающих, объяснил основную ошибку, стрелять надо в мертвых точках, когда башня на доли секунды зависает неподвижно на гребне волны или во впадине. Показывать не стал, опасался опростоволоситься, у меня со стрельбой, с качающейся платформы, так же не все хорошо было. Объявил вторую попытку еще раз, предыдущие стрельбы в зачет не включаем. На этот раз стреляли лучше, но все равно крайне отвратительно по результативности. Собрались еще раз, снова обсудили ошибки, начали третью попытку, ничего принципиально не поменялось. Схватился за голову. При такой результативности никаких снарядов не напасешься. Вот она — самая больная моя проблема. Три месяца будем ночевать на стрельбище. Тяжело вздохнул, и порадовал этим пушкарей. Тем не менее, объявил зрителям, стрельбы состоявшимися, назначил победителей, и сделал экзамены пушкарей ежемесячными. Потом был небольшой праздник, раз уж такая толпа собралась. А вообще, с праздниками тут было хорошо, праздников было много, чуть ли не сотня в году. Веселиться народ любил и умел, как не странно, обходились без поголовного пьянства, были и такие типы, не скрою, но в основном народ просто собирался и веселился. Даже пели, если близко к костру сидели, а то воздух был еще ледяной.
Первый месяц сидел с пушкарями в качестве заряжающего, к концу месяца говорил с трудом и хрипел. Надо было башню как-то протапливать, холодина там дикая. Результаты стали гораздо лучше, но заплатил за это простудой. Пушкари то менялись, а я сидел безвылазно и говорил, говорил, говорил. В результате, две недели апреля валялся дома, разрываясь от надвигающихся проблем. Самостоятельная работа пошла пушкарям на пользу, они взяли все, что могли из моих советов, после чего мое присутствие только их сковывало. Теперь они явно начали прогрессировать, только несколько запоздало, во всю приближалось время спусков на воду. Младший брат Орла обрел законченные очертания, и в эллинге разбирали крышу для установки мачт. Оба корабля уже давно называли «наши орлы» и имя новому кораблю, после коротких споров, дали «Ястреб», как младшему. Подозреваю, что следующий будет «Соколом», а вот как они дальше будут выкручиваться, без понятия, надеюсь, до воробья не дойдут. Носовую фигуру Ястребу сделали соответствующую, но с меньшей детализацией. Детализация на Ястребе была принесена в жертву скорости. Судно получилось хорошее, но сугубо утилитарное, ни одной росписи по стенам, в отличие от Орла. Новая команда Ястреба уже осваивала свое судно. На первых порах указал смешать четыре артели поморов, и четверть команды на Ястребе было с Орла. Капитаном временно назначил Глеба, из экипажа Орла. Надеюсь, при новом вооружении латинскими парусами, команда освоиться быстрее. Прямые паруса остались только на грот-мачте, да еще и со шпиртами, для лиселей. Был реальный шанс сохранить высокую скорость. Еще две команды для винджаммеров так же тренировались на Орле и Ястребе, и в них так же было по четверти из команды Орла. Однако, как представлю себе этот детский сад на выезде, в открытом море, да под бортовыми залпами большого количества опытнейших ловцов удачи, мне становилось дурно до тошноты, дорисовывая эту картину башнерами, которые никуда попасть, не могут, захотелось все бросить и уехать в отпуск на год минимум. А вдруг опять под молнию попаду.
А тут еще пришлось остановить стрельбы морпехов, и начать накопление патронов для лета, и последующей экспедиции на Урал. Новобранцы стреляли плохо, для них все же разрешил стрельбы раз в неделю. Пушкари из башни не вылезали, и жгли патронов больше чем рота морпехов. С ужасом представил, если бы они так жгли снаряды, пусть даже болванки. Хотя это еще впереди, и мой ужас от всего надвигающегося рос с каждым днем. Тая опять перешла на заварку чая из пустырника, на этот раз привкус распознал, может еще и не все так плохо. Но ведь еще и не лето…
Понял, что доведен до крайней нервной степени тогда, когда заметил за собой составление плана отступления и заманивания на береговые батареи. Попросил самого себя с этого момента поподробнее, какие еще батареи? Начал рассказывать сам себе. Самые ретивые ловцы, будут брать нас в горле, но это будут единицы. Основные силы будут у Святого Носа, неспешно курсировать небольшими группами и прислушиваться, не началась ли пушечная канонада. Думаю, ловцы уверены будут, раз нет орудий, то будут полные суда солдат, и начнут палить картечью, еще перед абордажем. Если это мое умозаключение верное, то пушки у ловцов перед первым залпом будут заряжены картечью. Этим грех не воспользоваться, уж в упор то мои пушкари не промахнуться. Так ну а что там с береговой артиллерией? Ага, значит, встретив плотную группу начинаем от них убегать в Мезенский залив. Почему не обратно в горло? Ну не дураки же они, наверняка несколько судов в горле припрячут, что бы уж наверняка. Значит, бежим в Мезень, бакштагом левого галса или фордаком. Отстреливаемся назад из двух задних башен. Мажем наверняка по черному. Нет, надо убегать медленно, что бы чуть больше пятисот метров разрыва было, книппелями ловцы уже не докинут, а наша точность заметно подрастет. Значит, убегаем, мы убегаем, и наталкиваемся на остров Моржовец, по здешним названиям Моржовый остров. Хм. А ведь действительно. Далее, обходим остров с восточной стороны, может, кто из ловцов на Моржовских кошках осядет, в смысле мели там сплошные. Ловцы наверняка разделяться, часть за нами, часть с обратной стороны. Бинго! Ставим наши две башни на западном берегу острова. Там глубины больше и можно прямо под берегом провести погоню. Башни расстреливают тех, кто проходит вдоль берега, только их разнести подальше друг от друга надо. А потом я огибаю остров и начинаю резаться против ветра, да еще прикрытый островом. Пойду медленно и погоня так же. Подведу этих ребят под выстрелы в упор. Мдя, а если ловцы десант решат высадить? Значит надо по сотне стрельцов на башню, надо бы больше, да кто же их даст. А что, неплохой план. Собрал Степана и Ермолая, обсудили. Добавили штрихов. Хотел было приказать разбирать срубы наших редутов, но Степан сказал, проще новые на месте собрать, так что приказал грузить ладью лесом и разобранными башнями и отправляться на моржовый остров, как обычно, срочно. Степана назначил комендантом, велел забирать всех кого надо, только с пороховых и оружейных цехов не снимать. Сразу после ледохода, в конце апреля велел спускать Орла на воду, и всем четырем командам тренироваться ходить на нем по Двине, так же приказал спустить и грузить ладью. Грузились в спешке, снарядов брали только для пристрелки, в основном бревна крепеж и разобранные башни, инструмент, ну и наши шатры с печками, кухней и запасом провизии. Редуты осиротели. Проплывая мимо них на ладье, даже взгрустнул, восстановлю пейзаж обязательно.