Броненосцы Петра Великого. Части 1 и 2 (СИ)
Надо налаживать выпуск газеты, и делать на факториях, рядом с лавкой, информационные доски, на которых вывешивать свежую, примерно месячной давности, прессу. И приказчик прочитать сможет, и интереса к лавке добавит, и свежая информация из первых рук будет распространяться. Пожалуй, хорошая идея. Надо реализовывать.
Вытащил проект фактории, дорисовал на стене лавки доску объявлений, а в блокнотике поискал чистую страницу и озаглавил ее «Пресса» Жирно обвел. Подумал. Ничего с ходу в голову не пришло, все вроде и так понятно, и написал ниже коротко и всеобъемлюще — «надо!»
Ночевали в отдельном домике, завод неплохо отстроился за лето. Ночевал в цветнике, так как Тая ночевала со мной, а ее адептки предпочитали быть всегда с ней рядом и несколько дичились толпы мужиков, меня они, похоже, за мужика не посчитали, даже обидно как-то. Всю ночь облизывался, даже тычок в ребра получил, наверное, облизывался слишком громко. Не выспался. Надо срочно решать вопрос адепток — или они перестанут дичиться или им будет слишком сложно работать самим, велел Тае провести разъяснительную работу, пусть привыкают жить и работать с толпой мужиков вокруг — медики, это нечто противоположное женскому монастырю. И тут мне стукнула отличная мысль, сильно поднявшая настроение. Не просто школа будет у Таи. Будет школа-госпиталь-интернат.
Сделаем отдельно от учебного, большой корпус больницы, где будем сразу приучать студенток к неприглядной стороне медика. Дети-сироты и подкидыши — большими детьми военные школы займутся, а вот для маленьких нужен отдельный питомник, лет до восьми, наверное. Вот такой питомник и будет при женских школах.
Подумал, что это капля в море. Надо такие приюты при каждой фактории организовывать, для стариков и детей. Тяжело вздохнул. И на что мне содержать эту богадельню? Вспомнил одиноких стариков своего времени. Вспомнил, как на лестнице моего подъезда тихо умерла старушка, прислонившись к стене, сидя на ступенях, так и не дойдя до дома. И мне ее выпало найти, еще теплую, и с мокрыми дорожками на щеках. Суки! И дети ее, и те, кто мимо проходили, думая о деньгах и работе, и брезгливо обходя препятствие. И теперь вдруг задумался о том, где деньги на стариков брать буду? Да заработаю, черт возьми! Если будет совсем все плохо — возьму штурмом Форт-Нокс! Еще одной старушки на лестнице, уже в этом времени, мне не надо.
Раз судьба вложила в руки поводья жизни, и отошла, пожав плечами — не буду брать примера с уродов, только и умеющих — обещать. Буду реализовывать.
Только, сделать все придется тонко. Если затраты повешу на банк, рано или поздно, придет экономист в шикарном костюме, и получит премию, за сокращение непрофильных расходов. Церковь? Вариант, конечно, но и там экономисты в костюмах поселяться. Кроме того, поняв мою заинтересованность в богадельнях, церковь просто меня будет шантажировать. Значит, будет фонд. Причем, судя по тому, что нобелевская премия весьма приличная, то аналогичный фонд на содержание приютов — вещь реальная. Схема будет такая, создаю фонд, ввожу его акционером в Русский банк, и начинаю накачивать деньгами. Расходы фонда осуществлять только из процентов. Все расходы только целевым назначением, все это прописать в Устав и добавить, что эти пункты изменению не подлежат. Надзирающим органом поставлю мальтийцев, без права расходования основных средств. Орден меня в любом случае переживет, и надеюсь, сохранит хоть осколки чести в будущем мире. Фонд сделаю открытым на пополнение — может, кто еще поможет мне накачивать фонд деньгами. Себя пока назначу распорядителем фонда, и бабахну в него все деньги, которые планировал, как свою долю, в банк внести. Бог с ней, этой персональной долей в банке. Проживу как-нибудь и без нее, может в старости и придется воспользоваться плодами своих трудов.
Добавил проект фактории еще одним домиком, чуть на отшибе, и с огородом вокруг.
Пока пусть будет одноэтажным, и на пяток маленьких комнат с большой общей гостиной и двумя печками, кирпичные тела которых будут разделять по две комнаты. Старики любят тепло. Навскидку, мне этот домик удорожает проект фактории всего на 12 рублей, если делать его в комплексе с факторией и соответственно, по льготной цене. Переживу, построю чуть меньше факторий в первой волне, и все.
Подумал, что еще мог забыть? Чердак под радиоаппаратуру предусмотрел, даже флагшток не просто так очень высоким делаю, сараи и амбары с хозяйственными постройками есть. Кухни медпункта хватит и на приют. Что еще? Колодец? Хорошо бы, да не везде его можно будет поставить, это уже как допработы надо проводить. Посадочную площадку для вертолета? Угу, и интернет-клуб. Ладно, поправки внес, пусть проект дальше зреет.
Займемся заводом.
Неделя была посвящена проработке чертежей и изготовлению деревянных моделей. Моих мастеров на заводе слишком мало, а с местными мастерами работать существенно тяжелее, закостенелые они какие-то. Уперся в хорошую сталь для плугов. Завод мог лить из чугуна большие объемы металлоизделий, а вот линию стали, заводчане открыли только одну, и то, когда по иному стало никак. Похоже, мой продувочный способ долго в секрете все же будет не удержать. Ну и ладно. Уральский завод уже должен быть готов к выходу на полную мощность. Велел расширять стальное производство, и поговорил со святым отцом, пусть ищет себе помощников — задача прежняя, никаких чужих и пригляд за своими. Никаких проблем с отливками не предвиделось, плуги будем отливать грубой отливкой и ковать нож плуга, до приемлемой остроты, дальше на абразиве, остальные части даже обрабатывать не будем. Сложно тут с обработкой. Речка, питающая водяное колесо, совсем никакая, и большую часть работы приходиться делать вручную. Так что инструментами творения были только отливка, молот и напильник. И еще много дешевой рабочей силы. Пока выкарабкивались на этом.
Приказал расширять столярный цех, для них есть много работы. Бочки велел собирать по корабельной технологии, на оправке и из тонких реек в два слоя на костяном клею. Опять уперлись в слабую лесопилку. Заводу срочно надо обзаводиться двигателем! Насколько все же удобнее было работать в Вавчуге!
С низкими темпами пришлось смириться. Сотню двух кубовых бочек они, до лета, сделают, вряд ли, но, бочек 70 сделать должны. Еще был затык с колесами. По проекту, отливали ступицу со шкивом, спицами и узким ободом, практически плоский лист в виде колеса. А потом на обод насаживали деревянные колобашки, прямо на выступы зубьев, и должно было получиться неплохое колесо. Оно и получилось вполне симпатичным, только вот, непрочным и тяжелым. Тонкая отливка, да еще и с тонкими спицами, была склонна к восьмеркам и вихлянию, так сказать, теряла продольную жесткость.
Хорошо. Не получилось по принципу машины — будет по принципу велосипеда. У велосипеда колесо сохраняет жесткость только потому, что спицы, идущие от обода к ступице, идут не в одной плоскости, а расходятся от обода конусом, да еще и к ступице подходят по касательной — вот и получается велосипедное колесо, легкое и прочное. Можно, конечно, увеличить толщину отливки плоского колеса, и будет достаточно жестко — но железо приходилось экономить, его, в этом году, очень много уйдет, и добытчики не успеют увеличить объемы.
Переработали модель. Теперь будем отливать две половинки колеса, причем, еще более тонкого. А, соединив отливки, ступицами, как две тарелки внутренностями друг к другу, получим вполне жесткое и относительно легкое колесо. От деревянного обода в этом случае отказались, двойные реборды отливок образовывали достаточно широкий обод, с небольшими шипами посередине. А соединяли две половинки железными заклепками по ободу. Возни получилось больше, чем планировал, но результат понравился.
Линия производства насосов выглядела очень занятно и печально. Из-за недостатка мощности цех обработки отливок делал все вручную, вращая луками, с тетивой перехлестнутой через ручку, чугунные трамбовки, по диаметру полировального круга равные диаметру шестеренки, и подсыпая внутрь мокрого песку.