Броненосцы Петра Великого. Части 1 и 2 (СИ)
Понятное дело, государь восхотел. И мой печальный рассказ о погибшей вместе с Орлом гитаре его не останавливал — порадуй, мол, и все тут. Нашли тут, вокалиста а капеллы.
А с другой стороны, тут ведь обычно так и поют.
Крепкий штоф, накаченный на предельное нервное напряжение с последующим откатом, дал о себе знать. Попробовал выстукивать кубком по столу рваный ритм. Вроде получалось. Народ заинтересовался. Захотелось выразить нашу авантюру, и слова всплыли из памяти сами. Так и начал, выстукивая по столу кубком.
Вместо флейты подымем флягу,Чтобы смелее жилось.Чтобы. Смелее жилось.Под российским небесным флагомИ девизом «Авось».И девизом. «Авось»!Песня имела бешенный успех. Фраза «Наша вера верней расчета, Нас вывозит Авось» — стала вообще апофеозом пьянки, и скорее всего разлетится по стране.
Утром была головная боль и утята. Не могли хоть на пол дня задержаться! Решил, что не мне одному надо страдать, и послал в лагерь, собирать мне новоиспеченных начальников портовых служб. С ними разгрузка и погрузка утят шла медленнее, приходилось все объяснять, показывать и знакомить. Зато была надежда, что ожидаемую вскоре карусель уже смогут принять без моего участия. Только вот с раненными было тяжело. Многих мы теряли, несмотря на все мои старания. Не уверен, смогла бы Тая сделать больше — лекарства Федор прислать нужным не посчитал, а приходящие армейские аптечки были каплей в море. Самым действенным, что было, это кипячение полосок парусины, да травки, которыми хоть немного нас снабжали местные. Пришедшей карусели укажу вычистить половину аптек, или цирюлен, уж не знаю, как они там называются, Константинополя, вместе с аптекарями. А пока дал команду пережигать березовый лес на уголь, продемонстрировав быстрый метод, в горшке с крышкой на костре. Нам ведь не тонны нужны. Березовый уголь не только от желудка хорош, порошком из него еще и раны присыпать можно, особенно, мокнущие и гноящиеся. Так что подмога от угля оказалась великой.
Петр развил бурную деятельность, демонстрируя навыки фортификатора. Теперь порт, со всеми его складами и лагерем будет обнесен земляной насыпью, со всеми атрибутами. А пушки нам систематически карусель привозит. Ну, а где набрать много работников Петр и сам был в курсе. Хорошо, что он себе дело нашел, а то мало ли…
Этим же вечером отловил атаманов, сели с ними думать над походом к Измаилу, по османским землям — на ходу черкая по копии карты, которую мне еще днем сняли братья.
Поход задумывался большой и основательный, атаманам надо было срочно в Азов для обсуждения этого дела на круге, а мне соответственно к Крюйсу, и формировать еще одну эскадру, для снабжения армии, идущей к Измаилу по землям ханства, и казаков, двигающихся туда же по османским землям. Думаю, отберу пяток самых быстроходных шхун из транспортников, и дам им пару фрегатов в прикрытие. От мелочи фрегаты защитят, а от линейных кораблей эскадра должна суметь убежать.
Атаманов отправил в ночь, махать веслами на струге, сам сел за роспись действий нового конвоя. Надо еще число охотников поднять до двух пар, пускай одна пара охотиться вдоль линии основного конвоя, а вторая в западной части Черного моря. Будет хоть какая то система раннего оповещения, на случай, если османы наскребут много судов пригодных для боя. Чем мы располагаем в этом случае. Один фрегат в Константинополе, поддерживает казаков, пять ходят с конвоем, из которых только два боеспособны, ну еще условно боеспособен сам конвой. Десяток стоит в Керчи, из которого боеспособны девять, и из них четыре планируем отправить в патрули, а один дежурит по Азовскому морю, постоянно мотаясь от Таганрога к Керчи и обратно. Остается четыре фрегата, которыми можно затыкать дыры, в случае, если Керчь можно будет оставить на два линейных корабля. Не густо. Надо думать. Надо к Крюйсу. И срочно.
Утром отвлек Петра от гигантской песочницы, и изложил, прямо на ходу, что надо в Керчь. Петру в Керчь было не надо, он себе и тут игрушку нашел. Дежурный фрегат стоял на рейде, и задерживаться смысла не имело.
Отправился в Керчь, по пути рисуя несколько вариантов гладкоствольной полевой пушки и миномета. Пушки 75 и 100 мм — мне все равно флот надо перевооружать на калибр побольше. А минометы, тут было сложнее. Остановился на 75 мм миномете, что бы использовать те же станки, что и для пушек. Только стенки будут существенно тоньше, и длину ограничим десятью калибрами. Думаю, на километр он мину весом килограмма в три забросит. Но тяжеловат получался. Не пушка, конечно, расчет из четырех человек его вполне осилит, но надо нечто для ближнего боя, метров на триста и для пары человек. Нарисовал 50мм малыша, но стреляющего надкалиберными минами в пять кило весом. Будет минометом поддержки пехоты. Начал разрисовывать все четыре проекта подробнее, пока на уровне решений. Большей частью упирал в мобильность, да еще с учетом конной тяги. Соответственно 75мм пушку на лафете с большими колесами и с колесным орудийным ящиком, планировал таскать парой лошадей, а сто миллиметровую, в такой же комплектации — четверкой. Минометы вообще возить в обозе, или на заводных лошадях. Прибытие в Керчь воспринялось как помеха. Опять от интересного отвлекаться на нужное. Сложил пока бумаги в планшет, а пачку черновиков сжег в камбузе. Пора было заниматься делами насущными.
На адмиральском фрегате Крюйса не застал, сделали короткий заплыв до крепости. Гостеприимно распахнутая калитка крепости, и пара солдат, делающих вид, что бдительно несут службу, говорила, что в Керчи все в порядке — ну хоть это радует. Опасался, что и на стены Воспоро полезут толпы желающих вернуть себе крепость, но, наверное, армия Шереметьева заинтересовала этих желающих сильнее.
Крюйс общался с новым комендантом крепости, назначенным Петром. Разрабатывали план обороны крепости. Похвально, конечно, но с чего бы вдруг такая экспрессия при обсуждении. Передал Корнелиусу бумаги о его назначении, на словах обрисовал новые реалии, и приказал докладывать.
Ситуация обострялась. Охотники отметили активное шевеление османов в Черном море — им пару раз даже приходилось убегать. Вывод напрашивался сам собой — османы оклемались, стянули силы и хотят реванша. Вот только следствия из этого вывода Крюйс делает неверные.
Задал резонный вопрос адмиралу — и какие у него планы? Крюйс, наперебой с комендантом начали рисовать картины победоносного раскатывания противника силами крепости, где уже устанавливали дополнительные орудия, и добивание убегающих осман силами флота. Они издеваются?
Задал адмиралу самый важный вопрос — в чем сила его флота? Нет, главная сила именно этого флота в скорости и маневре, в способности выходить на ветер круче любого фрегата, не говоря уже о линейных кораблях, не приведи высшие силы их встретить. А он что делает? Запирает флот в проливе и перекладывает баталию на крепость! Все же не проникся еще адмирал возможностями нового флота. Очень плохо. Пришлось пояснять.
Пояснял с примерами, рисуя на бумажках схемы баталий, с указанием ветра и выпячивая выигрышные связки. Надо было этим заняться с Корнелиусом давным-давно, но планировал флот водить сам, вот и не напрягался. За день ничего мы не наверстали, безусловно, просто придал нужное направление мысли адмирала. Уже ближе к вечеру, спросил — ну и какими, он теперь видит действия по обороне крепости? Уже лучше, но все одно не то. Где ширина мысли? Пояснил адмиралу еще раз — нечего ему вообще у берегов делать, для него желательно, чтобы во все стороны было море на десятки миль. Нет, ну что он к Керчи то прицепился? Надоело подводить адмирала к правильным мыслям.
— Адмирал. Это Наше море! И до тех пор, пока османы не докажут нам обратного, мы должны его контролировать, а не отсиживаться в крепости! Пока шел ремонт флота и его доукомплектование, наша оборонительная политика оправданна. Но теперь, оборона преступна. По сему приказываю: В течение двух дней подготовить фрегаты к рейду. Задача, силами двух охотников провести глубокую разведку, и при необходимости зачистку, западной части Черного моря. Силами основной эскадры, в составе пяти фрегатов, в том числе дежурного фрегата, провести каботаж по восточной и северной части Черного моря, сжигая корабли противника на рейдах портов. К крепостям не приближаться. Еще два фрегата продолжают патрулировать маршрут конвоя. Операцию закончить в течение десяти дней, после чего подготовить корабли к новой операции в Константинополе. Вопросы?