S-T-I-K-S. Обратная сторона (СИ)

Задняя верхняя дверь крузака плавно поднялась, нижняя же опустилась и легла параллельно кузова авто, на неё села Большая Берта, свесила ноги и ни к кому конкретно не обращаясь произнесла: «Э мазута, курить есть?» Шахир подобострастно подал ей прикуренную сигарету и не двусмысленно кивнул на прикованную голую девушку в салоне авто.
- Делай, ток не долго. Сказала Берта, спрыгивая с нижней створки багажника и глубоко затягиваясь поданной ей сигаретой.
В салоне авто продолжалась возня. Некрасивая, большая женщина подошла к спящему знахарю и сильно пнула его по ребрам, ещё раз и ещё. Только с третьего раза Зуб разлепил глаза и некоторое время не мог понять, что происходит и вообще где он находится.
- Алё, бабу твою ебут! Выдохнув сигаретный дым в лицо знахаря, сказала женщина.
- ЫЫммм, уууккаааа, ааууууиииии… Пытался кричать Зуб, но скотч крепко держал его рот на замке. Он уже всё понял. Не будет никакого сопровождения в Колизей, не будет свободы, может хотя бы жизнь оставят. Зуб взвыл от отчаяния и бессилия.
Прошло некоторое время, в багажник автомобиля поочередно залазили то один то другой, это повторилось трижды. Таты не было слышно вообще, она уже потеряла счет, сколько раз и куда её насиловали, Зуб лишь смотрел на всё это и тихо подвывал.
- Всё хорош, а то насмерть заебёте. Скомандовала Берта. – Оденьте её и готовьте машину, пора к облезлым ехать.
Пока подручные Берты возились, исполняя её команды, она вспомнила о том, что нашла в девушке. Достала контейнер и начала его вскрывать.
- Ого!!! Присвистнула Берта. – Э мазута ходите сюда!
- Ни хера себе! Это откуда такое богатство? Спросил Шахир.
– Делить будем? С прищуром спросил Кнур.
– Вот уж истинно пиздатый жемчуг! Сказала Берта и хохотнула собственному каламбуру. – Будем, будем, но потом, когда все дела закончим. Не забывай, ещё Халим с них снимет неплохо, вот всё оптом и поделим.
Кнур удовлетворенный ответом кивнул головой, а Берта подошла к Зубу и показала ему жемчуг.
- Кучеряво нынче муры живут. Ну ничё, мы вас распакуем и изведём! Зло сказала Берта и пнула знахаря попав по лицу.
- Мы всё. Крикнул Сом. – Только этот остался. Указал он на Зуба.
- Пакуйте и выезжаем. Скомандовала Большая Берта.
Зуба грубо закинули в багажник, там же уже лежала Тата их взгляды пересеклись, она смотрела на него злым, ненавидящим взглядом, он же смотрел на неё жалобными, красными от долгих слёз глазами, так прошло несколько мгновений, и она накинулась на него пытаясь расцарапать ему лицо. Их быстро разняли и приковали к подголовникам по разные стороны заднего сидения, а между ними накидали свои баулы и какие-то вещи чтоб предотвратить в дальнейшем нападения друг на друга.
Машина выехала в сторону ГОКа. Берта сидела на заднем сиденье у окна, повернусь в пол обора к пленникам.
- Вы были щедры сегодня. Поэтому я расскажу вам что вас ждет дальше! Но не много предисловия. Вы, муровские ублюдки отравляете не только жизнь честным и добрым людям, вы ещё и Улей умудрились засрать! С нескрываемой злобой начала говорить Большая Берта. Жизнь на ваших блядских базах обеспечивают атомные реакторы, хуй с ней с экологией, но вы даже элементарные привала не соблюдаете. Ваши реакторы охлаждаются водой, взятой из реки, заражают её радиацией и сливают в ту же реку. Конечно, тут вашим хозяевам никто не указ, чё хочу то и ворочу, перезагрузка всё спишет. А вот хуй! Не спишет! Вы даже не знаете какое зло вы породили, а расплачиваться всем рядом живущим. Как будто вас мало было, ещё одна напасть на наши головы.
- Эта река впадает в гигантский карьер при горно-обогатительном комбинате, и большая часть радиации оседает в карьере. Продолжила Берта. – А карьер и сам комбинат вокруг него это стаб! Такое место угробили – упыри. И вот это самое место облюбовали фанатики, «Дети Стикса» мать их, но они не знали, что карьер радиоактивен. Килдинги стали проводить там какие-то свои ритуалы и постепенно стали там оседать, строить жилища, капища и ещё хер знает что. Сами понимаете, что воду для питья, приготовления еды и для обычных бытовых целей они берут с карьера. Лучевая болезнь штука не приятная с ней долго не живут, но Улей не даёт им сдохнуть быстро, регенерация старается, поэтому они гниют заживо и деградируют умственно. Многие называют их «атомитами», мы же зовем «облезлыми».
 
- Сначала их было не много, затем община стала расти. Вы хотите спросить – как и почему? А я вам отвечу! Издевательски говорила Берта. - Так вот, с недавних пор возле ГОКа стал грузиться не большой новый городок, видимо «там» ГОК разросся и стало нужно больше людей. После перезагрузок, облезлые стали собирать там иммунных и пополнять свои ряды, другого Улья то новички не знают, а тут хоть какая-то, но жизнь.
Берта хлебнула живца, приоткрыла окно и закурила сигарету, не на долго умолкнув. На счет заражения карьера водой с реакторов она была права лишь от части. Она не знала, да и не могла знать, что львиную долю радиации создаёт отработанное ядерное топливо внешников из их мира. Когда-то в их мире, как у нас сейчас, остро стояла проблема с утилизацией ядерных отходов, но пробив проход в Улей проблема была решена самым элегантным способом, выкинь ненужное в другой мир! Еще задолго до Великого, самым первым обитателям Базы была поставлена задача, найти удобное место для утилизации, они нашли этот карьер, внешники снабдили их оборудованием для картографии и привязки к местности. Была создана команда, которая полгода на лодках моталась от карьера до самой Астры (базы внешников), оборудование считывало местность. Потом на основе этих данных была написана программа, управляемая искусственным интеллектом для беспилотных водных аппаратов. А дальше всё просто! Отработанное топливо загружалось в одноразовые беспилотные скоростные катера, и они глубокой ночью доставляли отходы в карьер и затапливались там. Защита отходов и катеров была минимальной, зачем тратить на это деньги, поэтому содержимое затопленных беспилотников очень быстро попадало в воду и заражало её. Но об этом в Улье кроме внешников никто не знал, все, как собственно и сама Берта грешили на компактные атомные реакторы баз внешников. Берта докурила, еще не много глотнула живца и продолжила.
- Но вы же понимаете, кроме иммунных, в Улье есть и зараженные. Так вот, тут появился особый вид зараженных, их называют «радзарами» или просто «зрадами». Их споровые потроха на порядок сильнее чем обычные. Радспораны и радгорох не только дают живец, но и имеют массу приятных побочных эффектов. Мы их стараемся не продавать, для себя бережем! Раджемчуг может вообще чудеса творить, особенно красный, не как белый конечно, но тоже бомба! Восхитилась Берта, и стоит одна к трём, что чёрный, что красный. Вы хотите знать откуда мы берём такие потроха? Продолжала издеваться над пленниками Берта. – А мы охотимся на территориях атомитов, а чтоб охотиться на их территориях нужен пропуск, а наш пропуск – это вы! Неожиданно? Съязвила Берта. – Конечно, для вас уж точно неожиданно. Мы вас отдадим облезлым, они вас принесут в жертву своему богу «Орхо», а мы получим трёхмесячный охот билет! Классно же? Классно! Сама себя спросила Берта, сама себе ответив и наигранно захлопала в ладоши.
- А чтоб вам не страшно умирать было, я вам ещё секрет открою, вас на небушке ждут ваши друзья! Решила Берта добить Зуба морально. – Ты спрашивал где ещё две машины, а они уехали ваших встречать! И Берта кратко пересказала Зубу всю проделанную операцию. – Сейчас, наверное, уже едут на точку встречи с трофеями. Так что Зуб ты не только себя и её приговорил, а плюс целую кучу муров, ещё и не слабо заплатив за это! Кстати нам за уничтожение муров Колизей тоже приплатит, мелочь, а приятно. А всё почему? Потому что… Муры не люди! Хором ответили люди Берты и рассмеялись.
Светило Улья встало в зенит, когда машина Берты въехала на небольшой холм, за которым начинались гигантские терриконы ГОКа. На холме стоял видавшая виды старенькая буханка возле которой стояли двое. Одеты они были в подобие балахонов с капюшонами, закрывавшими половину лица, ноги их были босы и покрыты красными язвочками лучевой болезни, рук не было видно они их прятали в рукавах на манер муфты. На груди у обоих висели тяжёлые церковные цепи, которые носят священники, с церковными же крестами, но перевёрнутыми с ног на голову. Берта вышла из своей машины и подошла к этим двум пародиям на монахов.