S-T-I-K-S. Обратная сторона (СИ)
- Мне, наверное, сюда. Неуверенно спросил я. Мне сообщение утром пришло. Проходя в приёмную спросил я.
- Вы Бахус, верно? Спросила девушка секретарь лет тридцати. Одета она была в форму, напоминающую обмундирование наших женщин полицейских. Темный китель, юбка «карандаш» и синяя сорочка с галстуком завязанным на манер «пионерского».
- Так точно. Ничего что я чуть-чуть пораньше. Время кстати было восемь тридцать пять.
- Ничего. Посидите пока. Ответила она, указав взглядом на кожаный диван. Встала из-за стола и процокала каблучками мимо меня к противоположной двери, такой же массивной, как и при входе в приемную. Постучав, приоткрыла дверь и доложила: «Бахус прибыл».
- Пусть пока ждёт. Сейчас Скальпель придёт пусть сразу заходит. Ответили ей из кабинета.
Она закрыла двери, коротко бросила мне «ждите», отвела от меня взгляд, и процокала каблучками к своему столу. Я невольно оценивал её, широкие плечи, узкая попа, пловчиха что ли? Она села за стол и её овальное лицо с скрылось за монитором. Симпатичная, но не красавица, скорее «на любителя».
Дверь в приемную распахнулась, в неё вошел среднего роста сухопарый мужчина, с узким лицом землистого цвета, впалыми, колючими, глазами и темными мешками под ними. Одет он был в подобие комбинезона, сшитого с темного брезента или подобного материала, короткая куртка из него же, на ногах резиновые сапоги с высоким голенищем, голова брита на голо. Довершал этот мрачный образ горбатый крючковатый нос и огромный кадык бегающий по худой шее.
- У себя? Спросил этот не приятный тип.
- Да, ждет, проходите. Не поднимая взгляда ответила секретарша.
Он скрылся за дверью. Следующие минут десять ничего не происходило, затем зазвонил стационарный телефон, она взяла трубку, коротко ответила «хорошо» и сказала мне: «Проходите». Что-то не хорошее качнулось у меня внутри, тревога только нарастала. Я постучал, приоткрыл дверь и спросил разрешения войти.
- Заходи-заходи. Махнул рукой, развалившийся в огромном кожаном кресле, Великий.
Кабинет впечатлял! Потолки метров пять высотой, огромные витражи, в пол, как во дворцах, увенчанные тяжелыми, светонепроницаемыми бордовыми портьерами, стянутыми золотыми подвязками. На полу всё тот же дорогой паркет с зоны, массивный дубовый стол, цвета «венге», с языком приставкой на шесть кресел. Под столом ковер, скорее всего тоже не дешевый. На стенах темно зеленые обои с золотым орнаментом, ажурные светильники в которых горел не большой живой огонь. С правой стороны от стола стоял сервант цветом и монументальностью не уступающему столу, заполненный какими-то безделушками, разнообразными стеклянными бокалами и дорогим алкоголем. Дальше, по стене возле входа в кабинет, стоял диван и два кресла, обиты потертой коричневой кожей, с «ушами» на спинках на английский манер, между диваном и креслами стоял журнальный столик стилизованный под старинный сундук. В кабинете стоял приятный полумрак, с запахом ароматного дыма сигары, тлеющей в широкой хрустальной пепельнице. Возле неё же стоял широкий бокал с тяжелым дном, на одну треть наполненный янтарной жидкостью. За языком приставкой, в уменьшенной копии кресла Великого, сидел угрюмый тип, который вошел в кабинет ранее. В правой руке, на уровне носа, он держал пузатый бокал для коньяка, с напитком много темнее чем янтарь в соседнем бокале и задумчиво вдыхал запах.
- Садись. Великий указал на кресло на против угрюмого.
- Это Скальпель. Представил он мне соседа. Прошу любить и жаловать. Отныне это твой командир, безоговорочно подчиняешься ему, либо мне на прямую, но это редко, в основном ему. Не будешь ёрничать и сразу включишься в работу, будешь как сыр в масле кататься. Лучшее жильё, бесплатное питание во всех заведениях базы, девочки опять же с хорошей скидкой, элитное бухло! А с твоим даром, так ещё и горох литрами и жемчуг по праздникам и за особые заслуги. Я так понимаю, Бахусом ты именно из-за пристрастия к зелёному змию обозвался. Верно? Не далеко наши «вселенные» друг от друга, знаю я тебя Волов, хоть и не долго, да и ты меня скорее всего тоже.
- Да, любил не скрою, но здоровье сильно подорвал, да и семью из-за бутылки потерял. Но совсем бросить сил всё равно не хватило. С грустью ответил я. Только не Волов я, а Волков.
- Да и похуй, забудь теперь ты Бахус. - А и не надо бросать то? Зачем? Продолжил он.
- Мы тут ничем не болеем, семьи у тебя больше нет, да и тебя «того» собственно нет! Ты копия, дубль, а по сути новый человек в новом месте. Волков там остался, сдохнет от цирроза лет через десять и всё, а тут ты Бахус, Бог виночерпия! Мало того, что пей кури до усёру и ничего с тобой не случится, так ещё и время вспять пойдет, молодеть потихоньку будешь, через годик будешь выглядеть как в лучшие свои годы, подтянут, красив и хер стоит когда захочешь! А помножь это на вышесказанные перспективы, а?!
Я невольно улыбнулся своим мыслям оценивая такие перспективы.
Великий встал из-за стола, подошел к серванту, достал из него бокал для виски, весьма искусный, широкий, гранёный с тяжелым дном, а в дне выдавлены объёмные буквы «GF» готическим шрифтом. В левую руку он взял бутылку с таким же логотипом, исполненным в стекле на лобовой части бутылки и подошел к столу. Бокал он поставил возле меня, налил «на два пальца» из бутылки янтарную жидкость и сел в свое кресло.
- Вижу проняло, да?! Улыбнулся он. Пробуй, ты такого в жизни не пил! Гленфидич, сорок лет выдержки! Это как девственницу распечатать! «Там», он указал большим пальцем себе за спину, такого и не понюхать! Лет десять с твоей зарплатой не есть не пить, а только копить на бутылку такого!
Я пригубил, попробовал на язык. Да, действительно вкусно, ничего подобного я раньше не пробовал. Виски я конечно любил, много чего пробовал, но этот божественный нектар и сравнить не с чем было! Словив вкусовой оргазм, сделал ещё глоток, поставил бокал на стол.
Скальпель тоже пригубил со своего бокала, достал из кармана пачку тонких сигарилл, вынул одну, предложил мне, я взял. Он чиркнул серебряной зажигалкой, мы прикурили. Дым с привкусом ванили и шоколада последовал за виски. Божественно!
- И за что мне вся эта прелесть? Из-за дара знахаря? Спросил я.
- В том числе. Понимаешь…. Этот мир своеобразен, необычен, я бы даже сказал не для всех. Мы здесь работаем, смогли найти себя и продолжать трудиться на благо общества и себя в частности. Наши хозяева, ну или работодатели если угодно, пробились в этот мир своим научным гением, стараниям ученых всех мастей. И это СИСТЕМА! Воздел он указательный палец вверх выделяя именно это слово. Система, которая подчинена неким правилам! И мы здесь тоже – Правило! Хоть и новое. Мы наводим порядок в Улье. Помогаем нашим работодателям, а также внутренним структурам, типа Института, познавать его, изучать, совершать открытия. И это тоже Система! Как я говорил ранее, этот мир не для всех, это мир зараженных. Улей можно сравнить с африканскими джунглями - человеку там тоже не место, люди не приспособлены жить в джунглях, как собственно и в Улье. И там, и тут человек всего лишь корм! Мясо и ничего более! И попавшие сюда, с перезагрузкой, люди – тоже часть системы. Но в большинстве правил есть исключения, как и в любой системе бывают сбои. И это – иммунные!
Он налил в опустевшие бокалы, прикурил потухшую сигару из пепельницы, затянулся и продолжил своё повествование.
- Да-да, не удивляйся! Это и нас всех тут присутствующих касается. Не должно быть нас здесь. Есть черное и есть белое, есть зараженные и есть корм для их развития. Где ты видел умный корм, который вместо того чтоб покорно ждать пока его съедят, сам набрасывается на едока и пытается его убить. Не просто убить, а ещё и поковыряться в нем и сожрать из него что ни будь, чтоб обеспечить свою никчемную жизнь и дальше влачить своё жалкое существование, убивая как других едоков, так и себе подобных. А?! Вот то тоже! Но мы смогли подстроиться под систему, стать частью её, а они нет!