За туманом (СИ)

Пора заняться делом. Я знал местонахождение нескольких осведомителей. Эти ребята всегда знали много интересного. Я не мог доверить это дело даже самым близким, допуская, что каждый может видеть по-разному даже факты. Чем больше разных мнений я соберу, тем яснее станет картина.
Мне нужно как можно скорее освободить Амелию и отпустить ее.
— Элон, ты где? — я набрал брата.
— Только закончили. Размазали пару тварей с Ноем.
— Так где вы? Я хочу встретиться.
— Адам, если ты хочешь опять поорать на парня, то идея стремная, — брат стал говорить тише.
— Бля, Элон, я в норме, — ответил я раздраженно.
— Ной уже жалуется на жизнь, говорит, что последние дни ему все время прилетает.
— Да, да, бедняга. Я даже готов извиниться, только давайте встретимся, — настаивал я.
— Ок. Давай я пришлю адрес, — Элон повесил трубку и прислал смс-ку.
Мы встретились возле парка. Отдаленное место, прикрытое рослыми деревьями, и пара скамеек.
— Ной, я сорвался и…
— Все окей, Адам. Я понимаю тебе. В этот раз я был виноват.
— А в какой раз не был, Ной? О чем говорил Элон? — я по очереди посмотрел на парней.
— Да это ерунда, — сказал Ной, откинувшись на скамейку. — Я перебирал карточки с заданиями, обнаружил ошибку в сортировке, но, когда сообщил Колтону об этом, он разозлился. Сказал, что я сам перепутал даты. Короче, старик не хотел признавать, что он мог налажать.
— Да уж, — прокомментировал Элон. — Эго Колтона слишком чувствительное.
Меня посетило чувство, что в этой истории чего-то не хватает.
— А что не так было с датами?
— Задания на прошлое воскресенье лежали вместе с теми, что запланированы на это. Я добавил пару досье, поэтому заметил, — Ной поднял руки. — Я уверен, что это не мой косяк.
— Это было бы дерьмово, — сказал брат. — Могли упустить тварей.
— Все намного хуже, — я взялся за голову. — Это уже похоже на вселенский заговор.
— Адам? — обратился ко мне Элон.
— Если бы в воскресенье я не поехал на задание, Амелия была бы уже мертва.
  
Глава 14. Они мое сердце
 
Адам.
Почему такая «случайность» произошла именно с этим заданием. Я верил Ною. Он мог налажать на деле, опыта было маловато. Но в бумажной волоките у него проблем не возникало. Парень давно отвечал за оформление досье и ни разу не подводил.
— Нам нужно заняться ситуацией с Амелией. Самим. — сказал я.
— Но совет уже расследует дело, — возразил Ной.
— Не похоже, что они работают быстро, — ответил я.
— Твои предложения? — спросил Элон.
— Опросим осведомителей. Кто-то что-то слышал или видел. Важна любая мелочь.
— Я с тобой, брат.
— Я тоже с вами, — добавил Ной.
Ощутив прилив сил, мы решили не медлить. Для меня не было ничего важнее, чем гарантия безопасности для Мелы. Колтон был прав, когда говорил, что я сам продемонстрировал свою привязанность к ней. Не на задании на стадионе, но в баре — да. Я не действовал как типичный стражник, больше походил на ревнивца. Если кто-то наблюдал за мной тогда, тот, кто мог увидеть картину полностью, вывод был сделан в ту же минуту, как я подошел к Амелии и отогнал роллера.
Сосредоточившись на плане, который мы строили с парнями, пока ехали к первому осведомителю, тому, что указал на первого роллера, я отгонял любые мысли о девушке вне контекста дела.
Ее милое личико — отмена.
Шикарные ноги — отмена.
Она сидит на мне — отмена.
Это было невыносимо.
«Хоть волком вой», — подумал я, напомнив себе, что скоро полнолуние, и твари станут сильнее.
Амелия.
На комоде у кровати лежали спортивные трикотажные штаны, которые я натянула. Слабыми шагами я добралась до кухни. Там была Роза.
— Зачем же ты утруждалась, Амелия! — она перехватила у меня поднос с посудой.
— Кажется, мне намного лучше, — виновато улыбнулась я.
— Садись, я налью чай, — сказала Роза, и я с удовольствием ее послушалась.
Для того, чтобы разобраться в мучавших меня вопросом, мне нужно было поговорить с ней.
Когда мы обе сидели за столом, я покрутила в руках печенье и подняла глаза на мать семейства.
 
— Как вам удается жить… со всем этим? — начала я. — Вы всегда так спокойны. В чем секрет?
— Ох, милая, — Роза покачала головой. — Я просто привыкла к тому, что каждый мой день наполнен переживаниями за мальчиков. Арон совсем недавно отошел от работ «в поле»… У меня есть только вера в них.
Роза замолчала и отпила немного чая. Вздохнув, она продолжила:
— Каждое утро я начинаю с мысли о том, что с каждым из них все будет хорошо. А, значит, дом, в который они вернутся, должен быть наполнен теплом и уютом. Я посвятила себя быту, чтобы парней не покидало чувство, что есть место, где их ждет семья и комфорт. Надеюсь, эти мысли их поддерживают.
— Вау, — меня поразило, как тонко она описала свое состояние. — Роза, вы волшебная женщина.
— Волшебство — это любовь. Я люблю Арона, кажется, всю свою жизнь. И я нашла способ, как выразить свои чувства… Потом появились мальчики, — ее улыбка расцвела. — Сначала Элон, такой шкода и обаяшка. Потом Адам, почти с пеленок серьезный и задумчивый. Я была готова отдать душу, чтобы их жизнь не строилась только на деле стражников.
— У них не было выбора, да? — спросила я.
— Нет. Кровь Арона дала им прозрение с момента рождения. Их жизнь все равно бы отличалась от обычной, — Роза опустила плечи. — Но я хотела воспитать в них личностей.
— Поэтому Адам рисует, — поняла я.
— А Элон сохраняет позитив в любой ситуации. Арон рос в другом порядке.
— Вы сделали для них очень много, — отметила я.
— Они мое сердце, Амелия, — ответила Роза.
— Я бы не смогла так…
— У каждого свой путь, милая. Ты не я, и у тебя есть что-то исключительное. Арону нужна была такая женщина, как я. Покладистая и мирная. Мой вклад в наш брак — мягкость и плавность, корректирующие его решения. Элону, например, как я вижу, нужна та, с которой он всегда будет как на иголках, — Роза засмеялась. — Он азартный парень.
— А Адам? — я не сумела скрыть свой интерес, прикрываясь тем, что это было вполне в духе текущей беседы.
— Адам — защитник. Однако, по моему скромному мнения, женщина рядом с ним должна быть не менее смелой и решительной. Он уважает сильных людей, — она хитро посмотрела на меня.
— Интересно, — я поджала губы. — Надеюсь, Порция сможет дать то, что ему нужно.
— Адам отказался от помолвки. Скоро он с ней поговорит, но, думаю, Колтон уже это сделал.
— Что? — я удивилась.
— Ага, видимо, что-то заставило его одуматься.
Роза поднялась, чтобы наполнить чайник горячей водой. Я же была в замешательстве.
От Хлои я узнала о предстоящем разрыве отношений, от Розы об отказе от помолвки. Сам Адам ничего не говорил мне. Он не считал меня человеком, с которым нужно поделиться эти? Или не хотел, чтобы я понимала, что он теперь свободен? Этот мужчина оставался самым непонятным для меня объектом.
Сославшись на необходимость разобрать сообщения по работе, я вернулась в спальню Адама. Интерьер был сдержанным, все в томных тонах. Большая кровать, с которой мне довелось познакомиться ранее, прикроватный столик, деревянные, даже на вид тяжелые, комод и шкаф. Я открыла дверцу и погладила рукой мужскую рубашку. Вещи пахли чистотой и слабым ароматом какого-то парфюма. Я надеялась, что найду футболку, которую Адам уже надевал, но, кажется, он слишком следил за порядком. В углу стояло кресло из коричневой кожи, а рядом еще один небольшой стол. На нем одиноко стояла рамка с фотографией. Женщина, в которой я сразу узнала Розу, и два мальчика. Высокий кареглазый подросток, уже значительных габаритов, — Элон. И сердитый ребенок с растрепанной шевелюрой и яркими голубыми глазами — Адам. Несмотря на выражающую протест миру гримасу, он выглядел слишком мило.
В дверь постучали, и я открыла ее, как только дошла.
— Сюрприз! — это была Крис.